Татьяна Барматти – Элениэль. Второй шанс на жизнь (страница 4)

Мысленно хмыкнув, я прикрыла глаза, стараясь сложить в голове все картинки воедино и проследить ход событий чужой жизни. Элениэль явно была девушкой хрупкой душевной организации. Она боялась так называемого отца, который, благодаря одному случайно подслушанному разговору родителей, оказался и не ее отцом вовсе.

Вот и они, уловки судьбы. В мире, где, оказывается, процветает многомужество из-за меньшего количества женщин, дей Сонтарис стал единственным мужем дейры Ларейны и где он только биологического папу Элениэль дел? Хотя, если делать выводы из слов Элениэль, всплывающим в голове навязчивыми жужжащими раздражителями, то она считала такую связь своей матери ничем иным, как великой любовью. Но мне, как хлебнувшей немного говница такое положение дел могло сказать только одно — нужно быстрее отсюда смываться, пока загребущие руки папаши не дошли и до моей новой тушки.

А если вспомнить еще один факт, который и стал для Элениэль точкой невозврата, то убегать нужно в кратчайшие сроки. Нет, это же нужно было додуматься и уже договориться о свадьбе для нелюбимой «дочери» в день ее совершеннолетия, то есть, когда ей исполниться двадцать. И если память мне не изменяет, то осталось порядка семи дней!

Да и ладно бы просто свадьба, но с пятью мужчинами. Пятью! Нет, ну правильно, один мужчина не смог потянуть выкуп дорогой дейры или по-нашему аристократки и сразу же нашел еще желающих.

Тьфу ты! Мужики еще называется!

Впрочем, а кто сказал, что будет легко? Никто!

Сейчас нужно понять, что я в итоге имею. Прав у женщин никаких, не смотря на то, что их меньше. Такой себе беззаботный рай, где женщин оберегают, как зеницу ока и ничего тяжелее иголки и вилки в руки взять не дают. Казалось бы — живи и радуйся! Но, реально? Где нет прав, там есть безнаказанность и если вспомнить маму Элениэль, вывод напрашивается сам собой, кто у власти, тот и рулит. К радости людей этого мира, власть меня совершенно не интересует, а вот мои права очень даже, жаль только, что с транспарантом к их местным блюстителям закона не подкатить, а значит нужно стать кем-то, чтобы с тобой считались.

Ну, а что касается родни и женишков, то тут все просто, нет тела — нет дела. Нет Элениэль, значит и спрос брать не с кого, а то, что мне какое-то время придется скрываться уже вопрос решенный. Пусть потом женишки спрашивают с дорогого родителя, где их невестушка…

С такими мыслями я не заметила, как усталость все же взяла верх над моими Наполеоновскими планами, заставляя веки потяжелеть, а после и уснуть с коварной ухмылкой на губах…

Глава 3

Отправляя в рот очередную ложку каши, я скривилась, не понимая, как можно было испортить простую крупу? Нет, реально? Что нужно было сделать, чтобы на вкус эта иномирная каша была, как какая-то помойная тряпка? Или это специальный рацион для меня? Может, Элениэль здесь не только названный папаша недолюбливает?

— Дейра Элениэль, можно войти? — Постучав в дверь, тихо уточнил Мастер Улиус.

— Да, конечно.

Смотря за тем, как в комнату заходит мужчина с подносом в руках, заставленным разными скляночками, я только мысленно усмехнулась. Как бы странно это не было, но кажется, этот старичок действительно переживал о моем здоровье, в отличие от тех же «родителей».

Как только я утром проснулась, первым, кого я увидела, был Мастер, причем не потому, что он резко нагрянул ко мне, а потому что сидел возле меня всю ночь, явно не сомкнув глаза. А то облегчение, которое было на его лице, стоило мне сказать, что чувствую я себя вполне сносно, я бы даже не смогла передать словами. Правда, на риторический вопрос, почему у меня была вызвана именно такая реакция на считывальщик, я тактично промолчала, сделав вид, что вообще не здесь, впрочем, как и продолжила разыгрывать амнезию. Смысла в том, чтобы рассказывать, что память вернулась, я не видела, да и в амнезии есть свои плюсы, которыми я вскоре буду беззастенчиво пользоваться.

— Как вы себя чувствуете? — участливо поинтересовался старичок.

— Есть еще слабость, но уже лучше…

— Это хорошо. Я сейчас вам дам одно снадобье, оно поможет вам набраться сил.

— Спасибо Мастер Улиус, — кивнула я с улыбкой и поставила тарелку с недоеденной кашей на тумбочку, понимая, что не смогу впихнуть в себя хоть еще одну ложку этого жуткого варева. Лучше потом попробую яблоко себе какое-то наколдовать. — Мастер, я хотела спросить, что сказал отец по поводу моих воспоминаний? Вы же поможете мне все вспомнить? — невинно уточнила я, стараясь сделать большие глаза. Ответ я, в принципе, и так знала, но мне нужно удостовериться в точности своих предположений.

