Татьяна Барматти – Глупышка Лори. Скрытая угроза (страница 26)

- Вы должны ее увидеть, заинтриговал меня Фаргос и быстро вышел, вернувшись назад с большой картиной.

Если не врать, то мне уже стало интересно, что же там такого может быть. Вариантов у меня, к сожалению, совершенно не было. Правда, стоило Фаргосу развернуть картину полотном ко мне, как все мысли и слова разом испарились из моей головы. Эту картину действительно нужно было увидеть. И не то, чтобы я от тщеславия голову потерял, но настолько совершенная, продуманная до мелочей работа завораживала. Был ней какой-то шарм, который не позволял оторвать взгляда, некая эмоциональность, величие.

- Эту картину написала Лорейн? Все же не удержался от вопроса. Но мне, на самом деле, было сложно сопоставить маленькую девочку, без особого опыта жизни, и данную картину передо мной.

- Все верно. Ирма забрала картину сразу же после того, как она была написана.

Передав картину мне, Фаргос немного отступил, дав мне возможность рассмотреть каждую детализированную мелочь. Реально, у меня даже во рту пересохло от волнения. Я никогда не думал, что в глазах других, в глазах моей номинальной жены выгляжу именно так. Она не сделала картину кровавой, не превратила меня в монстра, коим я, возможно, являюсь, а идеально передала силу и величие черного дракона.

Отведя взгляд, я тихо выдохнул, не зная, о чем думать. Мысли в голове роились, но ничего дельного не было. Реально, я чувствовал себя слабовольным юнцом, которому призналась в любви понравившаяся девушка. Непонятные и неподдающиеся логике чувства пробирались все глубже, буквально въедаясь в мое естество.

- От Лукаса есть новости? Найдя наконец-то вопрос, который можно было задать, посмотрел на Фаргоса.

- Драго Лукас прислал весточку, он вернется завтра, скорее всего, ближе к вечеру.

- Отлично, можешь идти.

- А картина? Мне вернуть ее госпоже Лорейн.

- Я сам ее верну.

Кивнув, Фаргос ушел, а я погрузился в транс, не отводя взгляда от картины. В этот момент мне было действительно сложно понять себя, хотя всегда думал, что откровенен в своих желаниях. Впрочем, не смотря ни на что, давно я не чувствовал себя настолько умиротворённо и спокойно. Все проблемы, будущая чистка в клане, противостояние между драконами отошли на второй план, оставив после себя только меланхолию.

Не знаю, сколько я просидел так, не двигаясь, меня вывела из задумчивости встревоженная Ирма, рассказав о том, что Лорейн лежит на полу у себя в комнате без чувств. Не медля ни секунды, я поспешил в комнату своей жены, увидев ее уже мирно лежащей на кровати. Рядом был Вильгорт, задумчиво нахмурившись и что-то проверяя.

- Что с ней? Это серьезно? Едва сумев подавить беспокойство, спросил холодно.

- Подозреваю, это последствия заключения магического контракта с фамильяром.

- Что это за последствия? Спросил, посмотрев на клетку.

Удивленно вскинув брови, я подошел к клетке, увидев бесчувственно лежащего филина. Конечно, я подозревал, что Лорейн может быть тяжело, но максимум, который предполагал - это усталость, головные боли или невозможность какое-то время на чем-то сосредоточиться. Фамильяры с древесной магией не опасны для здоровья магов, поэтому никаких серьезных последствий не может быть. Конечно, если сила фамильяра будет превосходить силу мага, тогда ему будет сложно контролировать его, но со временем и это наладится.

- Я не знаю, ответил со вздохом Вильгорт, чем еще больше меня озадачил. Сколько я знаю Вильгорта, у него всегда были ответы на любые вопросы, а если и не было, тогда он максимально быстро находил их. Думаю, что этот филин обладает не древесной магией.

- Такого не может быть, возразил серьезно. К тому же, его проверял не только я, но и ты!

- Иногда даже самые умные могут ошибаться.

- Тогда какая у него магия? Иллюзия?

Раздраженно потерев лоб рукой, мне тут же захотелось свернуть пернатому поганцу шею, чтобы больше не причинял столько проблем. Если Лорейн не сможет избавиться от иллюзии это будет очень хлопотно. Она может принять иллюзию за реальность, и даже очнувшись не осознать, что происходит на самом деле.

- Это не иллюзия, покачал головой Вильгорт, в восхищении прищелкнув языком. Ты поймал не простого редкого филина с мощной силой, а королевского филина, который обладает ментальным контролем. С возрастом, думаю, он станет достаточно могущественным, чтобы не бояться даже драконов. Удивительно, что у тебя получилось заполучить его.

Протяжно выдохнув, я неловко дернул уголком губ. У всех есть слабости и разумные фамильяры не исключение. Мне удалось обхитрить его, найдя сокровище, которое он готов был охранять ценой собственной жизни и загнать его в ловушку. В итоге мы заключили сделку, от которой были оба в выигрыше. Он станет равноправным фамильяром для человеческой девушки, которая, как бы это прискорбно не было, проживет относительно недолго, а после станет свободен. Я же не только не расскажу никому о его сокровище, но и уже помог надежно спрятать его, потратив много сил и артефактов, чтобы установить идеальный защитный барьер.

