Татьяна Абалова – Свет его души (страница 6)

Бабушку Душечке было жалко. Она так старалась, чтобы невеста выглядела достойно.

Сколько себя Аленка помнила, столько стоял в бабушкиной комнате старинный сундук, и его не разрешалось никому трогать. Даже в замочную скважину посмотреть не дозволялось. Бабушка носила ключ на шее на веревочке, чтобы у внучки даже поползновений не было в него залезть.

Открылся он лишь однажды. Как раз в день свадьбы. Аленка приготовила себе другое платье – одолжила у школьной подруги, которая за полгода до того вышла замуж. Та сама его сшила. Она же помогла подогнать по фигуре. Но бабушка рано утром позвала к себе. У Аленки перехватило горло, когда она увидела разложенное на кровати белое платье, фату к нему, украшенную флердоранжем, и перчатки выше локтя.

– Откуда такое чудо?

Лиф платья сверкал жемчужинами пополам с бриллиантами. Сначала и не поняла, что они настоящие, думала стеклярус и хорошая подделка под жемчуг, но бабушка опровергла домыслы. Серьги и колье хранились в квадратной бархатной коробочке, потертой по углам, и на потемневшем от времени шелке. Достала трепетной рукой.

– Жемчуг «от Болина», – произнесла она, перейдя на шепот. – Была такая ювелирная фирма. «Карл Эдуард Болин». Ее работы любила последняя наша императрица. Сколько раз я порывалась продать хотя бы камень, чтобы выжить в трудную годину, но не стала разорять доставшееся нам наследство. Да и страшно было. Лихих людей вокруг всегда полно. А так пусть думают, что ненастоящее. Нам спокойнее.

Обнимая Аленку, бабушка шепнула слова, от которых у внучки сжалось сердце. «Как помру, ты будешь хранительницей наследства наших предков. Я потом тебе покажу все реликвии, что хранятся в сундуке. Помни, мы – Друцкие».

Когда Аленка вышла во всем этом великолепии к школьной подруге, которой предстояло сыграть роль свидетельницы, та ахнула от восторга.

– Откуда такая красота? – спросила она, рассматривая жемчужное колье.

– Бабушкина бижутерия, – коротко ответила невеста, рдея от удовольствия.

– Делали же раньше! – выдохнула подружка. – Как настоящее.

Зря они бегали к окну смотреть, не приехал ли свадебный кортеж. Жених не появился ни через час, ни через два. Его телефон был вне зоны. И если бы не упорство подруги, Душечка так и ждала бы его. Неудавшаяся свидетельница дозвонилась до мамы жениха, которая со слезами в голосе призналась, что ее сын еще рано утром улетел с Элей в Турцию. Просила прощение у Душечки, но та не желала слышать. «Это не правда! Он не мог так поступить со мной. Мы любим друг друга!» – твердила она и до глубокой ночи терзала себя и своих близких, что с ним что–то случилось, просто от нее скрывают.

– Да, мы дворянских кровей, – призналась Душа, смело подняв глаза на «свекровь». Специально тряхнула головой, чтобы старинные драгоценности подтвердили благородным блеском высокое происхождение. – Мы из рода князей Друцких.

– К сожалению, я плохо знаю генеалогию дворян, не относящихся к драконам. Но если ваш род княжеский, то вы стоите выше баронов, хоть и являетесь людьми. Ты же, милочка, из людей?

Хотела Душа ответить, что из лягушек, но не стала повторять шутку. Сын принял за чистую монету, а мать может и поверить. Драконы они такие драконы. Для них люди – отдельная планета. Копошатся муравьями под ногами богов. Однако боги не брезгуют вести общие дела с людьми и другими расами, населяющими этот мир.

В своде правил Дерхона записано, что перед Вселенной все равны, но драконы все равно нашли чем отличиться. Они жили дольше всех. И никогда не было среди них слуг. Впрочем, эльфы тоже не охотно прислуживали. Одни люди и орки не брезговали любой работой. Жили мало. Им некогда было ждать подходящего случая, чтобы судьба высыпала на их головы золотой дождь. Хватались за все подряд.

– Будь добра, принеси из кареты подарок, который я приготовила для тебя. Совсем забыла. Так волновалась перед встречей, – «свекровь» отхлебнула из своей чашечки и посмотрела на Душечку глазами лани.

– Я покажу дорогу к конюшням, – откликнулась Пенелопа, понимая, что невеста хозяина еще плохо ориентируется в усадьбе.

Ада, стоило Душечке и Пен покинуть флигель, тут же воспользовалась ядом. «Значит, беременна, раз отказалась от вина». Она торопливо откупорила бутылочку и капнула в чай. Для верности три капли, а не две. Потом забеспокоилась, что лишняя капля испортит цвет или запах, поэтому сидела, как на иголках, пока потревоженные ложкой чаинки не перестали носиться по кругу. Принюхалась к напитку и удовлетворенно выдохнула. Цвет и запах не поменялись.

Подарок разворачивали вместе. Великолепная ночная рубашка радовала обилием лент и кружева.

