Татьяна Анина – Не ваше тело! (страница 24)

Я со своей дорожки могла посмотреть на него свысока.

— Не видел вас раньше здесь.

— Белогривцева Светлана Романовна, — представилась я. И отвернулась, потому что на такой сложной технике лучше идти вперёд и не падать.

— Супруга Ярослава или родственница?

— Супруга, — гордо ответила я.

— М-м-м, и чем вы занимаетесь?

— Хожу по беговой дорожке, — ухватившись за поручни, кинула на него хитрый взгляд через плечо.

Я помню — это очень эффектно.

Мой ответ ему не понравился. Но видимо он был в курсе, кто такой Ярослав Васильевич Белогривцев, и вежливо кивнув, ушёл.

Через десять минут появился сам Ярослав, еле живой и помятый жутко. Но это ни в коем разе не помешало трём дамочкам строить глазки моему несчастному мужу. Им пришлось по мансарде ещё шуровать до нас, потому что они из соседнего подъезда.

Я ему доверяла полностью, подарив улыбку ушла, оставив его с соседками. У меня душ и на завтрак надо появиться с иголочки.

Мне нравится такая жизнь!

Ярослав за обеденным столом сидел со своим планшетом весь при трауре: рубашка чёрная, костюм чернее ночи, и галстук тёмно-серый.

— Что у нас до похорон? — хрипнул мой босс.

— Больница, модельное агентство, но я перенесла встречу в наш офис, так будет удобнее. Стилист придёт, тоже в офис, подстрижёт тебя. Предлагали подкраситься, я отказалась, ты очень солидно с сединой выглядишь. Ази с соболезнованиями и каким-то дельным предложением.

— Ты сообщила ему, что дельные предложения теперь может кидать Кате. Я не хочу, чтобы он вообще рядом с тобой появлялся.

— К сожалению, у Кати нет такого авторитета, как у вас, Ярослав Васильевич. И я могу пойти спать, когда он приедет, чтобы не расстраивать вас.

— Идеально.

— И по поводу нашей девочки.

Ярослав посмеялся и взял меня за руку. В этот момент я увидела, какой он невероятно добрый бывает. И ценит меня.

— То есть точно девочка?

— Ты против? — я чуть опять не разревелась.

И видимо это было очень заметно, что я сейчас мокроту разведу.

Так, срочно надо что-то с гормонами делать.

— Нет, Светочка, ты что. У меня нет дочери, если будет, то это праздник! — он привстал и поцеловал меня в висок. — Что ты хотела спросить?

— Имя. Я хочу назвать её Людмила Ярославовна.

— Я за!

— Серьёзно?

— В честь моей кровной матери.

— И моей! — я так обрадовалась, что всё равно разрыдалась.

Что-то надо решать!

Глава 12

Звали Голикову Валерией. Она меня старше, у неё сын взрослый. Вообще в наше время таких имён не было, так что я представила как её обзывали в школе, и навсегда она была Валерой, но никак не Лерой, как моя невестка. Может поэтому озлобленная, а может возраст пришёл, когда женщине надо перестраиваться с весёлой молодости на нормальную зрелую жизнь. Я сама толком не знала, что там впереди. У меня беременность.

И весть об этом быстро разлетелась по нашим «друзьям». Вот моя «подружка» нарисовалась.

На улице мороз сильный, помпезные похороны на знаменитом кладбище. Ярослав Васильевич ни жив ни мёртв. Прощающихся с Гомером немного, охраны тьма-тьмущая.

И Шурик здесь. Как-то всё стёрлось, что было между нами. Я похожа на его покойную мать, которую он любил, и смерть её переживал вместе с отцом, крайне тяжело. А девушки, вьющиеся возле его отца, никак не воспринимались взрослым сыном всерьёз. А я чуть ли не врагом стала. Хорошо, что ненадолго. Срок беременности маленький, но Шурик в курсе, что у него родится сестра.

Может, для него в первую очередь было сделано это объявление о нашей росписи и беременности.

Ирка бы удавилась от ужаса. Она из тех, кто никому ничего не говорит, пока живот уже выпирать не начнёт. Не покупает вещи заранее и вообще делает вид, будто ничего не произошло. У меня совершенно иная позиция, и я рада, что партнёры Ярослава знают, что всё серьёзно, и срок правильный. Это его ребёнок.

