Тати Блэк – В постели с монстром (страница 5)

Дверь ей открыл, судя по виду, ещё один охранник. И снова – пристальный осмотр, словно она представляла собой какую-то угрозу, а следом – одна-единственная короткая фраза:

– Я вас провожу.

Господи, неужто хозяин дома боялся, что она его ограбит?

Молча кивнув, Нино покорно последовала за своим конвоиром, не рискуя даже оглядывать окружающую ее обстановку. Просто шла, упёршись взглядом в широкую мужскую спину и подняла глаза только тогда, когда охранник распахнул перед ней дверь и неожиданно яркий свет ударил в лицо, принося с собой неожиданное понимание, что весь остальной дом был погружён в полумрак.

Не давая себе возможности передумать и, развернувшись, бежать отсюда подальше, Нино решительно шагнула в комнату и выдохнула с облегчением, когда навстречу ей из кресла поднялась молодая женщина со вполне дружелюбным выражением лица.

– Вы, наверное, Нино, – сказала она, делая охраннику знак выйти. – Добрый день.

– Добрый, – откликнулась Нино, пожимая протянутую ей руку. – Да, это я.

– Вы знакомая нашего Яна, не так ли?

Вообще-то, не так. Она слышала этого человека только по телефону, и то лишь однажды, но страх, что в случае, если она скажет правду, ей тут же откажут от места, заставил все же сказать:

– Да.

– Присаживайтесь, – предложила женщина, указывая на кресло напротив себя, и Нино, даже не расстегнув куртки, опустилась на самый край явно очень дорогой мебели.

– Меня зовут Ирина, я подбираю няню для своей племянницы. Скажите, Нино, есть ли у вас опыт подобной работы?

Господи… вот так сразу, в лоб?

– Нет, – ответила она на сей раз честно, мысленно готовясь к тому, что ей тут же укажут на выход.

– А обращаться с младенцами вы умеете?

– Да.

– У вас есть собственные дети?

– Не совсем. У меня брат… был.

– Он уже вырос?

– Он умер.

Повисла пауза. Нино не находила в себе сил поднять глаза, чтобы увидеть лицо Ирины. Подумалось вдруг – после подобного признания ей наверняка ни за что не доверят ребенка. Ведь так легко решить, что раз она не уберегла родного брата, то и этого младенца ей вверять ни в коем случае нельзя…

– Простите, – наконец сказала женщина и Нино с трудом выдавила в ответ:

– Ничего.

Она ожидала, что Ирина захочет узнать о том, что случилось с ее братом, но та неожиданно перевела тему:

– Давайте я расскажу вам немного об Алине.

Кивнув, Нино все же взглянула на свою собеседницу и то, с какой теплотой Ирина заговорила о племяннице, неожиданно успокоило дребезжащие нервы.

– Алина сейчас находится в доме малютки. Ей уже почти четыре месяца, но она выглядит совсем крохой. Проблемы роста, но это все решаемо. Мой брат скоро заберёт ее к себе и поэтому мы ищем хорошую няню.

На языке вертелся вопрос о том, где мать ребенка, но Нино не решалась задать его вслух. Однако Ирина, похоже, легко прочитала ее мысли:

– Мама Алины умерла при родах.

– Мне очень жаль.

Интересно, а был ли кто-то, кто готов был заменить малышке мать? Нино не была уверена, что готова взять на себя ответственность за малютку, о которой, кроме отца и тети, даже позаботиться больше было некому. Хотя… был ли у нее выбор? Да и должность эту ей все равно никто пока не предлагал.

Они немного помолчали и Нино уже готова была услышать дежурную фразу «мы вам перезвоним» и проследовать на выход, но вместо этого Ирина сказала:

– Вы мне нравитесь, Нино. Я думаю…

Договорить она не успела. Дверь стремительно распахнулась, громко ударившись о стену и, вздрогнув от неожиданности, Нино услышала злой мужской голос:

– Ну и какого хера тут происходит?

***

– Чисто теоретически ты прав, Герман. Но на практике…

Руслан Кузнецов, правая рука Ильинского и по совместительству друг, пожал плечами и бросил документы на стол.

– Что на практике? – хмуро поинтересовался Герман, мгновенно закипая от того, что, похоже, ему придётся в любом случае идти на поводу самодурства сестры.

– На практике Ира предлагает хорошую тему. Про то, что тебе нужна женщина, я молчу, это не моего ума дело, а вот пройти эту школу – вполне.

– По закону, ты сказал, этого не нужно.

