Татьяна Барматти – Глупышка Лори. Скрытая угроза (страница 11)

Мельком заметив, как изменились лица двух родственников, я окончательно убедилась, что в этом мире с родственными связями большие проблемы. Те, кто должны были стать поддержкой и опорой попросту бьют в спину, вообще не задумываясь о каком-то родстве. Да и черт с ними, с такими родственниками. Из глаз долой – из сердца вон!

Потянув меня за собой, Даргес четко пошел в направлении лестницы, пока оба его родственника скрежетали зубами от злости. Я вообще старалась притвориться вазой, чтобы не было лишних проблем. И так уже выделилась, не удержавшись от замечания. Хотя, я была бы совсем не против стать исцеляющей пилюлей для Даргеса, но это невозможно, мужчина сам по себе излечится спустя несколько месяцев. Конечно, станет он при этом главным злодеем, желая отомстить всем своим обидчикам, но за что боролись его обидчики, то и получат. Жаль только, что в итоге черного дракона рядом ждет совершенно не счастливый конец, а бесславный.

– Через два дня будет банкет в честь твоей победы над самкой расы насекомых, ты должен присутствовать, – явно усмирив свой гнев или же просто заняв выжидающую позицию, проговорил дорогой родитель.

– Зачем? – Остановившись, задал всего один вопрос Даргес.

– Ты главный гость этого банкета, конечно, ты должен присутствовать. И Лори тоже бери с собой, – доброжелательно предложил он.

Скривившись, точно зная, что меня никто не видит, я мысленно показала отцу Даргеса не очень приличный жест рукой. Нет, он хочет что-то сделать с моим участием? Надеется, что я смогу опозорить Даргеса или спровоцировать других драконов на скандал? В то, что он по доброте душевной решил пригласить меня, реально, я даже не надеялась. Слишком подозрительно все это.

– Я подумаю.

Опустив голову, я искоса глянула на двух оставшихся в гостиной драконов, заметив их холодные, сосредоточенные взгляды, которыми они прожигали спину Даргесу. Тихо выдохнув, я поспешно отвернулась и сжала руку своего теперь уже мужа, молчаливо его поддерживая. Не думаю, что он поймет что-то, но даже если и поймет, то люди с некоторыми умственными отклонениями зачастую очень добрые и легко поддаются сопереживанию.

– Не бойся, тебя никто не заберет, – поняв мои действия по-своему, успокоил меня дракон.

Промолчав, я отвела взгляд и уже через несколько минут была в своей комнате. Правда, просидев минут двадцать в идеальной тишине, я поняла, что мне необходимо начать что-то делать. Да и смысл прятаться? Мне сейчас нужно больше узнать о мире, понять, что делать дальше, а не закрываться в четырех стенах.

Выйдя из комнаты, точно помня, где находится библиотека, которую мне раньше показала Ирма, я быстро прошмыгнула внутрь, проходя между высокими стеллажами с книгами. С таким количеством книг мне понадобиться года три, чтобы все прочитать. Хорошо, что все мне не нужно. К тому же, Лорейн же не была глупышкой до десяти лет, и она много читала, знала. Конечно, некоторые знания уже давно утеряны со временем, но самое необходимое для жизни все равно надежно запрятано в моей голове.

Выбрав несколько книг об истории мира, я начала читать, понемногу вспоминая забытые знания Лори. Мир Любрес был населен разными расами, в котором каждая занимала ту или иную позицию. Всего рас было семь: драконы, люди, гномы, светлые и темные эльфы, оборотни, феи и демоны. В основном, все были схожи, ведь выглядели, как люди, по крайней мере, в своей человеческой ипостаси. Вообще, если судить из нескольких версий создания Богами этого мира, то люди были «первооткрывателями». После уже Боги усовершенствовали людей, делая своих «детей» сильнее, выносливее, больше, меньше и наделяя их уникальными силами.

Но, естественно, каждая раса историю создания всего живого преподносила по-своему, превознося именно себя. Мне на это было вообще все равно, ведь особой разницы во всем этом нет. Каждая раса уникальна и это факт. Конечно, есть свои некоторые тонкости у всех, что нужно изучать более детально.

Вот только, интересно то, что драконы были ближе всего к людям. У них рождались зачастую мальчики и лучше генетически для продолжения рода им подходили именно человеческие девушки. Впрочем, если соотношение дракониц и драконов одна к пятидесяти, то это и не мудрено. Хотя, в последнее время, если верить уже другой книге, драконицы были так же уникальны, как какое-то чудо. За руку и сердце одной драконицы могли соревноваться до ста драконов. И это при том, что их раса совсем не многочисленна!

– Читаешь? – Уточнил спокойно врач – Вильгорт, посмотрев на меня.

Опустив голову ниже, я слегка склонила ее набок, рассматривая единственную картинку в книге, делая при этом вид, что вообще ничего не поняла. Конечно же, мои движения были максимально скованными, как бы я не старалась расслабиться. Впрочем, мое поведение врач интерпретировал по своему, решив, что я просто боюсь.

