Татьяна Абиссин – Непростые истории о самом главном (страница 49)
Ирина Ваганова
По ту сторону жизни
Неширокая быстрая река делала поворот, огибая высокий берег с укрытой ивняком площадкой, там уединились коренастый загорелый парень и миниатюрная светловолосая девушка. Они целовались, не обращая внимания на доносящийся из зарослей гомон туристов. Сквозь листву тонкоствольной берёзки подмигивало солнце, ветер нежно колыхал ветви, на одной сидел щегол и, ничуть не пугаясь людей, выводил бесконечную мелодию.
— Серенький! Послушай меня, — девушка отстранилась и засмеялась. — Погоди, не сейчас!
— Ася, Ася, — Сергей притягивал девушку к себе, та сопротивлялась.
— Скажу что-то важное, пока мы одни.
— Мы и в байдарке одни.
Борьба распалила парня, он увлёк Асю на траву около берёзы, девушка отклонилась, не давая поцеловать себя в шею:
— Щекотно!
Она отодвинулась, торопливо поправила растрепавшиеся волосы. Сергей прислонился к стволу и, покусывая травинку, проговорил:
— Вечно ты…
Ася встала на колени и приняла торжественный вид. Сергей, щурясь, наблюдал.
— Серенький… — замолчала, покусывая губы, села на пятки, несколько раз ударила себя кулачками по коленям, решаясь: — Я беременна.
Сергей подался корпусом вперёд.
— В смысле?
— У нас будет малыш.
— Какой, к лешему, малыш?
Сергей отмахнулся от басовито жужжащего около самого уха шмеля, встал, подошёл к обрыву. Вода отражала замершие на месте облака, тёмную листву и стоявшего на краю земли парня.
— Ты обещала предохраняться. Я сразу предупредил: никаких детей!
Он не видел, как Ася закрыла ладонями лицо, чуть слышно проговорив:
— Два года прошло, я думала…
Резко повернулся и выкрикнул:
— Не надо думать! Всё решено, чего думать?
— Пойми, мне двадцать шесть!
Сергей подошёл, взял её за плечи, легонько встряхнул.
— Хочешь рожать, рожай, но не от меня! — сказал и пошёл прочь.
Нервными движениями он раздвигал ветви кустов и деревьев, смахивал с лица паутину, лупил себя по шее и плечам, обрывая нудную песню комарья. Ася нагнала:
— Ты куда?
Сергей, не оборачиваясь, спросил:
— Какой срок?
— После дня рождения. Помнишь?
— Почему молчала?
— Боялась, в поход не возьмёшь.
Сергей остановился:
— Какой, к лешему, поход? К Борькиной матери надо было бежать в клинику! Уговорить её операцию сделать без лишнего шума.
— Операцию?
— Чистку… Аборт… Как это у вас называется?
— Серенький, пожалуйста…
Сергей продолжил путь, бросив на ходу:
— Собираемся и отплываем. Завтра утром надо быть на станции.
— Но поезд двенадцатого… Билеты же…
— Двенадцатого поздно. Борька уедет отдыхать, тогда к его мамаше не пробиться.
Как только Сергей скрылся за кустами, Ася опустилась на землю. Построенная из её собственных иллюзий надежда разрушилась в один миг. Попыталась сосредоточиться, но ничего не получалось. Устраивать скандал на глазах у друзей не стоило, а объяснения наедине ни к чему не привели, придётся плыть, Серого не переубедишь. Она вдохнула пряный от напоенных рекой трав воздух, поковыряла попавшейся в руку палочкой землю, отбросила её, поднимаясь, и поплелась собираться.
По краям большой поляны ютились палатки, тянуло дымком — в центре чернело кострище, вокруг него валялись брёвна. Ближе к воде на песке сохли пять байдарок, привлекая гладкими горячими днищами бестолковых бабочек и стрекоз. Сергей успел выбросить из своей палатки вещи и сворачивал полог, Ася принялась укладывать рюкзаки. Подошли Вадим и Лида — нежно влюблённые и жаждущие счастья для всего мира. Сергей деловито собирался, Ася опускала голову, чтобы ребята не заметили её слёз.
— Серый, я не въехал, ты чего сорвался? — вопрошал Вадим.
— Днёвку хотели устроить! Рыбку половить, черники набрать. Ася! Скажи ему! Вон ягод сколько! — подпевала Лида, — Дениска рыбачит, уху сварим, Танюшка с Олей по грибы пошли…
Сергей выпрямился и хмуро взглянул на друга:
— Помоги байдарку спустить.
Вадим и Сергей двинулись к лодкам, взялись за нос и корму одной из байдарок и понесли её к реке, Максим и Пётр помогли перетаскать вещи. Лида, пользуясь тем, что они с Асей остались вдвоём, села рядом на корточки и заглянула Асе в лицо.
— Что за дела? Весь поход душа в душу… Поругались?
— Пожалуйста, не спрашивай, — Ася взяла в руки всё, что смогла поднять, и пошла к воде.
Подруга, пожав плечами, отступилась:
— Что с вами поделаешь! Сейчас «тормозок» соберу тебе.
Серый злился. Прежде всего, на Аську, но эти тоже хороши! Друзья, называется.
— Не чудил бы ты, — талдычил Вадим, — всё равно не успеете. К порогу доберётесь в темноте, а надо осмотреть. Придётся утра ждать. Ночёвка там неудобная.
Сергей угрюмо молчал. Он взял вёсла и, придерживая байдарку, помог Асе занять своё место.
Девушка, уже сидя, оглянулась на капитана в надежде, что он раздумает плыть, но тот отвёл корму от берега, пройдя по каменистому дну, уселся и протянул Асе весло.
— Ребята, постойте! Серёга! Талисман забыл! — спешила Лида с пакетом, сквозь который просвечивали хлебцы, сыр в упаковках и термос, в другой руке она держала разрисованный обломок весла и размахивала им.
Лопасть и «тормозок» нашли свои места в байдарке, та устремилась к центру реки, направляемая резкими гребками Сергея.
— У порога жилеты не забудьте надеть! — крикнул Вадим.
— Не дрейфь, Вад, всё нормально будет, — донеслось из-за поворота.