Таткин Перепеленко – Мирика. Начало пути (страница 5)
Закончив с упражнениями, восстановила дыхание, поправила одежду, надела сапоги и, вернувшись к зверю, достала флягу с водой и орехи. Вода сейчас кстати, очень пить хочется, а вот орехи ссыпала в карман брюк. На ходу пожую. Убрала плащ в сумку. Вообще это была сумка деда – мое, так сказать, наследство. У нее был секрет: помещалось внутрь много чего, а вес не прибавлялся. Так что у меня там была смена белья, теперь плащ, пара книг, альбом для зарисовок, карандаши, уголь, дневник, травы и зелья почти на все случаи жизни. А еще, конечно же, карта. С пометками и подробным описанием, куда и как идти, чтобы не появилось проблем. Ее, как и многое другое, в дорогу приготовил мой единственный близкий человек.
Я подошла к костру. Сейчас ни для приготовления еды, ни для тепла он не был нужен, но мне всегда было уютно с огнем. Я его не боялась теперь, а дружила с ним. Я вообще очень люблю холод, тогда можно развести огонь и греться. Он сам по себе завораживает, дышит и притягивает к себе всех вокруг, объединяя и согревая. Я люблю огонь, ночь, луну и тишину.
Протянув руки к огню, прошептала заклинание, и он сначала прыгнул на ладони, не обжигая, вспыхнул синим светом и растворился в ладонях. Моя стихия – огонь, но не тот, что зажигается с помощью кремня. Я могу управлять и обычным огнем, но он не ручной, если так можно выразиться.
Не желая оставлять какие-либо следы нашей остановки здесь, я собрала охранки, закинула сумку на плечо. Потом оглянулась, дабы убедиться, что поляна выглядит точь-в-точь как до моего появления, и пошла вдоль реки, не выходя на берег. Здесь может быть какой-нибудь путник или рыбак, да мало ли кто. А так нас никто не видит, и перейти реку лучше перед привалом.
В неспешной ходьбе и прошел мой первый день пути. Для спокойствия я периодически раскидывала магическую сеть, но поблизости были только звери. А Волен то спокойно шел рядом, то убегал к реке. Пару раз охотился. А я сначала просто шла, бездумно переставляла ноги в нужном направлении, забыв о том, что можно остановиться, передохнуть, поесть основательно. Я методично жевала орехи, и в какой-то момент, заметив редкое растение, вспомнила все, что о нем знаю: для чего оно, как приготовить, какие опасности; а потом увидела еще одно, и как-то само собой вышло снова повторение травоведения. Когда до захода солнца оставалось не больше часа, мы с моим верным другом решили свернуть к берегу. Река была спокойной, но дальше по течению, минутах в десяти хода, она немного сужалась. Вот там будет проще всего перейти.
Волен идею поддержал, дальше мы пошли по берегу.
Переходить реку решила в тунике, а всю остальную одежду и наручи сняла и убрала в сумку.
– Что, Волен, пойдем искупнемся? – я стала заходить в воду, подняв для сохранности сумку над головой.
– Давай сначала перейдем, а потом кто хочет, может и искупнуться, – кааган сидел на берегу.
– Согласна. Ты первым не пойдешь? – я обернулась к Волену.
– Нет, я следом.
– Тоже верно. Ладно, идем, – и я пошла дальше. На поверхности вода за день прогрелась, а вот ногам было холодно. Ну да это ненадолго. На середине реки глубина была по пояс, дно было песчаным, и перейти на другой берег не составило никаких проблем. Зверь, видя, что я справляюсь, поплыл вперед. На берегу он был первым. Я же вышла, бросила сумку на песок, проверила окрестности и решила помыться. Когда еще будет такая возможность? Да и зачем откладывать на потом то, что можно сделать уже сейчас. Достала мыло, полотенце, чистую рубашку и, раздевшись, зашла обратно в воду. Вода тоже была моей стихией. Но мне пока не получалось ни приручить ее, ни хотя бы подружиться с ней.
Этому мне предстоит учиться в Академии. У магов чаще всего была одна стихия, реже две. У меня же четыре. Это очень редкий дар… и потому большой секрет. Учитель не переживал по этому поводу, говорил, что так и должно быть в силу моей родословной. Но на мои вопросы о родителях, где они, кто они, он отговаривался одной фразой: «Придет время – все узнаешь, а пока еще рано». Для себя я решила, что их нет в живых. А иначе меня бы искали, да и вообще не потеряли бы. Ведь для любящих родителей ребенок – это счастье. А я верила, что меня родители любили. Так что, в конце концов, я перестала задавать деду вопросы о родных.
Еще одной подчиняющейся мне стихией был воздух. И абсолютно не дружила я пока с землей.
Помывшись, я вышла на берег. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, становилось зябко. Замотавшись в полотенце, с помощью воздуха высушила волосы, потом заплела их в косу, бережно замотала в льняную ткань мыло (сама ведь его варила), быстро оделась в чистое, подхватила мокрые вещи, сумку. И мы отправились искать место для ночлега. Недалеко от берега обнаружился пригорок, на котором росла ива. И так густо она своими ветками накрывала небольшой клочок земли, что, казалось, сейчас подойду, раздвину ветви, а там уже кто-то живет. Тогда я окажусь непрошенным гостем. Чуть с опаской отвела рукой ветки и… нет, там никого не было. Я тихо рассмеялась своим мыслям. Нашла ровное место для сна, достала и расстелила плащ, надела сапоги, рядом расстелила рубаху, чтобы высохла. Обойдя иву, снаружи поставила охранки.