Душечка выразила неподдельную радость. Хоть и знала, что красивая вещица ей не пригодится, да и получена она от «свекрови» незаслуженно, было приятно, что ее приняли за настоящего человека. Ей даже показалось, что щеки загорелись от румянца удовольствия. Но зеркало в комнате лорда Хорна не подтвердило сей невероятный факт и не могло подтвердить. Откуда у Души румянец?

– Ой, чай, наверное, совсем остыл, – возбужденная зрелищем радующейся подарку девушки, Ада сама подлила чай. – Давай выпьем. Пусть не вино, но у нас есть повод. Чтобы все у нас было хорошо. У нас у всех. Пенелопа, за твое здоровье тоже пьем!

Она подняла свою чашечку и дождалась, когда Душечка поднимет тоже.

В этот момент в комнату ворвался лорд Хорн.

– Любимый, а мы тут чаевничаем с твоей мамой, – прощебетала Душечка, ставя чашку на стол. Она поднялась и порывисто бросилась Наярду на шею.

Ада закрыла рот рукой. Она видела, какой взгляд, только появившись на пороге, бросил на их компанию сын – полный тревоги и смятения. Он едва задержал его на матери. Его беспокоила Душечка. Он переживал, не обидели ли его невесту. И когда понял, что все три женщины мирно уживаются, в его глазах зажглась нежность. Нежность!

– С тобой все хорошо, милая? – Най вглядывался в лицо Душечки.

Он прекрасно знал свою мать и совсем не знал, что может угробить Душу. В королевской лаборатории богатый арсенал убийственных веществ. А ему уже донесли, что королева вызвала ее мать, и та, после встречи с Ее Величеством, отправилась прямиком к придворным магам. Поэтому едва не загнал коня – так торопился домой.

– Все замечательно, Любимый, не беспокойся, – она была до смерти рада, что явился хозяин, и ей больше не придется врать и строить из себя невесту. Пусть сам разбирается со своей матерью.

– Мама, знала бы ты, как мне дорога Душечка! – с волнением воскликнул Най.

Он тоже оказался неплохим актером. Его слова звучали искренне, хотя Душечка видела подтекст. «Я отвалил за нее целых пятьсот золотых». Только за такую щедрость и доброту стоило полюбить нового хозяина.

Глава 6

Простодушная Пенелопа с волнением следила за проявлениями любви и нежности в молодой семье Хорнов и млела от удовольствия. Она так давно желала Наю счастья.

Леди Хорн сама не поняла, что толкнуло ее на столь безумный поступок – нежность в глазах сына, или неподдельная радость Душечки, когда она увидела Наярда, а может тот факт, что девочка была из княжеского рода, а ворон ворону глаз не выклюет, но Ада быстро поменяла чашечки местами.

– За здоровье молодых! – произнесла она с надрывом и залпом выпила отравленный чай.

– Ой, вы, кажется, что–то обронили, – Душечка заметила лежащую под столом бутылочку. Ту самую. Подняла и протянула «свекрови».

– Ах, благодарю! Это капли от мигрени.

Лицо леди Хорн сделалось пунцовым. И как она могла положить яд мимо расшитого бисером ридикюля? Виновато взглянула на Наярда, но тот не спускал глаз со счастливой Душечки, которая кинулась показывать ему подарок матери.

Сославшись на разыгравшуюся головную боль, Ада покинула дом сына. Шепнула ему, что ждет внуков и попросила подать карету. Домой ехала в обморочном состоянии. Ночью маялась резями в животе. Покрывалась холодным потом. А утром обнаружила, что у нее начались лунные дни. Дни, которых у седовласой леди Хорн не было добрую сотню лет.

Всю неделю она провалялась в постели. Ни с кем не общалась, написала лишь пару писем. Одно сыну, где попросила немедля увезти невесту и Пен из столицы, что говорило о крайней степени ее озабоченности. Ада знала, Наярд поймет и не задержится ни на минуту. Второе королеве, в котором известила Ее Величество, что опоздала и не смогла выполнить ее поручение. Сын уже отбыл с невестой в гарнизон. В конце послания леди Хорн попросила освободить ее от службы при дворе по причине серьезной болезни.

Королева навестила старую подругу, ожидая увидеть в постели разбитую клячу, но была удивлена ее цветущим видом.

– Признайся, что ты сделала, чтобы так омолодиться? – Ее Величество бесцеремонно задрала рукав пеньюара и провела ладонью по руке до локтя. – У тебя кожа, точно бархатная, и совершенно гладкое лицо. А грудь! Ты посмотри, какая у тебя грудь! Как у девочки.

Она ткнула пальцем в торчащее полушарие и убедилась, что высота и плотность груди вовсе не иллюзия.

Ада стыдливо запахнула пеньюар. Совершенно случайно яд, приготовленный для Душечки, оказался панацеей от старости.

Леди Хорн и сама ощутила, что с приходом лунных «проблем» стала чувствовать себя гораздо лучше. Да, живот поболел, и пришлось вспомнить, как ухаживать за собой в такие дни, но эффект был волнительный. К концу недели она не узнавала себя в зеркале. Теперь изменения заметили и другие. Если бы королева раздвинула занавески на окне шире, то она увидела бы, что на голове ее старинной подруги почти не осталось седины. Лишь цвет платины мешал отличить одно от другого, но Ада–то знала.