Татьяна Аверина – Психология новой реальности. Серия «Для мам». Часть 1. Как мой ребенок научил меня воплощать мечты в жизнь (страница 3)
Часто прорезывание каждого зуба кончалось жуткой истерикой, после которой ребенка «выключало» в сон. В глазах Миши была вечная боль. Это в мозге ребенка было искаженное ощущение боли, которое давало эффект таких мучений и криков.
Ближе к 1 году жизни Мишка стал смотреть в одну точку и почти не общался. Из коляски на улице выходить не стремился. На постоянной основе был звук «м-м-м», который вызывал у меня невероятный страх. Хронический менингит давал такие боли. Да, бывает хронический менингит! Уже позже, когда мы попали в больницу, врачи-реаниматологи это подтвердили.
Мои нервы так «сдали», что началась экзема по телу и даже аллергия на обычный чай. Натуральные или химические препараты помогали только на время. После этого всего я узнала, как работает мозг при приеме транквилизаторов. Врагу не пожелаешь. Хотя со стороны, казалось, все было спокойно. Но это уже другая история.
А пока мне порекомендовали включить в рацион питания Миши лецитин. Ему был 1 год. После первой же капсулы Мишка пошел на контакт, стал веселым, улыбался, а в его глазах появилась радость. Я была очень удивлена.
В сентябре 2018 года, в два года, он пошёл в сад. Начал болеть, температура 40 градусов на каждом этапе прорезывания зубов. В этот раз «шла» жевательная группа, 10 дней он лежал «тряпочкой». Через месяц вроде все стало нормализоваться, даже хотели всей семьей рвануть на море. Но насморк не заканчивался, а кашель в виде астматических приступов не проходил. Мы с мужем решили все-таки поехать на неделю на море и оставили Мишу с бабушкой. Через несколько дней он пошел на поправку.
Случился несчастный случай. Это так быстро произошло, что бабушка не успела ничего сделать. Миша часто падал за миллисекунду. В этот раз он свалился с качелей. Частенько он мог идти по коридору и резко упасть, это случалось буквально на ровном месте. Бывало, просто стоял и резко падал на пол, находясь в абсолютном спокойствии. А бывало, что это выглядело так, как будто он споткнулся, а рядом в сантиметре от его ног могло что-то находиться. И вроде о предмет споткнулся… Но со временем я стала быстрее реагировать и отслеживать ситуацию. Ребенок вовсе не спотыкался… Его просто отключало… Как будто неведомая сила отключала кнопку питания.
В итоге, после падения с качелей и последующим за этим сотрясением мозга и месяцем обследований, нам поставили страшный диагноз: «гипоплазия левой височной доли с кистой головного мозга». Я взяла консультацию гомеопата с хорошей практикой по такой клинике. Совмещали лечение гомеопатического характера с NSP продуктами. Через неделю лечения, Миша почувствовал себя лучше.
Нас выписали через месяц, и Мишка отправился в садик в отличном настроении. Проблемы с неврологией все-таки опять стали проявляться. Координация движений была странного характера. Часто Миша натыкался на углы с левой стороны и после этого ревел, как будто он их просто не видел. Казалось, его закидывало под высоким давлением на эти злосчастные углы. Он мог просто стоять и вдруг упасть вперед, как будто споткнуться. Или упасть на бок, как будто его кто-то толкнул. Выглядело это все мистически и совершенно не понятно. Однажды, после такого падения, я подняла сына с залитым кровью лицом. Крови я никогда особо не боялась, но тут мне стало страшно, потому что при падении он не ударялся лицом. Оказалось, что на десне образовалась и разорвалась гематома. Так у нас прорезался один из зубов, а потом это было уже обычным делом. Могу сказать, что гематомы на деснах набухали иногда за считанные часы или меньше. Я постоянно делала аппликации с прохладным Хлорофиллом на десны. Мишке было вкусно, а процесс шел легче. Зубы лезли почти с рождения непрерывно все три года жизни. Последние (восьмерки) прорезывались как раз в тот момент, когда мы попали в больницу с менингитом. Перед врачами встала непростая задача – «отделить мух от котлет».
Окружающим меня людям все это было не понятно, и они этого не замечали, а я, мягко говоря, думала, что действительно, потихоньку от усталости, вижу что-то нереальное… Лицо сына мне всегда казалось каким-то отекшим и кривым. Уже позже, посмотрев фото того периода жизни, я увидела, что мне ничего не казалось. Жесть! Лицо сына, правда, было постоянно в отеках. Вокруг же все убеждали меня в том, что я не права. Теперь я знаю, что каждый человек в любой момент времени видит все по-разному. Это называется восприятие. Поэтому только маме виднее, что происходит на самом деле, так как только она видит своего ребенка в мельчайших подробностях, только она 24 часа в сутки следит за ним. Поэтому всеми своими наблюдениями необходимо делиться на приеме у доктора, а не ждать, молча, что за малый промежуток времени, отведенный на прием, он сам обо всем догадается.
