Татьяна Андрианова – Город под охраной дракона. Том I (страница 56)

— Завтрак стынет. — Гнусно сообщил он уже от двери, нагло проигнорировав тот факт, что его стараниями вместе с завтраком стыну уже и я.

Я хотела запустить в него сапогом и уже даже стянула обувь с ноги, но передумала. С моей «удивительной меткостью» наверняка промажу, и придется прыгать за утраченным на одной ноте.

— Ну? И почему ты не покусал? — Тоном далеким даже от легкого намека на вежливость поинтересовалась я у Тиграша.

Боевой кот состроил виноватую морду и издал мученический вздох. Мол, сама видишь, хозяйка, не виноватый я — эльф сам пришел. Не мог же я и в самом деле напасть на хозяина брата.

Теперь настала моя очередь вздыхать. Знаю, что тигр не может навредить Еринэлю. Хотя, видит бог, хорошая трепка среброволосому не повредит.

Я поискала расческу и не нашла. Коварный предмет женского туалета предательски затаился в недрах седельных сумок, ловко ускользая от алчущих его пальцев. В конце концов до меня дошло, что чтобы привести себя в порядок, придется вывалить содержимое седельных сумок и методично перебрать, а на это у меня нет ни желания, ни сил, ни света, не времени. Сияние магического светляка, любезно оставленного Лиссой в комнате, хватало ровно настолько, чтобы не понаставить себе шишек впотьмах. Недолго думая, расчесалась пятерней. А что? Мальчикам можно, а девочкам нет? Внешний вид вряд ли от этого выиграл. Да наплевать! Это всего лишь завтрак в глухомани, а не светский раут у царственных особ. Как-нибудь переживут. В крайнем случае выпьют валерьянки.

В итоге, когда вышла к столу — или к ковру? (или что там у них принято накрывать к завтраку?) — народ практически расправился с едой, а на мою долю щедро оставили странного вида лепешки. На вид произведение кулинарного искусства жены Фелана подозрительно напоминало сапожную подметку, а на вкус — фанеру. Не то чтобы мне когда-нибудь приходилось есть фанеру, но думаю, на вкус она как утренняя стряпня жены Фелана. Не удивительно, что народ сидел сплошь с постными лицами. Кроме драконианцев. На ящерообразных лицах этих ребят выражение не разберешь.

— Горячими они были лучше. — Доверительно сообщил Еринэль.

— Правда? — Тут же усомнилась я в словах брата.

Как по мне горячая древесина вряд ли вкуснее холодной. Но как знать? Я же не бобер чтобы разбираться в таких тонкостях. На всякий случай еще раз попробовала откусить лепешку. Вдруг, со второй попытки понравиться больше. Не угадала. К тому же чуть не сломала резец и поморщилась от боли. Вот блин! Так и без зубов можно остаться, а до приличного стоматолога сотни километров горных дорог и до неприличного, кстати, тоже. Хозяйка дома определенно мстит мне за ночную неразбериху с младенцами. Вот маньячка!

Только я пришла к такому неутешительному выводу, как жена Фелана подала мне горячий травяной отвар. Тоже неплохо. Если с едой возникли сложности, хотя бы попью горяченького.

— А где твой малыш? — С надрывом поинтересовалась женщина. От неожиданного вопроса я закашлялась. — Я ему молоко припасла. Даже погрела. — И подала мне рожок.

— О! Молоко! — Возрадовался Скворчащий животик, выхватил емкость у женщины из рук и нагло выдул содержимое в два глотка под потрясенными взглядами окружающих. — Что?! — Самодовольно фыркнул он, облизывая белые губы. — Любить молоко преступление?

— Нет. — Хрипло откликнулся Фелан. — Просто у нас грудное молоко пьют только младенцы.

Ученик Арагорна пристально уставился на жену Фелана, догадался чье именно молоко он только что употребил, округлил глаза и поперхнулся.

— Так где твой ребенок, женщина? — Подключился к расспросам Фелан.

Глядя в его суровые карие глаза, поняла — этот просто так не отстанет.

После бессонной ночи, безумных препирательств, ночного визита фурии и ранней побудки сочинять что-либо длинное и правдоподобное не было не сил ни желания.

— За ним пришел отец. — Резанула правду-матку я, будто крылатый эльф заявился не в закрытое помещение без окон, а забрал сына из детского сада.

Фелан издал какой-то полузадушенный звук, будто из надувного матраса выпустили весь воздух разом. Совсем не бережет себя мужик. Пил бы успокоительное что ли, если нервы не к черту. Его жена сдавленно охнула, уронила на пол чашку, которую как раз собиралась вручить своему мужу, и прижала руки к груди.

— И ты отдала ребенка? — Нервно пискнула она.

Вот же противоречивая женщина. Еще вчера она не имела ничего против смерти маленького фурии от переохлаждения, а сегодня разыгрывает из себя возмущенную невинность.