По залёту. Девушки так и будут думать, что это возможно — стать счастливой, залетев.

Валерия Голикова раздражённая, все её бесили, всё ей не нравилось, при этом выбрала почему-то меня для жалоб на окружающих. Взяла меня под руку, хотя я не разрешала этого делать.

— Ярослав, я смотрю, полностью ушёл в свою трагедию, — шептала Валерия.

— Ему можно, на это выделено целых два часа, потом придётся радоваться жизни.

Яр действительно плохо выглядел у могилы любимого брата. Настолько сильным было горе, и прощание с Гомером скашивало его.

— Жена Гомера ушла на два месяца раньше, и он не хотел без неё жить, — сказала Валерия. — Они странные эти Белогривцевы, очень привязаны к своим женщинам, поэтому когда у Ярослава супруга умерла, тут кипиш такой был. Всем миром искали ему замену, пока он огрызаться не начал. Для отвода глаз то с одной, то с другой, и тут ты, — она кинула на меня взгляд, свысока, потому что сама высокая и полная. — Прямо чудо природы. Как только рыжую выбрал.

— Валера, неужели ты думаешь, что я буду терпеть эти разговоры? — прошептала я.

— Ладно, успокойся, мы с тобой в одной лодке. То, что я там тебе ляпнула можно и забыть. Будь рыжей.

— Спасибо за разрешение, — хмыкнула я.

Писал Андрей, писал Дима. Всех интересовало, куда я пропала. Неожиданно всполошились!

Лена моя невестка благодарила за финансовую поддержку и за хорошего врача, которого нашли Мише.

— Жизнь продолжается, — прошептала я.

Мне будет жаль менять номер. Только тем, кто живёт в Ярославле, оставляю. Через интернет с Ирой буду связываться.

Ярослав обещал заменить мне весь мир. Верю. Справится.

— Гомер и Галя были ему родителями, он очень поздний ребёнок, Гомер был намного его старше, действительно годился в отцы. Сейчас такой переполох, — Валерии стало жарко, она достала бутылочку из сумки, выпила какую-то таблетку. — У Игоря нет детей, понимаешь. Не осталось в живых, я не смогла ему родить. У меня есть сын, ему отпала часть предприятия не в Москве, щедрый отчим. Игорь перепишет свои активы на своего брата Олега, как сделал Гомер с Ярославом. У Олега сыновья и дочери. Сейчас идёт смена поколений, Ярику ботинки вылизывать готовы, он же скидывает свои фирмочки. Бля, — Валерия нахмурилась глядя на меня. — Как он вообще на тебе женился? Они выбирают жён попроще, и в курс дел не ставят.

— Но ты в курсе.

— Я другая.

— Я другая, — эхом ответила я, и она раздражённо закатила глаза.

— Целая армия тупых куриц. Видела, что Саньку досталось? Где-то на курорте подцепил.

— Ниночка — моя невестка. Пойми правильно, они не тупые курицы, они — берегущие очаг. Мужчине нужно знать, что когда он забивает мамонта, у него есть что-то трепетное, крохотное, что нужно кормить и защищать. А боевая подруга не всегда нужна, и не всегда приятно.

— Ты трепетная курица или боевая подруга? — с издёвкой поинтересовалась Валерия, окончательно утомив меня.

— Я его часть, — прошептала и отошла от Голиковой.

Поспешила к Ярославу, потому что он сильно расчувствовался, надо было это заканчивать. Слабый Ярослав Васильевич Белогривцев никому не нужен.

Ухватила его за руку и сильно сжала его пальцы, чтобы он почувствовал боль.

И Ярослав не выдернул свои пальцы из моего кулака, выпрямился, приосанился, кому-то кивнул. Он заложил мою руку под свой локоть и наконец-то повёл с этого холода.

Как бы Валерия была неприятна, в любом случае общаться мне с ней придётся. Поэтому я кивнула ей на прощание. И возможно наше общение действительно перерастёт в какую-то дружбу, я пока только осваивалась.

— Что такая напряженная? — спросил Ярослав, уходя от церемонии в сторону машины, под присмотром охраны.