Тата Шу – (Не)Мой капитан (страница 4)

– Ты когда собираешься на работу? – спросила Маша.

– Обычно месяца через три, если раньше не вызовут. В море обычно месяцев девять. А вообще решил с этим подвязать. Мама не молодеет, переживает за меня. Материальная база на берегу есть. Решил якорь бросить окончательно. А ты, что собираешься после учебы делать?

– Я собираюсь вернуться в Приозерск.

– В Питере не хочешь обосноваться?

– Нет, мне больше нравиться размеренная, несуетливая жизнь. Да и бабуля с Мухтаром меня ждут. Мне нравиться босиком ходить по траве, посидеть на берегу озера, поплавать. А в Питере где? Я по всему этому скучаю. Бабушку с места трогать не хочу, она тоже любит Приозерск.

– Все стремятся уехать в Москву, Питер или другой крупный город. У тебя же квартира своя есть, работу легче найти. В конце концов удачно выйти замуж!

– Ну я и в Приозерске пригожусь и жилье у меня есть. Медиков везде не хватает. По поводу замужества у меня другая точка зрения – выходить замуж надо не удачно, а по любви.

Рогозин рулил и думал, ну вот еще одна цель – построить загородный дом. Он остался доволен собой, вроде ничего навязывать не стал, а выяснил многое. Надо будет еще выяснить, нет ли у нее ухажера, а то придется отваживать. По любви, значит, так по любви. Любить она будет, только его! Других вариантов нет.

– Маша, а я тебя маленькой помню, курносой, куклой с огромными глазами. Моя мама за тобой присматривала, когда твои родители переезжали. Трудно, без родителей? – спросил Рогозин.

– Я их плохо помню, редкие моменты, как в зоопарк водили, в цирк. Как папа велосипед купил, учил на нем кататься. Плавать учил на озере. Помню у мамы животик, у меня должен был родиться брат – рассказывала Маша.

Тимур слушал девушку, а душа завязывалась в узел.

– Но у меня все хорошо. Родителей мне заменили бабушка с дедушкой. Правда, дедушка умер четыре года назад, смерть моего отца его сильно подкосила. Папа был поздний и долгожданный ребенок. Моей бабуле уже восемьдесят лет.

– Что ты говоришь? Никогда бы не подумал.

– Многие так говорят. И не верят в ее возраст. Она всегда была в семье движущей силой, энергичной. Она ездила строить БАМ, там они с дедушкой и познакомились. Дедуля звал ее командиршей.

– А ты в кого?

– Не знаю – Маша опомнилась, что разболталась – Тимур, ты извини. Тебе неинтересно, наверно.

– Было бы не интересно, не спрашивал – констатировал парень. Про себя подумал «на сегодня вопросов хватит». – Почти приехали.

У Маши зазвонил телефон.

–Да, слушаю. Привет, Алиса. Мы скоро подъедем. Непредвиденные обстоятельства. Конечно расскажу. Софии Андреевне передай все хорошо – Маша скинула звонок – Твоя мама беспокоится, что случилось. Почему так долго. Не нужно было ехать за мной. Она тебя ждала. Хотела побольше наговориться, насмотреться, на кухне похлопотать. Все говорит, ей в радость кого-то покормить. Нас с Алисой домашней едой все балует – упрекнула Рогозина Маша.

– Машка, я взрослый мужик и сам решу, куда мне ездить и за кем. Привыкай. С мамой я еще наобщаюсь. Она у меня замечательная. Я ей очень дорожу. Но моя жизнь, это моя – ответил жестковато.

Маша сидела в ступоре. Почему должна привыкать? И вдруг решила показать свой характер. С чего бы?

– Ты знаешь, Тимур, я тоже уже взрослая. Привыкла принимать решения. И мне не нравится, когда мной манипулируют потому, что кто-то мужик. Цивилизованные люди должны друг друга слышать и договариваться. Здесь не море, где тебе все подчиняются. А ты, не капитан на моем судне. Усвой себе это.

Осадила, так осадила и отвернулась к окну.

– Машунь, я не хотел тебя обидеть, извини – произнес растерявшийся Тимур.

– Вопрос закрыт – отрезала девушка.

Оставшуюся дорогу ехали молча. Ошарашила, так ошарашила. Причем себя и Рогозина.

Глава 6.

Подъехали к дому. Рогозин вышел из машины. Хотел помочь Маше. Но она уже выскочила. Достала сумки и отправилась к подъезду.

– Дай, понесу. Сумки тяжелые. Тебе еще рожать.

– Не от тебя же. Раньше носила и теперь не надорвусь.

– Вот-ведь пигалица упрямая – крикнул в след уходящей девушке Тимур.

– Знаешь кто ты сам? Наглый тип. Навязался на мою голову.

Из подъезда выскочила Алиса. Маша с сумками гордо прошествовала мимо нее.

– Это что! Что случилось? Маша, Тимур?

Рогозин развел руками и ответил:

– Вот, как-то так. Практически на ровном месте огреб. Крепкий орешек. Ничего раскусим. Да, Алиска? Ну, что стоишь, догоняй подругу, помоги. Мне не позволили.