— Я отдала сына его родному отцу и не вижу в поступке ничего криминального. — Заявила я и демонстративно отпила горячий травяной настой, блаженно щурясь от удовольствия.

Мм… То, что доктор прописал. Даже меда добавили именно столько сколько нужно: ни больше ни меньше.

— Зачем ты его отдала? — Поинтересовался прокашлявшийся Скворчащий животик хриплым голосом.

Я бы хорошенько пнула надоедливого эльфенка под столом, но сидели на ковре, а это напрочь лишало привилегии незаметно отбить чью-то лодыжку метким ударом ноги. Какая неприятность. Пришлось ограничиться выразительным взглядом «зря ты не проглотил свой болтливый язык, пока кашлял».

— Малыша пожелала видеть его бабушка. — Вмешалась Лисса.

Она уже закончила завтракать и теперь просто держала чашку с отваром в руках, грея руки. Температура в доме была довольно прохладной несмотря на горящий очаг.

— Какая бабушка? — Не унимался любопытный темнокожий ученик Арагорна.

— Двоюродная. — Невозмутимо откликнулась колдунья с таким выражением лица, будто мифическая двоюродная бабка изволила прислать приглашение своему малолетнему внуку на бумаге тисненой золотом. — Малыш единственный ребенок, рожденный в семье за многие столетия. Вот старушка и решила оставить ему состоянию.

Я бросила на Лиссу восхищенный взгляд. Она спала меньше моего, а столько замечательных объяснений выдает. К тому же вполне правдоподобных.

Похоже наш бразильский сериал получил неожиданное продолжение. Жаль только что я больше не настроена сочинять дальнейший сценарий чересчур затянувшейся мыльной оперы. Вдохновение — тонкая штука — все время норовит ускользнуть. А единственной знакомой музой была моя подруга Светка, вдохновлявшая моего бывшего на сомнительного качества статьи, которые не брал ни один уважающий себя журнал. Возможно, какая муза — такое и вдохновение. Но это к слову. Сомневаюсь, что муза из моего родного мира сможет плодотворно вдохновлять кого-то в этом, даже если она не Светка. Может, мне пойти на курсы сценаристов, когда вернусь в свой мир? Глядишь, одну из моих безумных импровизаций когда-нибудь покажут по телевизору…

У жены Фелана явно накопилась целая куча вопросов, но только она открыла рот чтобы озадачить меня своим любопытством, из подвесной люльки прозвучал требовательный плач младенца, который меня спас. Вот уж никогда не думала, что рев младенца может так обрадовать. Женщина метнулась к люльке быстрее молнии, извлекла младенца, радостно опознала пропажу, принялась осыпать нежными поцелуями. Фелан неуклюже переминался с ноги на ногу, изредка хлопал жену по спине и явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Я поймала себя на мысли, что несмотря на дискомфорт от плача, готова расцеловать малыша за своевременное вмешательство. Что ни говори, а умеют некоторые с младых ногтей привлекать всеобщее внимание, становясь буквально центром вселенной. Отрадно, что Риганэль выполнил свое обещание. Терпеть не могу, когда меня обманывают мужчины, даже те, которых я видела первый и последний раз в жизни.

Под радостное щебетание жены Фелана нас экстренно собрали в дорогу. Наверное, подозревали, что, если не успеют нас выставить за пределы села в кратко сжатые сроки, еще кто-нибудь пропадет. Мне даже выдали стакан козьего молока, о чем я и мечтать не могла. Делиться ни с кем не стала. Нагло употребила в одно лицо под завистливые взгляды окружающих.

Драконианцы вероломно сбагрили нас с рук (или лап) на руки местным проводникам и гордо протопали в обратном направлении. Мы дружно посмотрели им в след.

— Интересно только у меня такое чувство будто нас хотят завести туда, откуда без карты шиш выберемся, и бросить на поживу стервятникам? — Поинтересовалась я у спутников.

— Да ладно тебе, Ника. Не будь такой подозрительной. — Отмахнулась от моих подозрений Лисса. На мой взгляд слишком уж легко она отмела такую возможность. — С нами даже шаман троллей не справился. А этот гад кучу народа умудрился к демонам переправить, и все сходило паразиту с рук, пока мы не разрушили его коварные планы. Здесь же даже захудалой ведьмы нет.

— Откуда знаешь? — Тут же заинтересовался Скворчащий животик.

Вот же любопытный эльфенок. Такое ощущение, что мы все стали предметом его большого исследования.

— Поверь мне, я — знаю. — Многозначительно возвестила колдунья.

Мы предпочли поверить ей на слово как единственному эксперту в магии. Остальные слишком далеки от таинственных загадочных пассов, зубодробильных заклинаний и прочей волшбы. Из всех известных фокусов-покусов лично мне близок шаманский бубен. Тут тебе и пляски у костра под ритмичную музыку, прием оригинальных зелий для выхода в астрал с последующим общением с духами. Просто три в одном. Но это к слову.