— Я понимаю, как вам сложно, дейра Элениэль, но…

— Значит, отец не разрешил вам помочь мне, — наигранно вздохнула я, нисколько не удивившись.

— Дей Сонтарис, как и любой отец, переживает. После того, как ваш организм отреагировал на считывальщик, он опасается, что вы снова можете потерять на долгое время сознание, — поджав губы, с сочувствием выдохнул старик. — Будем надеяться, что память сама к вам вернется. Да и рядом есть ваши родные, я уверен, они обязательно вам помогут.

Кивнув, принимая ответ мужчины, я даже восхитилась его добротой, ведь лично я была уверена, что помогать мне никто не станет. Наоборот, пока я буду тут лежать, быстро закончат приготовления к «свадьбе» и в день совершеннолетия меня сплавят к «моим» пятью мужьям, чтобы те сами разбирались с глупой супругой.

— Вот, выпейте.

— А это точно безопасно? — пробормотала я, смотря на жидкость цвета хаки. Фу…

— Не переживайте, у этого снадобья нет никаких последствий, но оно придаст вам сил.

— Хорошо, спасибо.

Выдохнув, я опрокинула в себя жидкость, словно стаканчик горячительного, быстро выдыхая. На вкус снадобье было довольно противным, но если оно поможет мне, я готова закинуть в себя еще несколько склянок. Результат, как говорится, оправдывает средства.

Немного придя в себя, я взглянула на старичка и едва не хрюкнула от смеха. Выглядел он пришибленным, смотря на меня круглыми глазами. Да, наверное, не каждый день ему приходится видеть, как благородная дейра залпом выпивает его снадобье.

— Спасибо, Мастер Улиус, — мило улыбнувшись, кивнула я, покосившись на дверь.

Мастер оказался довольно понятливым старичком, так что через пару минут я осталась одна, медленно поднимаясь с кровати. Воспоминания Элениэль после сна немного улеглись, так что нужно было действовать, но для начала я до дрожи в пальцах хотела сама увидеть, как сейчас выгляжу, а то ее смазанные воспоминания, когда она разглядывала себя в зеркале, мне не особо в этом помогли.

Шаркая ногами, словно старуха, я зашла в довольно простую ванную комнату с белыми покрашенными стенами и каменным полом. Радовало только, что ванная вообще есть, а то мыться в лохани мне вообще не прельщало.

Остановившись у большого зеркала, я посмотрела на свое отражение, поджимая идеально очерченные пухлые губы. В ответ на меня смотрела молоденькая девушка, маленькая и худенькая, с довольно красивым личиком, на котором не было ни единого изъяна. Маленький, ровный нос, большие зеленные глаза с длинными пушистыми ресницами, высокие скулы.

Опустив взгляд ниже, я прикрыла глаза. По сравнению с моей грудью, эта казалась мне только ее подобием. Совсем маленькая… Интересно, единичка или двоечка? Нет, точно не двойка. Полтора? Впрочем, какая разница? Не в этом же счастье, да и с такой ангельской внешностью легко обмануть кого угодно, а мне сейчас большего и не нужно. Буду только надеяться, чтобы внешность не принесла мне новых проблем…

Кивнув себе, я быстро набрала воду в ванную, благо хоть память Элениэль помогла, а то я бы точно не додумалась, что кран находится у двери. После всех утренних процедур, ощущая свежесть во всем теле, я решительно направилась в гардеробную, рассматривая наряды девушки. Были у нее, конечно, несколько пышных, довольно красивых платьев, но в основном одежда оказалась простой, с обычными завязками вместо корсета. Папаша явно решил сэкономить на нелюбимой дочери, чем изрядно упростил мне жизнь. Может спасибо ему сказать?

Только бы не переломался от моей благодарности…

Фыркнув на свои же мысли, я взяла первое попавшееся на глаза платье нежно кремового цвета, простое хлопковое белье и удобные кожаные туфельки в тон. Оделась я тоже в кратчайшие сроки, увы, но разглагольствовать и рассматривать себя времени действительно нет. Лучше уж потом, когда буду в безопасности от любящих родственников, найду на своем теле каждую родинку и изучу ее подробно.

Вернувшись в комнату, я несколько секунд молчаливо смотрела в окно, рассматривая чужое синее небо. Яркие краски буквально завораживали, переплетаясь и смешиваясь. Да, смотря на такое чистое небо, невольно начинаешь мечтать о лучшей жизни.

— Так Эля, пора брать себя в руки. Время не резиновое… — пробормотала я, вытягивая руку вперед, ладошкой вверх.

Ну что ж, с Богом!

Хочу яблоко!

Яблоко появись!

Яблоко!

Ябло-око!

Скрипнув зубами, я медленно сжала вытянутую ладонь в кулак. Вот что не так спрашивается? Может нужно четче формулировать свои желания? Хочу красное, сочное яблоко!

Сглотнув, я снова вытянула ладошку, мысленно проговаривая все по слогам. Вкладывая в свое желание неведомою силу, которая должна мне подчиняться и едва не заорала в голос, когда в руке появилось яблоко, красное, наверное, сочное и… очень маленькое.