Татьяна Абалова – Под созвездием Падшего Ангела (страница 3)

По старой привычке она преодолевала неприятную консистенцию стен спиной вперед. Сначала Джас побывала в комнате, где слуги в ливреях втихую пили господское вино и, чтобы восполнить утраченное, доливали в бутылки воду. Джастина покачала головой. В их замке до такого не опустились бы. Во–первых, лорд Варандак был щедр, а во–вторых, она частенько в виде морока инспектировала подвалы и склады, дабы предвосхитить расхищение папочкиных средств, а заодно потренироваться в умении лазутчика.

Часть исследуемых помещений в Орлином гнезде оказалась темна и пуста, но огонь в каминах подсказывал, что люди здесь скоро появятся. В спальных же покоях жизнь кипела: женщины в чепцах и фартуках споро застилали кровати свежим бельем – готовили ночлег для гостей. Джас повела носом, когда две служанки, взявшись за края простыни взмахнули ею и, опустив, натянули на углы матраса – в воздухе волшебно запахло лавандой.

– Не так уж сильно птахи отличаются от нас, – сделала вывод Джастина, настраиваясь на переход в соседние покои. В ее родном замке в спальных комнатах предпочитали ароматы мяты или розмарина. Мешочки с высушенными травами подкладывались под подушки.

Как и прежде Джастина пошла вперед спиной и только поэтому не сразу сообразила, что сделалась свидетелем того, что ей, тринадцатилетней девочке, видеть не полагалась. Она остолбенело уставилась на мужчину, нависающего над лежащей на кровати женщиной, которая со стоном выгибалась, бесстыже подставляя ему под губы спелую грудь.

Под потолком висел магический светоч, и Джас ясно видела каждую каплю испарины, покрывающую кожу любовников. Она смотрела на них и терялась в догадках, что больше ее смущало: сладострастие, с каким мужчина пробовал предлагаемое ему лакомство, или то, что руки женщины были перевиты лентой и привязаны к спинке кровати.

Джас наблюдала и не раз, как спариваются собаки, лошади и прочая живность, которую разводили в их крепости или в деревне по соседству. На скотном дворе в пору вязки собиралось немало любопытных. Даже ее сестры являлись поглазеть на племенного жеребца, когда того приводили, чтобы покрыть очередную кобылку. Но «жеребец», что сейчас предстал перед очами дочери лорда Варандак, дал бы фору любому копытному.

Нет, конечно, человеческий орган вряд ли сумел бы поспорить с конским – это Джас знала, правда, чисто умозрительно, но… в незнакомце было столько животного магнетизма, гибкости и силы, что девочка невольно залюбовалась им. Мужчина двигался, желая доставить любовнице наслаждение, о чем она неустанно сообщала стонами, и мускулы на его спине и руках рельефно напрягались. Его тело было красиво и просилось на полотно. Джастина даже всхлипнула, жалея, что совершенная бестолочь в рисовании.

И в этот момент произошло невообразимое: ее всхлип был услышан. Незнакомец оторвался от женского соска и поднял голову. Джас встретилась с ним глазами!

Не понимая, как такое может быть, ведь ее морок нельзя увидеть, что совсем недавно было доказано в зале, полной гостей, Джастина попятилась. Она шарила руками за спиной в надежде отыскать спасительную стену.

«Бежать! Бежать со всех ног!» – кричал ее внутренний голос. Тина готова была провалиться сквозь землю, но вовсе не потому, что кому–то из смертных удалось ее увидеть. Девочку убивало осознание, что ее застукали за подглядыванием. Леди Варандак сгорала от стыда.

– Родерик, что случилась? – женщина подняла голову, не понимая, почему прервалась цепь поцелуев. Забыв, что ее запястья перевиты лентой, любовница принца дернулась, но встать не смогла. Тот факт, что Джас напоролась на «младшенького», еще больше усилил ее панику.

Принц не ответил привязанной красавице. Он выбрался из кровати и двинулся в сторону Джас. Как хищник, почуявший добычу. Красивый и ужасный одновременно. Его детородный орган в окружении черных волос, уходящих дорожкой к пупку, блестел влагой, и Джастина в смятении не могла оторвать от него глаз. Такое иногда случается: все внутри вас кричит, что подобное недопустимо, это стыдно и неприлично, но вы с упорством дурака продолжаете пялиться на поразивший вас объект. Оправданием тому могло быть одно: девочка впервые в жизни видела голого мужчину. И никогда больше не захотела бы повторить подобный опыт.

«Теперь меня ЭТО будет преследовать в видениях», – Джас зажала рот ладонью.

– Ты кто? – выдохнул принц и протянул руку, чтобы потрогать морок.

Его желание дотронуться до нее, привело Джас в чувство, и она, отшатнувшись, подняла, наконец, глаза. И вновь была поражена – лицо мужчины было так же прекрасно, как и тело. Длинные черные волосы, темный омут глаз, прямой, а не орлиный, как у старшего брата, нос, рот упрямо сжат. Горцы всегда славились демонической красотой, Джастина знала эту истину, но все равно не смогла скрыть вздоха восхищения.

