Тата Кит – Причины полюбить тебя вновь (страница 8)

Пока я тонула в тяжелых мыслях, во дворе дома с характерным металлическим скрипом открылась калитка.

Саша.

В одно мгновение я заставила себя перестать плакать. Отерла рукавами толстовки слёзы и сопли. Закинула все тест-полоски в рюкзак и закрыла его, проверив, чтобы ничего не осталось.

Встала напротив двери, слыша, как открылась входная дверь дома, послышался шорох одежды, упала клюшка (она всегда у него падает), а затем раздались торопливые шаги в сторону комнаты.

— А мать сначала обнять не хочешь? — строгий голос Ольги Васильевны, который оказался проигнорирован Сашей, вошедшим в комнату.

— Руфи, — выдохнул он с таким облегчением и счастьем, что моё сердце сжалось в болезненном спазме. В два шага Саша сократил между нами расстояние, подхватил меня на руки, заставив привычно обнять его руками-ногами, и зарылся носом в сгибе моей шеи. Прохладные после улицы пальцы небывало нежно пробрались под толстовку и огладили спину, запустив мурашки. Глубоко вдохнул, прижался губами. — Малышка. Неделя без тебя. Думал, сдохну.

Стиснув зубы, поняла, почему ходят слухи о том, что в финальной игре он разнес всю «коробку» в мясо. Спешил вернуться ко мне.

А теперь мне предстояла оторвать его от себя. Так же с мясом и болью. Но сначала я хочу попрощаться. Пусть он этого не поймёт и никогда не узнает, но я хочу с ним, хотя бы, попрощаться как с родным человеком.

Закрыв глаза, погладила сильные широкие плечи через ткань футболки, запоминая наощупь каждую мышцу, каждую впадинку. Носом втянула запах его волос и горячей кожи. Потёрлась о щетину и запретила себе плакать. Как и касаться его вновь.

— Поставь меня, — сказала я не своим голосом.

Не сразу, но Саша повиновался, мягко поставив меня рядом с собой. Потянулся к губам, чтобы, наконец, поцеловать.

Ох, как я хотела этого поцелуя. Как мечтала о нем всю неделю. Но теперь вынуждена отказаться от него, возможно, навсегда.

— В чем дело? — нахмурился Саша, поняв, что я избегаю его прикосновений.

— Нам нужно расстаться, — сказала я быстро и тут же опустила взгляд на его кадык, который резко дернулся.

Смотреть ему в глаза, полные любви ко мне, было невыносимо тяжело и больно.

— В смысле? Ты шутишь? Руфи, посмотри на меня, — Саша попытался пальцами коснуться моего подбородка и поднять голову, но я не позволила.

Ударила его по руке и отошла к кровати, чтобы взять свои вещи.

— Не шучу, — сказала я, делая вид, что застегиваю и так уже закрытый замок рюкзака. — Мне надоело жить в этой нищете, надоело на всём экономить. Я хочу другой жизни, понимаешь? Рестораны, украшения, красивые платья…

— Руфи, — подошёл Саша сзади и уткнулся носом в макушку, обнял за плечи. Давясь слезами, я зажмурила глаза и умоляла себя не сдаваться. — Я в этом году заканчиваю универ, ты же знаешь. А потом у нас будет всё… Я подпишу контракт… Мы уедем отсюда… Осталось немного подождать…

— Я не хочу ждать! — крикнула я истерично, уже наплевав на то, что меня разрывало изнутри в клочья. — Я постоянно чего-то жду. Мне надоело, понимаешь? Надоело! Я… я встретила другого. Другого! Который может дать мне всё, что я захочу, прямо сейчас. И ждать ничего не нужно.

Саша резко поменялся в лице. Солнечные карие глаза в одно мгновение превратились в холодные камни. Крылья носа раздулись, а мягкие любимые мной губы превратились в тонкую белую нить.

— Что ты сказала? — рванул ко мне, обхватил одной рукой мои щеки и до боли сжал пальцы. — Повтори, — выдохнул он мне в лицо.

— Ты слышал, — умирая внутри, видя зарождающуюся в его глазах ненависть ко мне, я снова его оттолкнула.

В этот раз Саша не стал сопротивляться. Отошёл от меня на шаг, словно я до сих пор снова и снова толкала его, и ударил в первое, что попалось ему под руку — зеркало с моей фотографией в уголке.

Вздрогнув и обняв рюкзак, испугавшись той ярости, что горела в Сашиных глазах, я вышла из комнаты, слыша, как он продолжал громить всё внутри.

На мгновение я встретилась взглядом с Ольгой Васильевной, стоящей в дверном проёме кухни. Она всё слышала, но ничего мне не сказала. Лишь плавно кивнула с едва заметной улыбкой на губах.

Наши дни

— А потом, как ты помнишь, сожитель прирезал нашу мать, я выкупала тебя из приюта, ну, и родила Настю, — натянуто улыбнулась я сестрёнке.

— Второе твое неверное решение — выкупить меня из приюта. Я же там почти банду сколотила, — цокнула Арина, явно пытаясь замять старые воспоминания. А я до сих пор помню тот страх в ее глазах, когда она поняла, что нас навсегда разлучат.

Смогла бы я жить с этим? Нет.

— И куда я без тебя, мозгоклюйка моя? — улыбнулась я ей и мягко толкнула стопой в стопу.

