Тата Алатова – Холли внутри шторма (страница 9)

— Я покупаю альпак, — ответил Холли. — Чтобы постелить асфальт, нужно продать еще парочку фрэнков. Нельзя получить все сразу, знаете ли.

— Что? — женщина посмотрела на него с непониманием, а потом вдруг заплакала.

— Фу, — испугался Холли, — тут нужна Фанни. Код красный!

— Напиши ей, — кивнула Тэсса, — бедняжку надо уложить в кровать и дать поспать несколько суток.

— Вы не понимаете! — закричала женщина. — Мне нельзя спать! Кто знает, что они еще сотворят, если я не буду за ними присматривать.

— Больно много от вас толку, — хмыкнула Тэсса, подошла к девчонкам и склонилась над ними. — Вот что, милые мои. Я шериф этой деревни, и я — инквизитор. Хотите узнать, на что способен боевой инквизитор, однажды разнесший Лондон?

Холли, судорожно набиравший сообщение Фанни, едва не выронил телефон — вокруг похолодало, и ему захотелось склониться в книксене или отдать честь. Что-то из этой области. Потому что Тэсса сейчас была не просто запутавшейся в собственном раскаянии женщиной, она была властью. Законом. Чем-то устрашающим.

Он уже видел подобные перемены раньше, и каждый раз они казались ему неумолимыми. В такие моменты Холли пугался, что другая Тэсса, та, что шутливо спорила с ним за ужином и видела его картины по-настоящему, никогда больше не вернется.

— И если вы хоть кому-то в моей деревне причините вред, — веско проговорила она, — сломаете забор или, например, отправите в небо скамейку, то я оттаскаю вас за уши. А теперь поднимите этот шарф, почистите его и отдайте Холли.

— Инквизиторы не имеют права угрожать людям, — подала голос правая близняшка, напуганная, но упрямая, — только чудовищам.

— Но люди, которые заткнули мне рот моим собственным шарфом, и есть чудовища! — воскликнул Холли.

— Будешь знать, как хамить, — безжалостно отрезала Тэсса.

Вообще-то это было обидно. Холли никому не хамил, хамят ведь того, чтобы обидеть кого-нибудь. А ему было плевать на эту женщину и ее племянниц, он просто хотел торта и не хотел возиться с незнакомцами.

И Тэсса должна быть на его стороне, не так ли, а не отчитывать при посторонних?

Холли и сам не заметил, как заразился традиционной для жителей Нью-Ньюлина нелюбовью к чужакам.

Они не какой-то там фестивально-туристический городок, как Ньюлин, например.

Надувшись, он никак не отреагировал на то, что его шарф взлетел с земли, отряхнулся, как собака, и снова обвил его шею.

Тэсса же одобрительно на это посмотрела, а потом широко улыбнулась троице на дороге.

— Ну, привет, — сказала она, возвращаясь в свое обычное состояние, — добро пожаловать в Нью-Ньюлин, меня зовут Тэсса Тарлтон, и я мэр этой деревни.

— Значит, — разочарованно произнесла женщина, — Нью-Ньюлин — это не спецприют с высоким забором и санитарами?

— Как посмотреть, — засмеялась Тэсса и замахала рукой Фанни, которая спешила к ним от магазинчика Кенни.

На нее приятно было посмотреть: теплые желто-салатовые гамаши, фиолетовый плащ в оранжевую крапинку и ярко-розовый бант в волосах.

Фанни была самым уютным и дружелюбным жителем деревни, но и самым разрушительным тоже. Просто не нужно было ее расстраивать, вот и все.

— Меня зовут Джулия, — сказала женщина, — Джулия Красперс. А это Лагуна и Мэлоди. Если честно, я так и не научилась их отличать друг от друга, мы знакомы около двух месяцев.

— А я Фанни, — затараторила Фанни, чьи глаза светились, как у любопытной кошки.

— Уложи Джулию спать, — сказала ей Тэсса, — в пансионате полно свободных номеров, но третий занял Уильям Брекстон, он прибыл вчера.

Фанни моргнула.

