Татьяна Абиссин – Непростые истории о самом главном (страница 23)
Лишь один дядя Спиридон качал головой и вдруг, не выдержав, уже не спрашивая разрешения, кинулся помогать — советами, ясное дело.
— Ну, вы, это, туды его в качель, боком поверните. Не, не так! Эх, мне б здоровье, я б показал вам, слабаки, как надо! Что вы мо́гете, мо́лодежь, мо́лодежь!
Так и говорит — «могете», «молодежь», с ударением на первое «о».
— Даж мебель не поднимете! Поднять, его вот так повернуть, — Спиридон махал руками в воздухе, обрисовывая замысловатую фигуру, — и все пролезет, как по маслу пойдет!
— Слышь, дядь Спиридон, отстань, а, по-человечески прошу! Ненароком зашибем! — гаркнул Стас. — Он нас учит!
— Это мы мо́гем, — поддержал Женька, коверкая слова, как Спиридон. — Отойди от греха подальше, что ли. Счас «мо́лодежь» такая, враз зашибем, не заметим.
Стас невольно улыбнулся — вид у Женьки суровый, здоровый мужик, серьезный. А на деле мухи не обидит — душа-человек. Да и поможет всегда, несмотря на то, что у него ребенок маленький, и вообще занятой человек. Всегда положиться можно — не то, что этот Аленин Сергей. Впрочем, родственников не выбирают, чего там.
Обиженный Спиридон мигом шмыгнул назад, цокая языком и недвусмысленно качая головой — осуждаю, мол, такое поведение.
Несчастный диван, хоть и по частям, втащили на восьмой этаж.
Алена вилась вокруг, пока муж не рыкнул — оскорбленная в лучших чувствах, она ретировалась. Когда сборка была в самом разгаре, Аленин телефон, радуясь за хозяйку, весело защебетал.
— Ну, что вы там, готовы?
— Готовы, а ты где? — радостно закричала молодая женщина.
— Сейчас приеду, ждите!
— А вот и Сергей сейчас приедет… — начала Алена.
— Лучше помолчи! — зло оборвал ее Стас.
Но вниз, однако, спустился, так и бросив диван в разобранном виде.
— А, вы его и вынесли? Давайте, пацаны, загружайте! — радостно раскомандовался подъехавший на грузовом такси Сергей, закуривая сигарету и со вкусом затягиваясь.
— Сам загружай, я спину потянул, — Стас собрался уходить. — И ногу ушиб.
Алена удержала его за рукав.
— Ну, помоги, зачем отношения портить, а? — жарко зашептала она. — Что тебе, жалко?
— А меня, значит, тебе не жалко?
— Ну, Стасик. Стас! Миленький!
— Иная жена — хуже пиявки, — нахмурившись, подвел итог спорам Евгений. — Давай, взяли.
Ему-то, двухметровому качку, было не так тяжело, не то, что худосочному Стасу!
В это время пошел проливной дождь.
— Ну, скорее, чего вы там копаетесь? — размахивая руками, как ветряная мельница, родственник усиленно помогал «загружать» диван.
«Ну, Сергей, ну, друг, припомню», — обливаясь потом, думал Стас, вместе с Женькой затягивая диван в машину.
Просигналив, Сергей отчалил, даже спасибо не сказал.
Вот так всегда — вечно с три короба наобещает, ничего не сделает.
— Ну что, по пять грамм? — предложил Женька. — За семейное благополучие. И диван заодно дособираем.
— Давай, — согласился Стас. — Конечно.
В квартире счастливая обладательница дивана быстренько переоделась в не совсем приличный халатик, всем видом показывая, что Евгению пора двигать отсюда — ну, как только диван соберут, конечно. Впрочем, тот намеков не понимал.
— Эх, проголодался я! — воскликнул Женька, когда диван наконец-то стоял на месте — а вернее, занял собой практически всю комнату. — Давай по пять грамм, и что там, хозяйка, поесть у вас найдется?
Алена фыркнула. Она-то угощать никого не собиралась!
— Пошли, — Стас потянул друга на кухню. — Разберемся.
— И нечего тут рассиживаться! — сказала Алена через пару минут, недовольно взирая на жарящего яичницу мужа. — Я, между прочим, устала.