— И, всё-таки, я не понимаю, почему ты не сказала Саше правду. Ну, подумаешь, сначала бы всё застопорилось, может, пошло не по тому плану, который вы там себе рисовали, но потом бы всё выправилось. В конце концов, Саша бы не был привязан к быту, к Насте. Ты бы сидела с ребенком, а он бы спокойно строил карьеру. Так, вроде, все семейные и живут, не?

— Это ты сейчас, не находясь в той ситуации можешь так рассуждать. У тебя есть время и возможность оценить всё со стороны и обдумать. А я тогда была напугана, в смятении и, наверное, стоит это признать, под давлением его матери, да и нашей тоже. Поэтому лучше выхода — прямо здесь и сейчас — я попросту не нашла. Тогда я думала, что у меня уже всё будет плохо при любом раскладе, и не хотела это переносить на Сашу. Вот и всё.

— Это конечно… мда, — Арина, глядя в пол, почесала лоб. — Поэтому я лучше заведу сорок кошек, чем одного мужика. Нафиг мне эти проблемы?

— Ты так говоришь, потому что еще не встретила мужчину, который затмит любое количество кошек.

— И, пожалуй, не надо мне такого, — морщилась сестра нарочито. — Хотя… если только ради секса… Нет. Всё равно, оно того не стоит. Ладно, систер, пошли спать.

— Ты иди, а я еще немного посижу.

— Ага, конечно! Пойдём, — встав первой, Арина взяла меня за руки и потянула за собой. — Иди в кровати пострадай. Там хотя бы плакать мягко.

Глава 7

— У-у-у, — протянула Арина нарочито долго. — Вот где находится головной офис тоски зеленой.

Устало выдохнув, я закатила глаза, сняла очки и, опустив веки, помассировала переносицу. Снова посмотрела в ноутбук на бесконечную экселевскую таблицу и повернулась к сестре, которая, скрестив руки под грудью, застыла в дверной проеме моей комнаты.

— Продолжай, — выдохнула я. Махнула рукой с зажатыми в них очками и приготовилась слушать, что еще мне сегодня предложит Арина.

— А чего продолжать? Я гулять хочу.

— Ри, тебе двадцать лет. Шнурки на кроссовках ты завязывать умеешь. Если подзабыла, то надень сандалии и иди гуляй на все четыре стороны. Отпрашиваться у меня необязательно, просто периодически пиши, куда тебя занесло, чтобы я не переживала.

— Какая милая забота, — деланно умилилась сестра и сделала шаг в комнату. Плюхнулась на край моей кровати, колыхнув вместе с матрасом меня и ноутбук. Бумаги пришлось собрать в папку, потому что Ри, наверняка, решит поглазеть и всё мне, как обычно, смешает. — Я с тобой гулять хочу, Ру. Пойдём?

— Я не планировала, — чуть свела я брови и откинулась на подушки, позволив ногам, что служили подставкой для ноутбука, выпрямиться. — Если тебе очень сильно нужна компания, возьми с собой Настю. Мне нужно сегодня еще поработать.

— Хорош, а! Выходной, вообще-то! — мелкий вредитель, очень давно заключенный в моей сестре, специально вытянул из закрытой папки несколько бумаг и вложил их обратно в хаотичном порядке.

— Я тебя когда-нибудь прибью, — шлёпнула я её мягко по рукам, на что Арина лишь, не впечатлившись, фыркнула.

— Предлагаю прибить меня в парке. Под любым новеньким красивеньким кустом.

— В парк мы точно не пойдём, — тут же отказалась я.

— И долго ты будешь в прятки играть?

— Я не играю. Я просто не хочу в парк.

— Уехал твой… этот… как его… красивый, сексуальный, богатый, харизматичный, широкоплечий, без изъянов… Вечно забываю, как его зовут, — нарочито поморщилась Арина.

— Саша его зовут.

— А я, может, про Дениса говорила? — в хитрых карих глазах сестрёнки запрыгали бесята. Я не удержалась и бросила в нее подушку. — А что я такого сказала? Кстати, это довольно мило и в то же время печально, что Денис и Саша очень похожи.

— В смысле? Ты где-то видела Сашу?

— Где-то? — фыркнула Арина. — В бар наш недавно заглядывал со своими друганами. Я, кстати, чуть не подошла к нему поздороваться, решив, что это Денис.

— Он тебя узнал? Сказал что-нибудь?

Робкий огонёк надежды на что-то загорелся в груди и тут же потух, когда сестра отрицательно качнула головой.

— Я же сказала, что чуть не подошла. Их столик обслуживала другая девчонка. Но он, конечно, мощный стал. Даже я по нему чуток соскучилась, если честно. Но, наверное, подойти к нему сейчас и повиснуть на шее, как раньше, уже не получится. Вдруг еще возбудится…

— Эй! — выдохнула я возмущенно и совершенно бесконтрольно тюкнула сестру пальцами ног по коленке. Никогда ее не била и не собиралась, но сейчас прям захотелось.

— Да шучу я. Просто еще раз хотела подчеркнуть, что титьки у меня выросли что надо. Всё-таки, уже давно не двенадцать лет.

— Кто о чём, — закатила я глаза.

— Ну, на этой позитивной нотке я снова предлагаю пойти гулять. Ты уже две недели живёшь в каком-то анабиозе из-за приезда Саши. И мы Настей из-за тебя, кстати, тоже. Погнали в парк, встряхнемся, взбодримся. Потом поработаешь. Ночью. Вижу же, что и так плохо спишь. Так хоть делом будешь занята. Погнали.