– Не волнуйся, ты можешь читать столько, сколько хочешь, никто не будет тебе запрещать, – заверил он меня, пока я внутренне думала, сколько проблем мне может принести его «вывод».

Но ведь никто действительно не может сказать, насколько сильна болезнь Лорейн. К тому же, она умела читать и писать до болезни, что тоже имеет некий смысл. Ну и самое главное, мне совсем не хотелось быть человеком, который не может двух слов связать. Будем считать, что в более благоприятной атмосфере моя «болезнь» не так заметна и вообще регрессирует. Все-таки в доме графа на девочку давили со всех сторон и она, естественно, закрылась в себе.

Решив все для себя, я искоса посмотрела на доктора, который вообще не мешал, а, казалось, пришел просто составить мне компанию. Он не задавал никаких вопросов, не пытался провести всевозможные тесты или хоть как-то определить направление и степень моей болезни. Сама же я, конечно, не могла ему ничего сказать, боясь выйти из «образа».

– Ты читай спокойно, я тоже почитаю. Будут вопросы, можешь задать их мне, и я постараюсь тебе помочь.

Сжав губы в тонкую полоску, я гулко сглотнула, переключая все свое внимание на книгу. Сделаю вид, что рядом никого нет, и на этом все закончится. К тому же, пока я не говорю, непонятно же, что у меня в голове твориться.

– Сейчас в каждом клане всего несколько дракониц незамужних есть, – проговорил со вздохом мужчина. – Скорее всего, еще каких-то лет сто и незамужних дракониц вообще не останется. Если так подумать, это не удивительно, ведь драконицу может родить только драконица, если повезет, а человеческие девушки рожают исключительно драконов. Вот и выходит, что мальчиков намного больше чем девочек. Но за все нужно платить, – покачав головой, глубокомысленно заключил он. – У драконов срок жизни наибольший изо всех рас, примерно две тысячи лет, но за всю долгую жизнь у них может быть один, два ребенка. У людей же в свою очередь срок жизни наименьший, всего двести лет, но они могут родить десять и больше детей за это время. Все, как шутка судьбы. Ты, возможно, не знаешь, но люди и драконы самые совместимые расы. Когда-то маленький срок человеческой жизни можно было компенсировать истинной связью. Дракон и его суженная пара соединяли свои жизни, становясь единым целым. Сейчас, конечно, такого уже нет, но я уверен, что каждый хоть раз думал об этом. Кто же не захочет найти свою идеальную вторую половинку, ты так не думаешь, Лорейн?

Поняв, что я неосознанно подняла голову, с интересом слушая слова Вильгорта, я быстро отвела взгляд. Действительно, дура, не иначе. Впрочем, кто сможет притворяться постоянно и не сделает хоть одной ошибки?

– Я никому ничего не скажу, – пообещал врач неожиданно. – А теперь скажи мне, как часто ты приходишь в себя и сколько обычно находишься в здравом уме?

Застыв от неожиданности, я усилием воли заставила себя не дергаться и подумать хоть несколько секунд. Вот только, как давно Вильгорт понял, что я пришла в себя и откуда он вообще знает, что это может быть обратимый процесс?

Не в силах выдавить из себя ни слова, я нашла лучший выход из ситуации – молчание. Говорят же, что молчание – это золото. Буду считать, что в тридцать пять лет у меня все-таки есть некоторые преимущества, я знаю, когда следует просто промолчать.

– Я никому не говорил, но если ты продолжишь молчать, думаю, мне придется все рассказать драго Даргесу, – заметил беспомощно Вильгорт.

Интересно, он где-то практиковал методы «запугивания»? С одной стороны складывалось впечатления, что это именно я неразумная, не понимаю ничего. Но ведь с другой стороны – он намеренно давил на меня, желая узнать правду. Вот только, какую правду я могу ему рассказать? Не скажу же, что вообще не являюсь настоящей Лорейн и меня сюда… попутным ветром занесло?

– Ваш вопрос довольно сложный, – ответила спокойно. – Иногда я могу быть день, несколько дней в здравом уме.

– Но может быть и больше?

– Неделя?

– Тогда в каком возрасте это началось?

– С двенадцати лет, – немного подумав, отыскав в памяти Лори примерную дату, призналась тихо.

Да, с двенадцати лет Лори начала понемногу приходить в себя. Иногда она была в здравом уме день, час, а бывали такие случаи, что и неделю, десять дней у нее не было рецидива. В общем, как ни крути, но это довольно странная болезнь. К тому же, девочка потеряла два года своей жизни, прежде чем на время прийти в себя, почти не помня, что тогда происходило. Поэтому еще непонятно, было ли ее временное выздоровление вообще счастьем для нее или только сильнее било по душевным ранам.