Стас молча стоял у плиты спиной к Алене.
— Слышишь меня?
Стас молчал, как воды в рот набрал. Женька красноречиво смотрел то в окно, то на чудную семейную пару.
— Ну и не надо, — фыркнула Алена и, круто развернувшись, вышла из кухни.
Дзинь! С полки в коридоре рухнула ваза, разлетевшись на мелкие осколки.
Стас покачал головой — он всегда говорил, не место ей тут. Но жена заладила — хороший фэн-шуй, хороший фэн-шуй… Вот тебе и фен, вот тебе и шуй. Определенно, Алена, пролетая мимо, зацепила ее!
И точно — Алена, приоткрыв дверь, чуть высунула нос в кухню:
— Сам и убирай! Из-за тебя все!
И скрылась.
Когда через полчаса Стас появился в комнате, Алена сидела на вожделенном диване в позе оскорбленного достоинства с книгой в руках.
— Сколько выпили? — подозрительно спросила она, не глядя на мужа.
— Все и выпили.
— Ах, ты! — она задохнулась, словно подавилась готовыми вырваться словами. — Не подходи ко мне! Как не стыдно! Я мучилась, бегала, искала диван, нет, чтоб провести вечер с женой, так ты с собутыльником!
Стас как-то странно посмотрел и вышел из комнаты. Алена услышала, как он со всей силы ляпнул дверью на кухню. Почти сразу же раздался грохот — что-то рухнуло. Испуганная Алена замерла, прислушалась: в прихожей возня. Наконец-то, Женька уходит!
Вскоре она услышала и звук хлопнувшей входной двери.
Выбежав в прихожую, не увидела на полочке документов мужа. Самого Стаса тоже не было.
На кухне стояли две пустые тарелки, на сковороде осталась нетронутой холодная яичница, а бутылка водки и вовсе была не открыта.
Зато слева от плиты, на полу, красовался рухнувший со всем содержимым кухонный шкафчик.
Алена, давясь слезами и кусая губы, пошла за щеткой — сметать то, что прежде было кухонной посудой, а теперь попросту — мусором.
Суббота удалась.
Спала Алена плохо.
Вчера, после того, как ушел муж, долго ревела — искренне не понимала, почему Стас так взъерепенился. Обидно, просто сил никаких! Доделают ремонт, будет у них не квартира, а картинка… Нет же, взвился, всю дорогу рычал, а потом умотал с Женькой. Куда пошел? Хорошо, если к Евгению — у того жена и маленький ребенок. Не опасно…
Сын у них или дочь? В последнее время Алена мало времени уделяла мужу — что уж говорить про общих знакомых. Она вообще не знала, что происходит вокруг — разрывалась между работой, ремонтом и поиском денег на диван. Одолжила, в конце концов, у матери и еще — у сослуживицы, да еще у одних знакомых — благо, без процентов, отдавать легче будет. Пояс решила затянуть потуже — никаких кофе с подругами, никаких новых вещей, ничего — диван. Да, она действительно безумно, ужасно хотела такой диван! В ее представлении это был не просто предмет, не просто мебель — это был символ роскоши, стабильной жизни, достатка, уверенности в завтрашнем дне. Он был нужен — практически, как воздух. Стас не мог этого понять. А она взяла и купила — решила, что договорятся. Ну, как обычно — сначала муж повредничает, пожурит, а потом — простит. Все-таки он ее любит. Любит ли? Вчера молодая женщина впервые в этом засомневалась.
А что, если уже нет? Почему-то Алене стало ужасно страшно. Что она будет делать? Она-то его любит. Для кого этот ремонт, диван? Вообще, для кого все это…
Что бы как-то отвлечься, Алена решила разобраться с рухнувшей кухонной мебелью. Все убрала, выбросила битую посуду, а потом решила шкафчик если не повесить, то хоть пододвинуть в сторону.
Он оказался на удивление тяжелым. Просто тяжеленным! «Бедный Стас, — вдруг подумала Алена. — Два дивана тянуть — это не шутки…».
И в тот момент, когда приподняла шкафчик, он вдруг выскользнул из рук и снова рухнул на пол, а заодно — и на ногу.
Как же больно!
Алена взвыла.