Непонятно только, почему идеальный план превратился в это подобие? И почему мне невыносима мысль о том, что Лорейн проживет относительно недолго?

Скрывая свое внутреннее разочарование, я отвернулся, сразу же наткнувшись взглядом на удивительно реалистичную картину. Правда, при виде этой работы я не испытал и половины тех чувств, которые испытывал, смотря на черного дракона на картине. Мне реально казалось, что это была отрезвляющая мой ум пощечина. Нет никакой разницы между мной и филином, вот и все.

Подавив желание спрятать новую работу в каком-то пыльном чулане, я подошел к клетке с фамильяром. Магический контракт между ними я составлял сам, так что знал его до мельчайших подробностей. Если кто-то один «случайно» умрет, второму ничего не будет, кроме некоторого дискомфорта от потери связанного существа. То есть, сейчас между Лорейн и филином нет глубокой связи, они даже не успели проникнуться друг к другу теплыми чувствами. Поэтому, если филин случайно умрет, ничего не произойдет.

- Если он умрет сейчас, это может повлиять на болезнь Лорейн, проговорил отрешенно Вильгорт.

- Разве ты не изучал ее болезнь? Есть ли что-то, с чем ты не можешь справиться?

- Изучать и быть уверенным это разные вещи. Конечно, со временем обязательно смогу во всем разобраться, но разве не лучше дать Лорейн шанс? Или ты думаешь, что она не справится? Уточнил с непонятной интонацией в конце друг.

- Почему я слышу в твоем голосе насмешку?

- Потому что я действительно насмехаюсь над тобой, признался без тени боязни сомнений старый хитрец. - Лорейн сильнее, чем ты думаешь.

- Говоришь так, словно хорошо ее знаешь.

Не получив ответа, я мрачно посмотрел на Вильгорта, который душевно держал Лорейн за руку. Такое ощущение, что держание за руку может действительно чем-то помочь! Если уж на то пошло, то лучше заняться делом, чем сидеть здесь и ждать, когда все само образуется.

- Чем сидеть смотреть, лучше, иди, делом займись, проговорил отрешенно.

- Я врач, если ты не забыл, напомнил мне Вильгорт. В случае опасности я смогу помочь Лорейн.

- В случае опасности ты придешь и спасешь ее. Лучше изучи информацию о том, как проходит заключение контракта между фамильярами с ментальным контролем и человеком.

- Не думаю, что такая информация вообще существует, проворчал, жалуясь, этот врач и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

И как вообще я мог так ошибиться? Перепутал древесную, мягкую магию с ментальным контролем и подверг Лорейн опасности. Похоже на то, что я не выразить благодарность хотел, а мечтал косвенно погубить ее, точно зная, что моя совесть «чиста». Впрочем, что толку сейчас об этом думать? Если Лорейн не справится, тогда я помогу ей и избавлюсь от этой пернатой проблемы. К тому же, филин мог сам сказать мне о своей магии и избавить от лишних хлопот, так что он в этом тоже будет виноват.

- Ирма!

- Что-то случилось, драго Даргес? - Взволнованно спросила Ирма, буквально ввалившись в комнату, и посмотрела сразу же на кровать.

- Заберу куда-то картину, воняет краской, сухо кашлянув, приказал холодно.

- Разве пахнет?

- Ты уже привыкла к запаху, но он может навредить Лорейн.

- Конечно, я сейчас же заберу картину, поспешно подойдя к картине, она аккуратно сняла ее с мольберта. Куда мне ее поставить?

- Без разницы вообще.

Подождав, пока Ирма закроет дверь, старательно защищая картину от любых возможных повреждений, я снял с глаз повязку, чувствуя, что дышать действительно стало легче. Осталось еще клетку с филином выкинуть красота будет, никаких мешающих птиц рядом.

Подойдя к стулу, где до этого сидел Вильгорт, я присел

внимательно посмотрел на Лорейн. Что ж, после того, как ко мне вернулось зрение, я и сам смог удостовериться к красоте моей жены. Впрочем, Лорейн была не просто пустоголовой красавицей, она излучала некое очарование, пробуждая желание защитить ее ото всего на свете. В ней не чувствовалось ни капли наигранности, вечной неудовлетворенности чем-то или поспешности, взбалмошности, присущей молодым девушкам.

Лорейн совсем другая, она уютная, ласковая, серьезная

максимально осознанная девочка. Так и не скажешь, что она потеряла возможность здраво мыслить десять лет. Хотя, может быть, именно болезнь сделала ее не по годам умной. Ей не было на кого рассчитывать, у кого искать помощи, поэтому пришлось взрослеть быстрее, чем другим, намного быстрее, если учитывать тот факт, что она только изредка приходила в себя.