Татьяна Аксинина – Не Золушка (страница 7)

– Этого Стасика я с детства терпеть не мог. Почему-то, когда Голубевы приходили к нам в гости, мне всегда доставалось играть с ним. «Идите, дети поиграйте, вы уже поели». Егор специально ел помедленнее, мама заступалась за любимчика. «Ах, он еще десерт не попробовал». Помню, как первый раз я потащился с этим хлюпиком «играть». Он младше на 4 года. И что за интерес мне, семилетнему пацану, выпасать трехлетку! Вместо того, чтобы пойти на улицу, на свежий воздух, качаться на качелях или выслеживать птиц и бабочек. Сидели мы с ним в игровой комнате, он ломал мои игрушки, не слушался, а на легкий подзатыльник закатил такой рёв, что стекла задрожали. Прибежали взрослые, меня отругали, а этому нытику, чтобы заткнулся, подарили мою машинку! Но и позже он не стал мне приятелем. Любая игра с ним кончалась ссорой, меня наказывали, а ему что-то дарили. Помню, как я честно дал ему пострелять из моего лука стрелами с присосками. Он ни разу не попал в мишень, разозлился и стал ломать мой лук. Я кинулся отбирать, каждый тянул в свою сторону, лук не выдержал, тетива лопнула и хлестнула его по щеке. Стасик заревел. Виноватым опять посчитали меня. А ведь это был мой день рождения, 10 лет.

– Ну и злопамятный же ты!

– Нет, я не злопамятный, а просто у меня хорошая память. Я добро тоже не забываю.

Дедушка и бабушка Дениса прибыли вечером накануне свадьбы. Они, определенно, умели себя вести. Если скоропалительный брак Дениса их шокировал, то внешне это никак не проявилось. Оба извинились за вторжение, и обещали, что постараются ничем не стеснять молодоженов. Это была правда, они заняли спальню, которая даже называлась «дедушкина», максимально удаленную от комнат Дениса и Оли. Виктор Георгиевич был старше жены, совершенно седой и наполовину лысый, но еще крепкий, хотя просторная льняная рубашка не могла скрыть шаровидную форму его тела. Он мало говорил и выглядел суровым. Татьяна Денисовна оказалась ниже мужа на голову и примерно вдвое стройнее. Она оделась в брюки-капри сиреневого цвета и легкую белую тунику. Белые босоножки на удобном низком каблуке позволяли видеть ухоженные ногти бордового цвета. Волосы ее были аккуратно подстрижены, завиты и покрашены, маникюр с сиреневым лаком – безукоризненный. Очевидно, что красотою и живостью Мария Викторовна пошла в свою мать. Но скрыть морщины и набрякшие веки, увы, было невозможно. Понимая это, Татьяна Денисовна не «штукатурила» лицо слоем косметики, а только слегка подкрашивала бледные губы.

Утром бабушка появилась в наряде, достойном не только гостьи на свадьбе, но самой невесты. Длинное сиреневое платье, вышитое белыми цветами, и ажурная белая накидка, заколотая у горла жемчужной брошью, на ногах – красивые белые туфли-лодочки. Оля мысленно поблагодарила мать Дениса, которая уговорила её взять дорогое платье и потратить время на прическу, мэйк-ап и дизайнерский маникюр. Оля никогда не позволяла себе такую роскошь, она и вчера не согласилась клеить накладные ногти по сантиметру: в быту неудобно и на клавиатуре нормально не поработать. Но яркий голубой лак с ручным рисунком в виде белоснежных веточек был очень красив и шёл к платью. А то она бы смотрелась бледно на фоне свекрови, чрезвычайно элегантной в кремовом костюме, и ее матери. Мужчины пришли не в черных фраках, как того ожидала Ольга, а в демократичных удобных костюмах белых, бежевых, светло-серых.

За стол не садились, пока не подъехали задержавшиеся в пути Голубевы. Виталий Андреевич приветствовал своего друга и партнера очень горячо. Егор тоже сразу подошел, но не к отцу, а к сыну, говорил с ним вполне дружески. Олю удивил внешний вид Ивана Ивановича Голубева, ровесника Виталия Андреевича. Выглядел он старше лет на 10, сильно сутулился, походка неуверенная, шаркал ногами при ходьбе. Модный темно-голубой пиджак-френч сидел на нем мешковато, значит, он сильно похудел. Сын привел его к столу под руку, а сам вышел покурить, так что Оля не сразу его разглядела.

Станислав Голубев – шатен с выпуклыми голубыми глазами, высокий, на две головы выше отца. Черты лица, когда-то, вероятно, привлекательные, сильно портили мешки под глазами. «Пивной животик» и заметно краснеющий нос выдавали пристрастие к алкоголю. Если бы Оля не знала от Дениса, что Станислав Голубев моложе её на 3 года, она бы определила его возраст «под тридцать». Едва он вошел после перекура, как сразу перебил отца, тихонько жаловавшегося старому другу на самочувствие, и громко объявил: «Не дождётесь! Папанька ещё огурцом!» И сам захохотал своей шутке. Следуя наставлениям Дениса не вступать ни в какие контакты со Стасиком, Оля старалась вообще на него не смотреть, тем более, делать замечания. Дипломатичная Мария Викторовна отвлекла Стасика закусками, на которые он набросился с какой-то неприличной жадностью.

