Татьяна Анина – Рыжий кот (страница 20)

От звонка в дверь вздрогнула. Вся переволновалась. Думала, по балкону залезет поэтому, прежде чем дверь открыть, в глазок посмотрела.

Влад широко улыбнулся и вручил мне очередной букет.

— Котик! — обрадовалась я, поцеловала его в щёку со щетиной. — Мой руки, я тебе рыбку приготовила.

Он вошёл в квартиру, снял свои кроссовки. Из небольшого пакета достал несколько бархатных коробочек.

— Тебе украшения, на замену, — тихо сказал он, открывая подарки по одному. На руке застегнул золотой браслет с сердечками. Наклонился и послюнявил мою мочку уха, засосав её. Серьги со звездчатыми сапфирами. Застегнул.

А я задыхалась. Глаза прикрывала, втягивая носом его запах. Гладила его предплечье.

— И кольцо, обручальное, — он показал мне свою руку. На правой руке безымянный палец опоясывал ободок с бесцветными камушками в три ряда. Точно такое же было предложено мне. — Распишемся.

Мужчина надел мне кольцо на палец. Оно было в самый раз. Не ошибся с размером. Надо же!

Я отошла от него и посмотрела в зеркало на шкафу-купе. Серьги сочетались с моими глазами. Рыжий кот встал за спиной и надел мне на шею тонкую цепочку из комплекта с серьгами.

— Дрю, что за личико? Улыбнись! — Влад поцеловал меня в шею.

— Колючий, — я повела плечом, не давая себя целовать. Но настырный Кот целовал плечо и руку до локтя.

— Я скучал.

— Несколько часов в разлуке, — у меня опять внутри взрыв эмоций, слёзы на глазах.

— Для меня целая вечность.

Я любовалась, как смотрится кольцо на пальце. Теперь буду очень гордой ходить по городу. Замужняя. Почти. Не сомневалась, что Влад, сдержит слово.

Хотела с ним жизнь прожить. Он мне нужен. И даже не из-за секса и какой-то мутной перспективы. Этого фундамента очень не хватало моей протёкшей крыше много лет. Когда тебе иногда кажется, что тонешь в этой жизни, то однажды ухватившись за твердь, захочешь по ней выбраться из пучины. Так вот Влад – моя опора.

— Влад у женщин очень много эрогенных зон, — шептала я, когда он продолжал целовать меня в шею, закидывая волосы на плечо. — У мужчин всего-то одна.

— Примитив?

— Полный, — усмехнулась я.

— Что ещё вычитала?

— Что активный половой возраст мужчины с двадцати пяти до тридцати лет, а у женщин с тридцати пяти до сорока. Так что, через пять лет ты того, а я этого.

Он выпрямился и, закинув голову назад, рассмеялся. Я смотрела на его сильную шею с кадыком, на растущую бороду и балдела.

— Я серьёзно, — обняла его и прижалась к нему со всей силы.

— Всё! Дрю, запрещаю всякую херню читать.

— Иди мой руки, буду кормить.

— Пошли, спинку мне помоешь, — он потащил меня в ванную комнату.

— Влад, Влад, — пищала я.

В душ? Он смеётся, мой макияж!

Облизывался, как кот, распахнул серые голодные глаза. Снял футболку, открыв взгляду своё офигенное тело. Звякнул тяжёлый золотой крест об широкую цепочку.

Взгляды переплетались. Он потянул моё платье вверх. В глаза смотрел, брюки расстёгивал. Я сняла лифчик. Ещё немного стесняясь, прикрыла соски предплечьем.

Слюна выделялась. Я вдруг стала задыхаться, когда на стиральную машинку улетели его джинсы, и нечего не стесняющийся Рыжий кот развёл руки в стороны, показывая себя во всей своей обалденной красе. Я показала свои груди и прильнула к его телу, сразу ухватившись за стойкий член. Он на работе сделал немного больно, но я уже всё помазала, чем надо и никакой боли не ощущала, а скорее всё чесалось и хотелось ещё.

