Татьяна Алая – Суровый Морозов, (не) Снегурочка и Снежинка (страница 13)
-Быстро собираемся! Готовность номер один, - вдруг приказным тоном сказал Морозов.
И только тут посмотрел на меня.
-И вы с нами. Ты же не против, Снежинка?
Мужчина скосил взгляд на дочь, та радостно кивнула.
-Что и мне?! – пробормотала я растеряно.- И куда? Может я не хочу!
-Собираться! Мы едем гулять! И это не обсуждается. Но только после завтрака!
Сегодня был очередной мой рабочий день и никакого уважительного основания слинять с пусть временной, но все же работы… Хотя мне очень не хотелось ехать куда-либо вместе с Морозовым.
Но что мне было делать?! Я судорожно все же искала причину не поехать…..
Но сначала завтрак….
Такое странное ощущение преследовало меня, когда втроем сидели за столом. Молча. В тишине только тихий звон посуды. Чувствовала, что не только мне неловко. Даже Тамара Васильевна была скованной, накрывая завтрак.
-Вот, приятного аппетита, - пробормотала та, бросая взгляды на меня.
-Спасибо, - сказала тихо, но успела увидеть кивок Морозова.
Даже завтракая, я сидела и мучилась, соглашаться или нет. Им нужно побыть вдвоем, а я ощущала себя лишней. Но мне никто не давал отгул…. И четко помнила, что когда ему нужно, Денис Вадимович очень четко озвучивает свои желания. Ведь попросил же на днях уйти, не заботясь о моем мнении….
А тут он четко сказал, что приглашает….
Неожиданно сборы прошли четко, быстро, когда Морозов взял процесс под свой контроль. И вот уже мы припарковались на огромной наполовину занятой парковке загордом, а я успела увидеть огромную горку и кучу народа.
-И что здесь? – спросила мужчину, уже достающего Снежану из детского автокресла.
-Будем кататься на тюбинге! Снежинка всегда это очень любила! – улыбнулся он, смотря с неожиданным задором, в куртке, свитере под цвет глаз, подтянутый и довольный.- Надеюсь, в будень будет не так много желающих.
От такого Морозова захватывало дух…
-Ну, ладно, - пробормотала, нехотя отстегиваясь, слегка обеспокоенная своей реакцией, вылезая из машины.
Это реально была горка. Здесь все было создано для желающих насладиться зимой, спуском, природой без особых затрат, как например для лыж или доске. Простенько и без подготовки. Как раз для меня.
У Снежаны при виде всего этого глаза загорелись. Особенно, когда посадили на большую ватрушку на самой вершине склона.
-И вы, мамочка, тоже лучше садитесь, если ребенок не говорит, - вдруг потребовал работник аттракциона нам с Морозовым, когда я лишь решила со стороны наблюдать за ними, тихонько потягивая чай.
-Я? – выдохнула, вопросительно и растеряно посмотрев на Дениса Вадимовича, испытывая дикую неловкость от сказанного парнем и радуясь, что в предвкушении спуска Снежана не услышала про маму.- Садиться?!
Этот вопрос был скорее к Морозову. Смотрела на него и ожидала, как начнет резко отчитывать так оплошавшего парня, но мужчина задумчиво посмотрел и невозмутимо произнес:
-Так безопаснее и Снежана хочет. Потом я. Не переживайте.
Если честно, мне очень хотелось. А получив такое одобрение, уже устраивалась на тюбинге для двоих, усаживая Снежану. Ох, не надо было мне соглашаться…
Как только съехала в первый раз, то словно очутилась в детстве. Теперь уже было не остановить, ощущая восторг и наконец рождественское настроение. Азарт грел лучше полушубка.
Мы вновь и вновь забирались на горку и с визгом спускались вниз… Сначала я держала Снежану и поднималась наверх, а Морозов затаскивал тюбинг. Потом через какое-то время устав, та попросилась к нему на руки, и мы поменялись. Теперь я пыхтя тащила вверх ватрушку, а они неспешно шли и болтали позади.
Но всегда радостный быстрый спуск….
-Марина, а вы готовы попробовать еще кое-что? – вдруг услышала в спину довольный мальчишеский голос Морозова, когда сделала последнее усилие и оказалась на верху склона.
Я вошла в такой азарт, что уже не могла отказаться.
-Да! – выдохнула, обернувшись и улыбаясь во весь рот. Это был вызов – и я его приняла.
