Татьяна Абалова – Под созвездием Падшего Ангела (страница 9)

Поэтому известие, что отец узнал об их грешках, заставило сестер побледнеть и безропотно отправиться к коляске. Джас даже заподозрила, что проступков было гораздо больше, и посещение «Спелого колоса» самый безобидный из них, слишком уж сильно старшенькие изменились в лицах.

Еще Родерик никак не отставал, шел следом, будто тоже собирался отведать тяжелой руки, держащей вымоченную розгу.

– До свидания, Аделин – произнес он, протягивая ладонь старшей, чтобы помочь забраться в коляску. От глаз мнительной Джас не скрылось, как Адель по–особому ему кивнула. Со значением. Мол, свидимся позже.

– До свидания, Грис, – средней тоже перепала обворожительная улыбка, отчего та неожиданно зарделась. Вход перед «Спелым колосом» освещался ярко, поэтому Джастина заметила несвойственное сестре смущение.

«Что он творил с ними?» – беспокойство нашептывало самые фривольные сцены.

Занятая самыми ужасными предположениями, Джас рассеянно подобрала брошенные вожжи, подцепила край юбки и только собралась забраться на облучок, как взлетела в воздух. Ее обхватили сильные руки и забросили на сиденье.

Краска пожаром прилила к лицу младшей дочери лорда Долин. Но не от смущения, а от гнева. Она, что, маленький ребенок, чтобы с ней так обращались? Джас резко развернулась к наглецу и, сузив глаза, прошипела:

– Еще раз позволите себе такую вольность, руки обломаю.

Угроза была произнесена настолько яростно, что принц безоговорочно поверил. Эта может. Но вместо слов извинений, он сделал неожиданную вещь – рывком забрался на облучок и, нависнув над опешившей воительницей, прошептал ей на ухо:

– Если хотите узнать, что с вами не так, приходите в Орлиное гнездо, – и, спрыгнув с коляски, неспешно пошел назад в «Спелый колос». Ни разу не оглянулся, хотя ему в спину пялились три пары глаз.

– Что он тебе сказал? – взвилась старшая, когда миг всеобщего оцепенения прошел.

– Попросил передать отцу, чтобы он вас не жалел! – мстительно выдала Джас, проглатывая ставшей вязкой слюну. Ее мысли лихорадочно метались и не давали понять, что только что произошло. Так и не найдя ответа, Джас стегнула кобылку. Коляска покатила к выходу.

***

Итак, он ее нашел.

Более полугода ушло на то, чтобы принц Родерик сделался на правом берегу своим. Приманив к себе сестер, он услышал все сплетни Долин, от них же узнал, какая знать здесь обретается, и пришел к неутешительному выводу, что ни одна из женщин благородных кланов под описание лазутчицы не подходила. Близко к границе жила лишь одна семья – хозяина спорных земель. Остальные предпочитали размещаться подальше от Орлиного гнезда и бывали в гостях у лорда Варандак лишь по приглашению. Родерик начал уже склоняться к версии, что лазутчик был послан из самой столицы королем Лереи, что тем более оправдывало его решение отложить нападение на Долины.

И лишь нечаянно брошенная фраза во время обсуждения сестрами некой леди Берли, открывшая, что у некоторых мышей дар просыпается раньше времени, позволила младшему принцу понять, что он не там ищет.

Подросток! В Орлином гнезде побывал подросток, который скрывает свой дар, иначе давно был бы обращен в «пустышку». Сестры не преминули бы обмыть несчастному кости.

«Не несчастному, а несчастной. Это точно была девчонка». Родерик помнил, как легко и нежно было тело под его пальцами. С зачатками груди, за которую он нечаянно хапнул, когда поймал лазутчицу на лету.

«Интересно, она знает, что, являясь мороком, абсолютно обнажена? Если бы не путающая зрение дымка, я сразу разглядел бы, что передо мной девочка».

Осталось только найти эту отчаянную лазутчицу. Но и здесь неудачи преследовали принца. Из всех подростков, которые жили на границе, и кто мог бы владеть магией, были сами сестры Варандак. И удивительное дело, они ни разу не упомянули, что у них есть младшая сестра.

Глава 6. Метания

Оно и понятно, почему сестры не упомянули о Джастине. Дерик наблюдал за их встречей и не увидел и толики привязанности или любви. Младшая старших раздражала. Она им мешала. Поэтому не имело смысла рассказывать о той, кого и в семье старались игнорировать.

Принц поворошил волосы на затылке и поднял глаза к небу. Он стоял на пороге «Спелого колоса» и улыбался. Нет, не вернется он назад, не то настроение, чтобы встречаться с управляющим и говорить о скучных делах. Сегодня произошло нечто поинтереснее, о чем следовало поразмыслить.

Стоило коляске подкатить к «Спелому колосу», Родерик и на мгновение не усомнился, что видит перед собой девочку, которую уже держал в руках. От нее исходил свет. И Дерик не мог понять, видят тот свет остальные, или Джастина светилась только для него.