Сделав очередной шаг назад, она ткнулась лопатками в стену.

– Стой! – услышала Джас, уже проваливаясь в соседнюю комнату. Упав на ковер под ноги служанки, резво поднялась и кинулась к распахнутой двери. Поморщилась, продираясь через тугие нити здоровых тел – в покои входили слуги со свежей сменой белья. И вновь они ничего не увидели и не почувствовали! Глазом не моргнули, когда ее морок проходил через них. Отчего же принц Родерик повел себя так странно?

Джас выбежала в коридор и со все силой влетела в поджидающего ее принца. Он схватил ее за плечи и наклонился, чтобы рассмотреть то, что поймал. Он близоруко щурился, и до Джастины дошло, что на самом деле он не видит ее лица.

– Что ты такое? – произнес Дерик задумчиво. Джастина попыталась вырваться из его цепких пальцев, но поняла, что безуспешно. Тогда она вспомнила прием, которому ее обучил Хельг. Резко подняла колено и вмазалась во что–то мягкое.

– Ох! – произнес принц и выпустил добычу из лап.

Джас не стала ждать, когда согнувшийся пополам мужчина придет в себя, а, развернувшись, кинулась к выходу. Она летела, не чуя под собой ног. Пересечение людских тел, стен и прочих препятствий превратилось в нескончаемый шелест, и от неприятного звука хотелось как можно быстрее избавиться. Девочка не поняла, как оказалась на крепостной стене, но, ни на минуту не останавливаясь, сиганула вниз. И тут же была схвачена крылатым человеком. Ее затошнило от резкого забора высоты. Дернулась раз, второй, чтобы избавиться от рук, обхвативших ее и прижавших к голому телу, но все ее потуги оказались бессильны.

И если бы не стрела, что со свистом воткнулась в крыло принца, потерявшего от резкого удара равновесие и вынужденного спланировать вниз и выпустить из рук беглянку, Джас этой ночью не вернулась бы домой. Шмякнувшись о землю и не почувствовав боли, Джас со всех ног кинулась к валуну, за которым заправлял в лук новую стрелу ее друг.

– Молодец! – первое, что произнесла она, соединившись со своим телом. Хельгерт тяжело дышал.

– Я не видел, но понял, что гонятся за тобой, – произнес он, помогая Джас подняться с земли.

– Бежим, они сейчас пустятся в погоню!

Скрываться и ползти по–пластунски не имело смысла. Стража видела, что кто–то стрельнул в их принца, поэтому грохотала сапожищами и запорами ворот, чтобы догнать лазутчиков. Голый вид их лорда воинов может и смутил, но не настолько, чтобы они забыли о служебном долге.

– Почему они не летят? – Джас обернулась на стену. – Ведь проще было бы за нами лететь, чем бежать.

– Потом поговорим, – подтолкнул ее в спину Хельг и следом за ней прыгнул с обрыва.

Безумная Бесси с радостью приняла прыгунов в свои воды и закружила–понесла. Вот когда пришел момент говорить спасибо неудобной одежде из заговоренной кожи – два человека неслись по реке подобно двум поплавкам. Плыть неудобно, но хотя бы нет угрозы утонуть.

Недалеко от пограничного моста, Хельгерт привычно схватился за расставленную на изгибе реки сеть и вытащил из нее свою подругу. Придуманное им приспособление позволяло выбраться на берег, минуя пограничного поста, а, следовательно, посторонних глаз, которые непременно заинтересовались бы, куда шлялись глубокой ночью подростки, одним из которых была младшая дочь лорда Варандак, другим – сын кузнеца.

Выбравшись на берег, Хельг упал на песок. Джастина подползла к другу на карачках и легла рядом. Пытаясь унять дыхание, оба уставились в небо. Теперь придется чаще туда поглядывать, чтобы не прозевать крылатых мстителей. Они сегодня знатно раздразнили птах.

– Так почему же они не полетели за нами? – произнесла Джас, с трудом поворачиваясь на бок. Болело все тело, а голова после кувыркания в реке кружилась. Тина расстегнула жесткий ворот куртки, под которой ничего из одежды не было. Так дышалось легче.

Хельгерт, выровняв дыхание, сел и попытался вытащить из плеча стрелу. Только сейчас Джас заметила, что в него все–таки попали. Но заговоренная кожа не дала нанести серьезный ущерб. «Шрам возможно останется, но рана не будет смертельной», – так им, во всяком случае, обещал артефактор, сотворивший из простой кожи чудо. Они перевяжут плечо чуть позже, когда доберутся до сарая при кузнице. Там, среди седел и сбруй, лазутчики спрятали свою одежду. Там же они переоденутся и, как ни в чем не бывало, разбегутся по домам.

– Ты никогда не задумывалась, почему такие, как я, не владеют магией? – Хельг рассматривал оперение вытащенной стрелы. На кончике он не обнаружил крови, а значит, рана, если и есть, то совсем несерьезная. Так, царапина. – Почему мой отец или пекарь Войлич и повитуха Лася не используют ее в своем ремесле?