Денис Вадимович наклонил голову в сильном сомнении. Потом посмотрел на дочь и хитро улыбнулся. Они выглядели, как два заговорщика.
- А скатиться вниз паровозиком?
-Кто первый?- с восторгом спросила его тут же, ощущая детскую бесшабашность.
И вот уже я ехала третьей, а Морозов со Снежаной за мной паровозиком. Та спускалась со склона только с одним из нас, категорически отказываясь делать это сама. Сейчас был как раз черед папы.
Первым в нашем паровозике соединенных тюбингов несся вниз парень лет двенадцати. В какой-то момент тот что-то такое сделал неверно, и весь хвост нашего паровоза резко занесло вбок, вылетая за трассу. Дети и одна мамаша завизжала, а я не испугалась, но просто не удержалась. И когда катилась кубарем, то думала о Снежане, радуясь, что в этот раз она с отцом.
Наконец я уткнулась спиной в сугроб, задержавшим мое движение. Я выдохнула, смотря в небо, лежа вся в снегу, еще не придя в себя от мелькания в глазах.
-Марина! – вдруг раздался зычный мужской голос, и надо мной появилось обеспокоенное и тревожное лицо Морозова. – С тобой все в порядке?
-Снежана как? – спросила его.
-С ней все нормально, -кивнул мужчина, - С тобой вроде тоже. Попробуй встать!
-Хорошо, - проскрипела, пытаясь вылезти из пушистого, проваливающегося подо мной снега.
Морозов вдруг схватил крепко за плечи и выдернул без особых усилий в сидящее положение. На минуту я оказалась в его объятиях, так совсем близко красивое лицо, и глаза цвета серого льда полны тревоги. За меня…. И я не устояла. Сама не успев это осознать, посмотрела на его губы, вдруг остро желая, чтобы поцеловал… Это была секундная слабость, от которой очнулась почти сразу, но был момент, когда показалась – Морозов чувствует и желает того же самого… В его глазах был вопрос, осознание и таящаяся в глубине страсть.
Всего секунда, которая все изменила....
-Все нормально? – подбежал работник аттракциона. – Скорая нужна?
Денис Вадимович повернулся к нему, а я разочарованно выдохнула.
-Нет, не надо. Все хорошо.
Волшебный момент растаял, как снег. Уже отстраненно Морозов помог встать на ноги, и вот я уже отряхиваюсь, а он безразлично и спокойно стоит рядом.
-Думаю, после такого можно и на ты?, - вдруг предлагает мужчина.
Тут же вспоминаю, что он уже перешел на ты.
-Я не возражаю…
Вдруг ко мне подбежала Снежана и с каким-то отчаянием обняла за ноги. Словно кожей чувствую ее страх. Тут же присела на корточки, прижав к себе. Даже через полушубок ощущаю, как та дрожит.
-Все хорошо. Со мной все хорошо, - самозабвенно шепчу, желая успокоить ребенка.
Нервно посмотрела на Морозова, боясь, как тот отнесется к такому проявлению привязанности своей дочери к чужому человеку. У нас с ним как-то не заладилось, а минутная слабость к его физической красоте не в счет.
-Поехали домой, - вдруг сказал он привычным суровым тоном, а я поняла, что не ошиблась. Он ревновал, проводя так мало с собственным ребенком.
Но что я могла изменить?!
Тогда лишь молчаливо кивнула, осознав, что этот чудесный день закончился, подхватила Снежану, не желающую меня отпускать, и мы медленно пошли к парковке. Сказка закончилась, оставив шлейф воспоминаний.
Вокруг стремительно сгущались сумерки.
Глава 13
Я смотрел на дорогу, а сам думал о другом. О том, что так очевидно увидел сегодня. И это заставляло задуматься.
-Как Снежинка? – спросил, посмотрев на Марину в зеркало заднего вида.
-Спит, - улыбнулась та, заботливо поправив одежду моей дочери.
Странно было убедиться, что совершенно чужому человеку было дело до моей малышки. Все время, что мы провели на прогулке, я наблюдал, как девушка трогательно относится к Снежинке. Но самое главное – я видел искреннюю привязанность дочери в ответ. Такого не было даже с Клавдией Ивановной. И если честно, осознал уколы ревности, осознавая, как это глупо.
После того, как мой ребенок был так замкнут, я тихо радовался, видя ее живую реакцию на няню.