— Нас что, внесли в каталог «Сто самых гостеприимных деревень Британии»? — спросила она озадаченно.

— Вот! — ликующе возопил Холли. — А я о чем!

— Но я не могу… — снова принялась было возражать Джулия, но Фанни уже обняла ее за плечи, заворковала, замурлыкала, словом, включила свое фирменное обаяние на полную катушку.

— А вы, юные леди, — скомандовала Тэсса, — идете со мной. Так кто из вас кто?

— Какая разница? — буркнула правая. — Все равно никто не различает.

— Я — различу, — холодно заверила их Тэсса.

— И я, — проговорил Холли, все еще обиженный.

— Да? — левая близняшка прищурилась. — В таком случае, я Мэлоди. Посмотрим через полчаса, поймете ли вы, кто из нас кто.

И она демонстративно зевнула, даже не попытавшись прикрыть рот ладошкой.

— Нет, — закричала Мэри Лу, стоило им появиться на пороге ее пекарни, — на двери черным по белому написано: Холли Лонгли вход запрещен.

Какой-то шутник добавил на табличку одну букву и получилось «с Холли Лонгли вход запрещен», как будто он был каким-то пуделем.

— Перестань, — сказал Холли надменно, — я полностью безоружен: ни красок, ни кистей, ни карандашей. Да при мне даже кусочка угля нет!

— Ох, — другая близняшка, не Мэлоди, Лагуна, так ведь ее звали? — вдруг шагнула вперед, разглядывая стену, из-за которой Мэри Лу подняла такой сыр-бор. — Это горы? Мэл, посмотри, это горы!

Мэри Лу посмотрела на нее, нахмурившись.

Холли, пользуясь случаем, просочился за столик и прочно там угнездился.

Горы?

По правде говоря, рисунок был абстрактным. Всего лишь несколько штрихов, добавляющих безликой стене индивидуальности. Так что каждый мог увидеть там лишь то, на что был способен.

— Совершенно определенно горы, — важно подтвердила Мэлоди, — и шапки снега. Очень красиво, мэм, — добавила она вежливо.

Была ли эта вежливость результатом выволочки от Тэссы или просто новой игрой, Холли не разобрал, но ему и не было интересно.

— Хм, — Мэри Лу все еще хмурилась, — действительно красиво? В таком случае, дорогая, не могла бы ты снять ту табличку с двери? А я пока приготовлю вам по огромной чашке какао с большим количеством маршмеллоу, да? И, думаю, шоколадные бисквиты, хорошо?

— И латте, — подсказал Холли.

Мэри Лу не удостоила его ответом, ушла за стойку и загремела посудой.

Тэсса разместила девочек за столиком рядом с Холли, напрочь игнорируя любопытные взгляды Милнов, которые завтракали со вчерашним толстячком.

— Итак, — произнесла она спокойно, — ради чего вы довели свою тетю до нервного срыва?

— Она тупая, — тут же сказала Мэлоди.

— Ничего не понимает, — согласилась с сестрой Лагуна.

— И противная.

— И очень смешно нас боится.

— Нравится, когда вас боятся? — уточнила Тэсса почти равнодушно, но Холли поежился.

— Это забавно, — ответила Мэлоди насмешливо.

— И полезно, — поддакнула Лагуна.

— Понятно, — Тэсса посмотрела поверх их голов в окно, — и где ваши родители?

Девчонки тут же будто в рот воды набрали.

— Тут понадобится помощь старины Фрэнки, — заметил Холли, к которому уже вернулось его беззаботное настроение. — Рассказать вам про старину Фрэнки, девочки? Всякий, на кого он только посмотрит, всегда говорит правду и только правду.

— Так не бывает, — протянула Лагуна, переглянувшись с сестрой.

— Да ну? — заулыбался Холли. — Неприятно, наверное, узнать, что не только у вас есть суперсила. Тут таких суперсильных — пруд пруди, шагу ступить негде.

— А ты что умеешь? — спросила Мэлоди, недоверчиво задирая нос.

— Ну, я нарисовал вон ту стену. С горами и шапками снега.