– Не нужно. Но я переговорил с людьми, которые в этом соображают – они советуют потратить на это время, если конечно, ты хочешь всё сделать по уму.

– А что с судебной тяжбой?

– Тут ничего не могу сказать. Но достаточно вспомнить, кто у Иры муж, и в каком государстве мы живём.

– Млять.

Герман отошёл к окну и засунул руки в карманы брюк. Чем больше он обо всём этом думал, тем больше ему хотелось послать Иру ко всем чертям и сделать всё по-своему. Чего только стоили все эти кандидатки на роль няни для Алины, которых он отсмотрел, повинуясь чёртовой блажи сестры! Ни одну из них он даже в страшном сне представить не мог рядом с дочерью, не говоря уже о том, чтобы доверить им опеку над малышкой. А меж тем, время шло, Алина находилась в этих ужасных условиях, а он бился, как рыба об лёд.

Ему даже в голову пришла дурацкая мысль нанять любую из них, а потом довести до белого каления, чтобы она смоталась как можно дальше и быстрее. И почему он вообще должен тратить своё время на эти детские глупости?

– Ладно. Значит, ты советуешь…

Герман сделала паузу, обернулся к Руслану и вопросительно поднял бровь.

– Я советую сделать так, как предлагает Ира.

– Предлагает… – Ильинский насмешливо хмыкнул. – Последнее, что она делает – так это предлагает.

Он снова уставился в окно, туда, где устланная снегом земля искрилась на солнце. Может, все и правы. Никто ведь не вынуждает его влюбляться в эту эфемерную женщину, которую он ещё в глаза не видел. А Алине нужна будет мать. Ко всему, если вдруг ему что-то не понравится, он всегда может выгнать няню куда подальше, действуя исключительно в интересах ребёнка.

– Если у тебя всё, то… мне начинать готовить все необходимые документы?

– Начинай, – кивнул Ильинский. – А я попробую откопать уже эту чёртову кандидатку, которая мне наконец понравится.

Весть о том, что к нему домой не только приехала Ира, но уже успела устроить собеседование, разумеется, не уведомив его об этом, настигла Германа после пробежки. И когда эта зараза всё успевала? Чуть он из дома, ей часа хватило, чтобы продолжать распространять свои порядки.

Не удосужившись принять душ, Ильинский направился прямиком туда, где обустроилась сестра, в данный момент собеседовавшая ту несчастную, которую он уже мысленно выгнал на мороз. Голос Иры услышал ещё из-за двери. Сестра, как ни в чём ни бывало, сообщала кандидатке, что та ей нравится. Вывод из этого суждения был только один – Ира уже решила, что наймёт эту незнакомую ему женщину на работу няней к его дочери. К его, чёрт бы всё побрал!

– Какого хера тут происходит? – процедил он, распахивая дверь в свой кабинет. Ира, на лице которой лишь на секунду мелькнуло что-то вроде неудобства, пожала плечами и ответила:

– Я подбираю няню Алине. Ты ведь этим вопросом не озадачился.

– Какого чёрта ты снова суёшь свой нос, куда тебя не просят?

На девушку он даже не посмотрел. Что толку было вообще обращать внимание на ту, которую он уже мысленно уволил, не успев принять на работу.

– Герман, какой ты… невоспитанный. Вообще-то не стоит при посторонних обсуждать подобное.

– Да. При посторонних не стоит. – Всё же повернувшись к девушке, которая сидела на краю кресла с таким выражением на лице, будто вот-вот готова была сбежать, он неожиданно замер. Она показалась ему… удивительно знакомой. Определённо, он где-то уже её видел, вспомнить бы только, где.

– Это Нино, Герман. Нино, это мой брат. Отец Алины, – пользуясь его замешательством, представила их друг другу Ира, и Ильинский нахмурился.

С одной стороны, единственное, чего ему сейчас хотелось – выставить эту несчастную Нино за порог, чтобы она вообще сюда забыла дорогу. А следом то же самое проделать и с Ирой. Правда, вторая вряд ли бы так просто успокоилась и перестала к нему наведываться. Но с этим он уже почти смирился. С другой… с другой стороны, Нино при первом на неё взгляде, неприятия у него не вызвала.

– Добрый день, – тихо поздоровалась та. Ильинский заставил себя отвести взгляд от её лица, чтобы снова посмотреть на сестру. Ира же в свою очередь выглядела бесстрастной, будто вообще только и занималась, что вот так вот подбирала кандидаток в няни для тех, кто её об этом не просил.