Как-то на приеме лор-врач сказала, что все в пределах нормы. В выписке я увидела диагноз: острый риносинусит. Надо было на это обратить внимание, но ее слова о пределах нормы меня дезинформировали полностью. Норма на словах, а в выписке слово «острый!!!» С тех пор я проверяла и проверяю все! И при встрече с врачами на приеме рассказываю подробно, что с нами было до похода к ним! Это важно!
1.3 Операция
В апреле 2019 года, в два года и восемь месяцев, Миша перенес менингит. Шансы выжить были на «нуле».
Скорую помощь вызывали три раза. Были выходные. Пересменки в больнице бывают в эти дни часто, поэтому я подписала документ об отказе на госпитализацию. Врач скорой помощи сделала сыну укол жаропонижающего характера. Температура с 40 градусов снизилась до 39,5, а через 30 минут начала набирать обороты и зашкалила уже за 40 градусов. Я приняла решение, дать сыну витамин С. Миша выпил 1 штуку с напитком Замброза от NSP, встал через 1 час с температурой 36,6 градусов и пошёл есть. Температура снижалась в течение этого часа с жуткой лихорадкой. Так я его дотянула до утра понедельника и тогда уже повезли в больницу спасать. Конечно, я все это время была на связи с горячей линией скорой помощи…
Врачи больницы мне сказали так: «МАМОЧКА, МЫ ВСЕГО ЛИШЬ ЛЮДИ, А НЕ БОГИ! КРЕПИТЕСЬ! МЫ БУДЕМ ДЕЛАТЬ ВСЕ, ЧТО ВОЗМОЖНО…
Они также сообщили мне, что такого случая давненько у них не было. Повезло. Миша выжил.
Получается, что нам в общем-то повезло? Нейрохирург не обнадеживал нас, просто попросил принести иконку и сказал: «Я не Бог, а человек. Вам надо верить в чудо». Эти слова опустили меня на землю, и я осознала, что не только в его руках находится наша жизнь…
«Удачная операция – это еще не результат, – добавил он тогда. – А вот желание жить – это шанс на реальное выживание». Врачи-реабилитологи обратили мое внимание на хватательный рефлекс Мишки. «Это хороший знак», – услышала я от одного из них.
Я поверила нейрохирургу, и выполнила его рекомендацию. Так же, в стенах больницы, я поняла, что могу сама решить, как помочь своему ребенку. Раньше я надеялась только на врачей, а тут мне дали возможность осознать, что конечный результат зависит по большей части и от меня.
Во время операции было наложение трепанационного отверстия, удаление, дренирование эмпиемы левого полушария мозга и парацентез левой барабанной перепонки, антромастоидотомия (вскрытие воздухоностных ячеек сосцевидного отростка височной кости).
После операции наш нейрохирург вышел с таким взглядом, как будто поужинал в хорошем ресторане, а не трепанацию черепа сделал. Этот взгляд меня поддерживал весь последующий период нахождения в стационаре, и теперь, когда я слышала разговоры медсестёр о том, что у меня тяжелый ребенок, этот факт уже никак на меня не влиял. Я знала, что мой сын скоро будет бегать.
Отношения к пациентам бывает разное. Это зависит от множества факторов. Врачи в реанимации более чувствительные, чем в стационаре. То есть принимать во внимание необходимо условия и случаи самих пациентов. Только в реанимации мне сказали о том, что наконец-то у моего ребенка ушел звук боли! Только они так четко и ясно смогли озвучить мои мысли, от которых я просто сходила с ума.
От этих звуков, типа «м-м-м», длившихся на протяжении почти трех лет, у меня началась совершенно невообразимая экзема, которую я начала лечить транквилизаторами. Они, конечно, замечательные! Экзема проходит, ты спокойна и довольна жизнью. Ничего вокруг тебя не интересует, как будто прячешься в «домике», и жизнь в кайф. Ты всех видишь, а что они говорят, ты просто не понимаешь. Звуки и информация доходят до мозга с задержкой. Могу сказать, что после первой меня отключило, я не помню, как оказалась в кровати. Проснулась через 12 часов. Хорошо, что это были выходные. За руль я не решилась сесть. Телесно я была с семьей, а мозг просто не включался. Это было похоже на фильм «Клик – с пультом по жизни» в главной роли с Адамом Сэндлером. Там главный герой перематывал все ненужные сцены жизни и молчал в эти моменты, а потом их просто не помнил. Так было и у меня, только я вообще ничего не помнила. Так прошло три недели с красивой белой кожей. Позже я узнала, что с них вообще слезть просто так, по щелчку, нереально. Это действительно, правда! «Слезала» неделю с них, уменьшала дозировку. Ненадолго ушедшая экзема вернулась! Она прошла только после постановки диагноза «менингит». Это произошло в больнице, через пять минут после того, как, после всех обследований, был озвучен диагноз ребенка – эмпиема левой гемисферы, левосторонний гнойный средний отит. По-русски, это гнойный менингит неизвестной природы с маленьким процентом шансов на выживание и нормальную жизнь в случае везения.