Тата Шу – Не по плану (страница 10)

- Это же традиция теперь, — улыбнулся Сергей. — Без варенья никак.

В субботу старый цех преобразился. Здесь стояли стулья, наскоро сколоченная сцена, микрофон и колонки. Пришли не только участники, но и зрители — жёны, мужья, дети, просто любопытные. Пахло свежим хлебом и мёдом — кто-то принёс угощение со своей пасеки.

Сергей стоял в углу, смотрел, как люди репетируют, как пробуют, как смеются, когда что-то не получается. Впервые за долгие годы он чувствовал себя не просто наследником, а частью чего-то большего.

Павел подошёл к нему, протянул кружку с чаем.

- Ты смотришь на это и веришь, что мы всё можем, — сказал он тихо. — Знаешь, я ведь тебя с детства знаю. Ты всегда был лидером. Но сейчас... сейчас ты стал тем, кем должен был стать.

Сергей повернулся к другу.

- Паш, я просто делаю то, что должен.

- Ты больше, чем просто делаешь, — ответил Павел. — Ты создаёшь. И люди тянутся к тебе. Даже Ада, — он усмехнулся, — но ты, кажется, не замечаешь этого.

Сергей промолчал. Он знал, что друг прав. Ада смотрела на него с надеждой. Но он не хотел давать ей ложную надежду.

- Она хорошая девушка, — сказал он. — Но я не хочу причинять ей боль.

- Ты и не причинишь, — ответил Павел. — Просто будь честным. Она поймёт.

Сергей кивнул и снова посмотрел на сцену, где уже репетировали песню «Катюша».

Глава 9

Алёна приехала в другой город в середине апреля, когда весна уже окончательно вступила в свои права, и воздух пах свежей зеленью и первой грозой. Она вышла из поезда, сжимая в руке чемодан, и остановилась на перроне, оглядывая незнакомый вокзал. Город оказался больше, чем она представляла. Не мегаполис, но и не провинциальная дыра. Аккуратные улицы, старые дома с резными наличниками на окраине, зелень, которая уже вовсю пробивалась сквозь асфальт, новые, современные районы. Было видно, что город живёт, растёт и не уступает современным, огромным городам.

- Ну, Алёна, — сказала она себе под нос. — Приехали. Начинаем новую жизнь.

Она не знала, что её ждёт. Знала только, что старую жизнь она оставила там, за сотню километров отсюда. Там, где её бывший парень сказал, что она слишком сложная, слишком требовательная, слишком... слишком. И закончилось у них всё слишком отвратительно. После чего она собрала вещи и уехала.

Зинаида Петровна, старшая сестра её матери, жила в этом городе уже тридцать лет. Она работала завхозом в том самом детском саду, куда Алёна должна была устроиться психологом. Когда Алёна позвонила и сказала, что приезжает, Зинаида Петровна только вздохнула:

- Я знала, что ты рано или поздно сорвёшься. Приезжай, девочка. Поживёшь у меня. Работа уже есть.

И вот Алёна стояла на перроне, смотрела на незнакомый город и чувствовала, как внутри закипает странное волнение. Она не боялась. Она была готова к новому.

Зинаида Петровна встретила её на вокзале. Невысокая, круглолицая, с добрыми глазами и вечной улыбкой. Она обняла Алёну так, будто они не виделись несколько лет, хотя виделись всего полгода назад, когда тётя Зина приезжала к ним.

- Ну, Алёнушка, — сказала она, отстраняясь и разглядывая племянницу. — Хороша. Только бледная какая-то. Надо тебя откармливать.

- Тёть Зин, я не голодная, — улыбнулась Алёна.

- Это мы ещё посмотрим, — ответила тётя и подхватила её чемодан. — Поехали домой. Я пирогов напекла.

Дом Зинаиды Петровны стоял на окраине города, в старом районе с деревянными домами и большими палисадниками. Здесь было тихо, уютно и почти по-деревенски. Алёна сразу почувствовала, что это место может стать её убежищем.

Первые дни она осваивалась. Ходила на работу — детский сад оказался светлым, с большими окнами и смешными рисунками на стенах. Дети встретили её настороженно, но быстро привыкли. Алёна умела находить к ним подход. Она была терпеливой, мягкой и в то же время умела быть твёрдой, когда нужно.

- Ты прирождённый психолог, — сказала ей заведующая через неделю. — Дети тебя любят. Родители уже начали спрашивать про тебя. Так что задерживайся.