Алиса ошарашенная рванула за подругой. Догнала только у квартиры. Втащили сумки. Маша, не раздеваясь, прошла на кухню, выпила стакан воды. Села на стул и выдала:

– Правильно ты, Алиса, сказала. Картинка. Этот индюк назвал меня пигалицей. Представляешь?

– Значит, кроме того, что я наглый, я еще и индюк. И, что это за картинка? О чем речь? -Тимур стоял в проеме кухни. – Вас, что не учили дверь запирать?

Маша соскочила со стула, начала выталкивать Рогозина из квартиры. Тот ржал, как конь. На выходе развернулся, притянул разъяренную Машу к себе и впился ей в губы. Он с трудом оторвался от девушки:

– Прелесть, а не девка. Дверь запри!

Вышел, хлопнул дверью. Маша очнулась, рванула дверь и выкрикнула:

– Девки, вдоль дороги стоят, понял? И чтобы я тебя больше не видела!

София Андреевна стояла на площадке, глаза были на выкате. Тимур загибался от хохота. Алиса стояла, открыв рот.

– София Андреевна, извините, но пока ваш сын дома, я к вам не приду.

Девушка, со всей дури, хлопнула дверью. Разделась. Пошла на кухню, начала разбирать сумки.

– Маша…– попыталась заговорить Алиса.

– Лиска, давай все потом, мне нужно прийти в себя. Ну, вот надо было явиться за мной. Это ты с Софией Андреевной послали его! Что вообще здесь было без меня? Ты, мне скажи? – Маша никак не могла успокоиться. – Почему этот наглец, решил, что я ему буду подчиняться? Ты ему очень понравилась, а оттачивать свои приказы и хотелки решил на мне? Убила бы гада. Так сколько время? Успеем в клуб. Давай собираться.

Алиса сидела скромно на стульчике, мило улыбалась. Все встало на свои места. Маша приревновала Тимура к Алисе, эта ревность вылилась в театральную постановку. Кто кого приручит первым? Сколько на это потребуется времени? Тимур Алисе показался классным парнем, но почему-то не цепляет. Слишком властный и уверенный. Красивый и самодовольный тип. И если бы даже она стала на него смотреть, как на потенциального кандидата? Мечта подруги это – табу! Алиса решила пока не раздражать Машу. В клуб, ну пошли. Собрались и отправились в центр, там клубов не один.

Тем временем, в соседней квартире.

– Сынок, что происходит? – спросила София Андреевна.

– Мам, ты хотела, чтобы я женился на приличной девушке? Радуйся, я ее нашел. Скоро свадьба – ответил, посмеиваясь Тимур – больше вопросов не задавай, все равно не отвечу. Я по делам.

Тимур чмокнул мать в щеку и ушел, оставив Софию Андреевну в недоумении.

Глава 7.

Рогозину надо было смыться из дома, иначе бы начался допрос с пристрастием, а он сам еще не совсем был в теме.

София Андреевна не могла взять в толк, что произошло? Уехал в Приозерск, даже на предупредил. Приехал с забинтованной рукой. Машу она такой никогда не видела. Голова кругом от этой молодежи! Она решила позвонить Виктории Петровне.

Рогозин сидел в машине, ждал Димона. Тот должен был вот-вот подъехать. У клуба крутилась толпа желающих, как-нибудь попасть. Вдруг из-за угла вывернули две знакомые девушки. И куда это они направились? Подъехал Димон.

– О, привет, капитан! Рад видеть! Пошли.

– Привет, Димон. Вон видишь две девушки. Проводи их в наше заведение. Я подтянусь за вами минут через пять.

Димка хохотнул:

– Хорошенькие?

– Иди уже.

«Вот ведь пигалица!» Тимур был просто уверен, что она раньше не таскалась по ночным клубам. Он готов от злости убить кого-нибудь. «Не девка, а вражина! Ну попадись она ему в руки, всю голую задницу исхлещет – думал Рогозин и задавал себе вопросы, сам же отвечая на них. – Я решительный? Да. Я серьезный? Да. Я жесткий? Да. Я справедливый? Да. Я хладнокровный? Да. Я коммуникабельный? Да. Я ответственный? Да. Я сдержанный? Да. Я терпеливый? Да. Я уверенный в себе? Да! Я уравновешенный? Да, да и да! В конце концов я взрослый мужик! Почему колбасит-то так? От одной мысли, что может к ней прикоснуться, крышу сносит, как у подростка в пубертате!» У Рогозина кровь кипела в жилах. Башню рвало. Хотелось прямо сейчас рвануть за девчонкой и утащить ее, куда глаза глядят. Чтобы и взглянуть на нее никто не смел! Хотелось здесь и сейчас пометить собой, чтобы дышать без него больше не могла!

Тем временем Димка подошел к девушкам, что-то сказал, взял их под руки и повел в заведение. Тимур вышел из машины и на расстоянии двинулся за компанией. Зашел в фойе, поприветствовал охрану и направился по коридору в сторону кабинета. Поднялся на второй этаж и расположился у панорамного окна. Вошел Димон.

– Димон, спасибо!