Обладательница красивых, цвета пшеницы, волос, серых глаз и хрупкого телосложения, она никак не выдавала той силы, какой обладала. Силы тела и духа. Забрасывая девочку в коляску, принц опять ощутил под пальцами всю ту же не оформившуюся фигуру, но с неожиданно крепкими мышцами тренированного тела. Девочка только с виду казалось хрупкой и нежной, а на самом деле не брезговала физическими занятиями.

Сестры, в отличие от нее, давно утратили стремление бегать и прыгать. Они «выросли», хотя было похоже, что и изначально чурались подобного. Их тела уже обросли жирком лени, который с годами расползется, неумолимо стирая красоту и молодость. Родерик знал это точно, так как позволял себе невзначай прикасаться и даже легко приобнимать девушек. Они не возражали, хотя всякий раз мило краснели. То ли от стыдливости, то ли от удовольствия. Дерик всегда знал, какое оказывает впечатление на женщин. Только Джастина не клюнула на его привлекательность.

«Великая обманщица», – окрестил он младшую дочь лорда Долин, поднимая с земли забытую шляпку – трофей, который он будет хранить у себя.

Шепча Джастине на ухо приглашение явиться к нему, Дерик почувствовал исходящий от девочки аромат свободы. Что–то сродни запаху просторов полей и беснующейся реки. Из Безумной Бесси выплыть сможет не каждый мужчина, а она сиганула в стремнину не задумываясь.

Родерик громко рассмеялся, чем заставил постовых на пограничном мосту обернуться на себя. Он помахал им в ответ шляпкой. Его Высочество принц Айвер был уверен, Джастина Варандак клюнет на его слова. Такая не проигнорирует возможность проникнуть в стан врага на законных основаниях. Ее толкнет к нему в руки любопытство.

***

Если принц возвращался в Орлиное гнездо в приподнятом настроении – теперь не было нужды мотаться на каждую ярмарку, чтобы собирать сведения, мозоля при этом глаза пограничникам, то Джастина пребывала в смятении.

Что означали слова врага? Что он подразумевал, когда говорил «если хотите узнать, что с вами не так»? Что с ней не так? Что принц увидел, кроме того, что она была зла на сестер? Джас близко не допускала, что Дерик узнал ее. Этого просто не могло быть. Она не давала повода заподозрить ее во владении магией. А от одного прикосновения глаза не раскрываются. Скорее всего, что–то наболтали сестры, и Родерик нашел способ разделить дочерей своего главного врага, стравив их между собой.

«Отличный ход», – ухмыльнулась Джас, натягивая вожжи. Она поняла задумку принца, поэтому повременит с визитом.

– А как же Книга пророчеств? Я же сама искала способ проникнуть в Орлиное гнездо? Чем не повод? Так идти или не идти? – шептала она себе под нос, останавливая коляску у главного подъезда. Джастина даже не заметила, как оказалась в родовом гнезде, настолько была увлечена собственными рассуждениями.

Сестры споро выбрались из коляски. Джас рассеянно оглянулась на лестницу и увидела застывшего на ней отца. Тот был мрачнее тучи. Отдав поводья подскочившему слуге, слезла с облучка и, оправив волосы и только сейчас вспомнив, что потеряла шляпку, пошла за сестрами следом.

– Отец, представляешь, мы едва отбили Тину у нашего соседа из Орлиного гнезда! Принц Родерик носил ее на руках и шептал всякие глупости на ухо.

Выданная Аделин фраза озадачила отца и саму Джастину. Она так и застыла, занеся ногу на следующую ступень.

– Да, не пускай ее больше на ярмарку. Сил нет следить за ней, – свой вклад внесла и Гристель. – Видишь, какая она сделалась пунцовая.

– И пусть только попробует сказать, что этого не было, – нанесла последний удар Адель, выразительно глядя на младшую сестру.

Обида душила Джас, но она не произнесла ни слова. Нельзя оправдываться, когда тебя втягивают в свару. Будет только хуже.

Лорд Варандак, к его чести, вовсе не захотел слушать никаких оправданий.

– Аделин, готовься, мы отправляемся в столицу завтра утром, – произнес он, сверля глазами старшенькую. Если отец не может устранить угрозу так, как он провернул с сыном кузнеца, значит, нужно немедля увозить ту, что созрела для любви.

– Как, а большая ярмарка? Мы хотели с маменькой приглядеть меха, что привезут торговцы из Гордевира. И вообще, я еще вещи не укладывала.

– Не беспокойся, дорогая, слуги все за тебя собрали, – он кивнул на стоящую в тени стены карету. – В столице тепло, и меха тебе не пригодятся.

Луна озаряла лишь край повозки, но и без яркого света можно было понять, что на задке прикреплены огромные сундуки. Осталось только запрячь лошадей.

– Иди, попрощайся с матушкой, мы выезжаем затемно, – припечатал лорд, не давая вступить с ним в перепалку.