Алёна улыбнулась. Она чувствовала, что здесь её ценят. И это было приятно.

Город манил её. Она гуляла по улицам, разглядывала старые здания, заходила в маленькие кафе, сидела на скамейках в парке. Она чувствовала, как этот город начинает входить в её душу.

Однажды она узнала о марафоне, который должен был состояться 9 Мая. В детском саду висело объявление, и кто-то из родителей обмолвился, что город проводит ежегодный забег в честь Дня Победы. Алёна задумалась. Она никогда не бегала на длинные дистанции, но внутри неё загорелось желание попробовать.

- Тёть Зин, я хочу участвовать в марафоне, — сказала она вечером.

Тётя удивлённо посмотрела на неё:

- В марафоне? Серьёзно?

- А почему нет? Это же не профессиональный забег. Это праздник. Я хочу попробовать.

Тётя улыбнулась:

- Ну, если хочешь — попробуй. Я буду болеть за тебя.

9 Мая выдалось солнечным и тёплым. Город украсили флагами, на улицах играла музыка, пахло шашлыками и цветами. Алёна пришла на старт в спортивном костюме, с улыбкой на лице и с лёгким волнением в груди.

Участвовали целые семьи — взрослые, дети, даже бабушки с дедушками. Алёна огляделась. Она не знала никого, но чувствовала себя частью этого праздника.

Старт дали под звуки военного марша. Алёна побежала — сначала легко, потом тяжелее. Она не думала о времени, не думала о соперниках. Она просто бежала, чувствуя, как ветер бьёт в лицо, как сердце стучит в груди, как каждый шаг приближает её к финишу.

Когда она пересекла финишную черту, она не сразу поняла, что дошла. Она стояла, тяжело дыша, и смотрела на людей вокруг. Кто-то хлопал, кто-то обнимался. Она улыбнулась и почувствовала себя почти героиней.

- Вы хорошо бежали, — услышала она голос за спиной.

Алёна обернулась. Перед ней стоял высокий молодой мужчина. Тёмные волосы, серые глаза, лёгкая щетина. Он выглядел так, будто только что финишировал и тоже переводил дыхание. Но в его глазах было что-то, что заставило её задержать взгляд.

- Спасибо, — ответила она, улыбнувшись. — Вы тоже неплохо.

Он усмехнулся:

- Я просто старался не упасть. Это уже достижение.

Они стояли друг напротив друга, и между ними повисла та самая тишина, которую не хочется нарушать. Сергей смотрел на неё и чувствовал, что не хочет отводить взгляд. Она была необычной — светлые волосы, карие глаза, лёгкая улыбка. В ней не было ни капли фальши.

- Я Сергей, — сказал он, протягивая руку. — Сергей Граневский.

Алёна ответила на рукопожатие:

- Алёна. Свиридова.

- Алёна, — повторил он, пробуя имя на вкус. — Красивое имя.

- Спасибо, — она снова улыбнулась. — Тоже люблю своё имя.

Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент к Алёне подошла женщина — невысокая, симпатичная, с тёмными волосами.

- Алёна! — сказала она. — Ты как? Я тебя искала. Ты просто супер — пришла тридцатой! Я тоже бежала, но ты меня обогнала.

Это была воспитательница из детского сада, Ольга.

- Спасибо, Оль, — сказала Алёна. — Я тоже удивилась, что добежала.

Ольга перевела взгляд на Сергея и улыбнулась:

- Ой, извините. Я не помешала?

- Нет, — ответил Сергей, но в его голосе послышалась лёгкая заминка.

Ольга повернулась к Алёне:

- Кстати, там заведующая зовёт. Мы пойдём?

- Идите, — сказал Сергей. — Я не буду вас задерживать.

Он кивнул Алёне и развернулся, направляясь к своим.

Ольга подождала, пока он отошёл, потом наклонилась к Алёне и прошептала с придыханием:

- Ты хоть знаешь, кто это был?

- Нет, — удивилась Алёна. — А что, кто-то важный?

- Сергей Граневский! Наследник «ГранСтали»! Сын Михаила Юрьевича Граневского, владельца корпорации. Он, между прочим, один из самых завидных женихов в городе. Ходят слухи, что он с семнадцати лет на заводе работает. Отец не дал ему поступить в институт. Сказал: «Сначала армия. Потом сталелитейный цех. А учиться можно и заочно». Начинал с грузчика, а теперь управляющий директор. Сейчас у него там большие планы.