– Волен, можешь поохотиться, если хочешь. Со мной ничего не произойдет, я под охраной, – удобно усаживаясь на плащ, обратилась к зверю.
– Костер пока не разжигай, я скоро. Тебе кого-нибудь поймать?
– Не нужно, у меня еще есть вяленое мясо, сыр и хлеб, – успокоила я своего друга, доставая все перечисленное из сумки и раскладывая перед собой.
– Хорошо, – и охотник выбежал из-под кроны. А я достала из сумки наручи и надела их. Так спокойнее и привычнее.
Принялась ужинать .Скорее всего из-за орехов, что ела целый день, насытилась я быстро. Еще и на завтрак осталось. Убрала еду обратно, положила сумку в изголовье и легла на спину, закинув руки за голову. Я лежала и смотрела, как ветви ивы колышет ветер, слушала тихий да мерный плеск воды и думала, что не так и плохо началось мое путешествие. Ха, ну да, всего-то один день, но ведь все пока хорошо, не заблудилась, ни в какие неприятности не попала, никого не встретила. Вот бы и дальше так везло!
Раскинула магическую сеть. Зверь уже возвращался .Чтобы не замерзнуть ночью, я создала маленький костер для обогрева. Волен, подбежав ко мне, устроился сбоку, а я накрылась краем плаща, обняла друга за шею и, пожелав ему спокойной ночи, уснула.
Ночь – время чести и бесчестия.
Ничего не говори, не подходи на выстрел,
Не смотри по сторонам, они и так уже близко.
И на глаза не попасться бы им,
И уйти незамеченным.
Но, как оказалось, начеку надо быть всегда. Разбудил меня громкий рык моего стража. Он стоял надо мной и, смотря в сторону реки, негромко и протяжно рычал. Сон как рукой сняло. Я вскочила, проверила ножи – стало немного страшно. Сеть не раскидывала, вдруг там почувствуют.
– Пойдем посмотрим? – я не решалась вот так сразу кинуться к реке.
– Там четыре зверя. Оборотни. У них свои разборки.
– Слушай, не спим ведь, уже и не уснем, вдруг помощь какая нужна. Пойдем просто аккуратно посмотрим, а там уже на месте решим.
– Приключений захотелось?
– Любопытно ведь!
Ходить бесшумно меня научил учитель Мариэнтель. Когда он начал обучение, я по наивности думала, что он имя мое не может запомнить, постоянно напоминала ему. С подачи эльфа я была «пятиногой коровой», «зайцем в колокольчиках», «белкой с погремушкой», «слоном в четыре тонны», «зажравшейся чайкой»… Ой, вспоминать смешно. Но надо отдать ему должное, он никогда не повторялся. Вот ведь фантазия у эльфа! А может, жизненный опыт. Потом еще Бир пару секретов рассказал, и в итоге, если надо, могу идти так бесшумно, словно и вовсе не касаюсь земли. Правда, от обуви тоже многое зависит.
Подойдя к реке, я выглянула из-за кустов. Три волка теснили к воде четвертого. А вот это уже нечестно.
Я за справедливый бой и категорически против избиения.
– Как ты смотришь, на то, чтобы уравнять шансы? – ментально обратилась я к зверю.
– А не вмешиваться не вариант? Может, они в своем праве?
– Трое на одного? Тут нет никакого права, – я даже фыркнула от возмущения.
– Трое на одну, – спокойно поправил меня Волен.
– А это вообще никуда не годится. Обходи, бери крайнего слева, я правого, а центрального оставим ей.
– Ладно, не подставляйся, делаем все быстро и четко.
– Поддерживаю.
– На счет три…
Волен убежал дальше по реке, а я достала ножи. Ух, что-то неспокойно становится. Надо будет теперь и с ними потренироваться. Но это потом. Сейчас собралась и…
– Раз, два, три!
Кааган выскочил сбоку от своего противника, прыгнул на спину и вцепился зубами ему в шею, а я метнула нож в шею второму.
Попала. Точно в цель.
Второй нож пока не пригодился, но я решила, что в крайнем случае помогу волчице. А пока посмотрим, что будет дальше. Смотреть буду из-за кустов.
В одно мгновение, оставшись без поддержки, нападавший сначала чуть отступил, ожидая нападения от нас, но заметив, что больше никто не вмешивается, повернулся к волчице. Она, видя перед собой всего одного противника, решила идти до конца. Бой был красивый, правда. Один волк очень злой, второй совсем отчаявшийся. И вот после толчков, пинков, прокусов волчица увернулась от соперника и, ловко прыгнув, оказалась на спине волка, закусив его шею. Волк замер. Глаза смотрели в нашу со зверем сторону, и столько в них было гнева! Я взглянула на волчицу. Она победно рыкнула и прокусила обидчику шею.