Он накренил меня к полу и дарил какой-то невероятный поцелуй. Он, похоже, меня трахал языком, и я сама не отдавая себе отчёт его сосала, водила головой. Влажный поцелуй, горячий, я вошла во вкус, обвила любимого руками и стала в него проникать. Губы его разъехались в улыбке, он меня неожиданно подхватил на руки и усадил на свои бёдра. Сверху вниз было удобнее его целовать. Я в порыве страсти гладила его волосы и дёргала их.

Моя попа почувствовала прохладную поверхность большой стиральной машины. В этот раз трусики предпочёл с меня снять, но ото рта моего не отрывался. Сосал губы. Чуть покусывал. И чтобы Влад не делал я мгновенно повторяла за ним. И он усмехался. Как всегда, ядовито, ехидно, но я то знаю, что обижаться на такие ухмылки нельзя, он просто сам по себе такой... Немного испорченный. Глаза его всё выдавали, как он ко мне относился. Темнели и смотрели с глубокой любовью. Он подвинул меня к себе и вошёл в несчастное лоно. В этот раз влаги у меня было хоть отбавляй.

— Дрю, — заныл Влад. — Малышка, ну почему ты такая классная!

— Возьми такую, — стонала я. — Возьми меня классную.

— Моя Дрю, — задыхался он, гладя моё тело, которое трепетало и не могло насытиться прикосновениями, лаской и нежностью перемешенной с бешеной страстью.

— Твоя!

У меня горело лицо и плечи, горели руки от его колючей щетины, но я хотела ещё и ещё и чтобы больно, чтобы я чувствовала, что он берёт меня.

Член входил быстро, доставляя удовольствие и немного дискомфорта. Я опять слабела, покрикивала с каждым ударом, цеплялась за его спину, ногами обхватывала и подавалась навстречу.

Это был совершенно другой оргазм. Он накатывал с каждым проникновением, раздирал фейерверком блаженства внутри меня всю. И когда Влад в очередной раз проник очень глубоко, я обхватила его со всей силы.

— Внутрь! — закричала на него, изогнулась дугой, прижимая его за шею к себе. Любовник не выходил, мелкими толчками будоражил женское нутро, которое окатило его горючими соками, и он сам простонал.

Я не могла больше видеть, даже не дышала, исступление блаженством сотрясало все мои конечности. И я уже не поняла, когда Влад кончил сам, прижал меня к себе.

Мы тяжело дышали, слепились потными телами и наши сердца бились бешено.

— Дрю, — выдохнул он.

— Да, — слабо ответила я.

— Сейчас душ, и куни получишь.

— Ого! Ты такой щедрый!

— О, да, — он сгрёб меня к себе на руки и вступил в душевую кабину. — Мне же двадцать пять, самый пик сексуальной активности. Пользуйся.

— Я хочу!

6

Три раза за день! Он действительно в самом соку мужской потенции. Моя щёлка болела и ныла, натёртая. Но удовлетворение превосходило все. Мы голые валялись на смятых одеялах, отдыхая после секс-марафона. Моя голова на его плече. Влад накручивал на пальцы мои волосы.

— Рыба остыла, — утомлённо прошептала я.

— Но не уплыла, и то хорошо, — тихо отозвался Влад. — Нужно будет до посёлка доехать.

— Хорошо.

— Мне твоё «хорошо», не особо нравится. Что-то от глухой покорности есть.

— Ты прав, — горько усмехнулась я. — Но это гарантированный покой.

— Дрю, пора.

— Что нужно делать? — устало в неге спросила я.

— Пора рассказать о себе.

Я даже дышать перестала. Вот это всё утекло между моих пальцев как вода. Парень, любовь, полное блаженство.

— Не бойся! Ты чего? — он посмеивался, обнял меня. — Я уже кое-что знаю, но мне нужны подробности.

— А ты расскажешь? — с вызовом кинула ему, вырываясь из его рук.

— Да, — он прикрылся одеялом и смотрел на меня в упор.

Я потянулась к нему, поцеловала в губы.

— Вот здесь находится сонная артерия. При ударе по ней будет затруднено дыхание и потеря сознания. Смотри, — я скользнула пальцами по его шее. — Я могу очень сильно ударить. А если заехать острым предметом, ты скончаешься. Много знаю, куда бить и как убить.