Взяв на себя роль тамады на этом семейном празднике, Мария Викторовна вела этот «второй день свадьбы» так, как если бы всё было традиционно и накануне прошёл обычный «первый день». Она сияла улыбкой и поочередно предоставляла слово для поздравления своим родителям, потом – мужу. «Спасибо, Виктор Георгиевич! Спасибо, Татьяна Денисовна! Спасибо, Виталий Андреевич!» – У Оли уже щеки заболели от «радостных» улыбок. Следом шли родители невесты, точнее Светлана Александровна и Василий Сергеевич, которого представили родственникам, как гражданского мужа. Он от такой чести смущался, пил и ел очень мало и не говорил вообще ничего, только счастливо улыбался. Но мама Света выступила за двоих, она прочитала пожелание в стихах, наполовину из Интернета, наполовину дописанное собственноручно, чем восхитила всё застолье. Про жениха она удачно срифмовала «Денис –держись». Там была фраза: и про Олю. «Прими подарок, Оленька, родная! И пожелаю я тебе как мать, счастливой быть, часов не наблюдая, при этом – на работу успевать». Единственная из всех, она вручила не только конверт, но и подарок в коробочке – электронные часы-будильник, такие же, как были дома. Олю очень тронуло, что это будет как привет от мамы Светы. Прослезиться не успела. Света, пригубив бокал, сказала «Горько!» Пришлось отрабатывать эту повинность.

Свадьба продолжалась по плану: слово старшему брату жениха Егору, затем – двоюродному брату Виталия Андреевича Геннадию, который с женой Еленой приехал из Омска. «Мать позвала их только, чтобы деда с бабушкой на машине везде возили. Не любит она Геннадия, особенно, его новую жену-красавицу, называет её «эта глупая гусыня»». Елена определенно имела в глазах Марии Викторовны огромный недостаток: она была красивее и моложе. Вид блондинки в красном платье раздражал её, как мулета – быка. Что касается ума, то Елене хватало его, чтобы вести себя за столом достойно, не лезть с замечаниями, поддерживать каждый произнесенный тост.

Далее в списке, очевидно, шли гости, не являющиеся родственниками: Голубевы и Галина Леонтьевна, подруга Марии Викторовны. Она была двенадцатой за столом, к тому же не обладала возмутительной красотой Елены. Наоборот, выглядела довольно некрасивой: нос «уточкой», глазки маленькие, кожа в морщинах. Зато раскрасилась и нарядилась чересчур для семейного торжества, а голову держала так гордо, словно она здесь главная. Шелковое зеленое платье поражало воображение сложным фасоном, а в ушах и на шее, похоже, сверкали брильянты. Маникюр она сделала дизайнерский, ручной работы, длинные ногти раскрашены черным и зеленым, в тон платья. Оля, просидевшая со своими ногтями 2 часа в салоне, почувствовала себя простушкой. Ухаживать за Галиной досталось Егору, который оказывал ей почтительное внимание. «Кажется, Денис говорил, что она помогла ему устроиться в Мэрию». Галина Леонтьевна надменно отвечала на его вопросы, типа, что вам налить, а в основном молчала, ожидая, пока ей дадут слово.

Но Стасик не мог молчать и терпеливо ждать, он каждый раз вмешивался и лез со своими громкими замечаниями. «Да уж, отхватил недомерок красавицу!» «Да, она, конечно, умница, сечет фишку, в такую семью попасть, надо постараться» «Да, уж, не затягивайте с детишками до старости лет, как папанька, а то вообще не дождетесь наследника». Оля была в шоке от такой бестактности, но тут же брала себя в руки и отводила взгляд. Все гости делали вид, что не слышали, Голубев вяло осаживал отпрыска, а Мария Викторовна торжественно читала какой-нибудь подходящий свадебный стих или включала небольшой отрывок из видео с первого дня свадьбы и давала слово очередному гостю.

Фрагментов она приготовила три: регистрация в загсе, вход в ресторан по коридору из гостей и танец жениха и невесты. Подборку свекровь сделала не случайно, отсутствие близких родственников не бросалось в глаза. Хорошо, что Мария Викторовна не выбрала очень забавный эпизод с похищением невесты, которое организовала Лиза. Денису пришлось под дверью гардероба в ресторане петь для своей любимой «Живет моя отрада в высоком терему». Пел он по бумажке, но громко и с чувством, хотя мелодия оказалась совершенна неузнаваема.

Очередь поздравлять молодых дошла до Голубевых, как раз после танца под «Свадебный вальс» Евгения Доги. Единственный момент, где невесте было дано право выбора. Этот вальс любила Олина мама и часто слушала, потому что у бабушки была пластинка с музыкой из старого фильма.