Тата Алатова – Фрэнк на вершине горы (страница 41)

— Я тебе что, математик, — обиделась Кимберли, вырвалась с неожиданной силой и тут же мгновенно растворилась в густой темноте.

У Билли подкосились ноги, и он опустился вниз, закрыв лицо руками. Отчего-то в его голове крутились глупые мысли о том, что никогда прежде ему не доводилось сидеть на голой земле и что она холодная и влажная. О том, что он находится ночью на улице совсем один и даже остролиста у него при себе нет. И он совсем не думал о том, что Дебора будет на его похоронах, а значит, он умрет раньше, чем убьет ее.

Жизнь вдруг показалась невероятно ценной и хрупкой, и у Билли слезы выступили на глазах. Напрасно он убеждал себя, что по сути ничего не изменилось, каждый человек однажды покинет этот мир, Кимберли не сделала сенсационного открытия. Каждый, но не Билли. К нему эта истина вроде как совсем не имела никакого отношения.

— Лошадь… лошадь! — воскликнул он, спохватившись. — Все дело в лошади!..

Вскочив на ноги, он бросился к своему дому, чтобы истребить все статуэтки и картины с изображением этих животных.

***

— Ты идиотка, Тарлтон, — сказал Эмиль Ларс, дослушав рассказ про ее ночные приключения.

— Так точно, — согласилась она меланхолично.

Они прощались ранним утром на окраине Нью-Ньюлина, и рассвет все вокруг окрашивал в нежно-розовое. Тэсса еще не ложилась, да и Эмиль только-только оставил свой пост возле дома отшельника Эрла. После бессонной ночи оба пребывали в малость заторможенном состоянии.

— Ты застряла между инквизитором и человеком, — вздохнул он, — и посмотри, как это опасно. Прошлая ночь должна стать уроком: не суйся в передряги, из которых тебе не выбраться.

— Это произошло само собой.

— Любовь убивает, — напомнил он, — вот почему наши наставники первым делом избавляют нас от эмоций. А ты просто переполнена ими.

— Но ведь все обошлось.

— Благодаря постороннему лицу, а не тебе. Как этот парень, кстати, прошел за тобой через строй девиц? Они должны были свести его с ума.

— Это же Фрэнк, — объяснила Тэсса. — Он всегда и везде видит только меня.

— Это опасно — рассчитывать на других. Однажды помощь может не прийти вовремя.

— Перестань повторять постулаты ордена. Я как-нибудь выживу здесь, Ларс. В конце концов, это всего лишь тихая деревушка на самом краю света.

— Ага, — согласился он, и они захохотали от нелепости этого утверждения.

— Что ты доложишь ордену? — отсмеявшись, спросила Тэсса.

— Правду. Что ты счастлива и профнепригодна.

***

— Просто расколдуй Дебору! — потребовал Эллиот.

Тэсса провела пятерней по лысой макушке. Ожоги начали заживать и теперь все время чесались.

— Расколдовать Дебору, понятно, — кивнула она и перевернула табличку, сменив «мэра» на «шерифа».

Фанни мыла конторские окна, тихо напевая себе под нос. Сварливый Джон Хиченс по-стариковски терпеливо сидел на диване, ожидая своей очереди на прием. Рядом с ним пристроилась Джулия и, следуя своей теории о максимальной эффективности, одновременно читала книгу и тренировала запястье с помощью ручного эспандера.

— Речь идет о твоих завораживающих песнопениях, правильно? — уточнила Тэсса у Эллиота. — А ты уверен, что она вообще заколдована?

— Этим утром я предложила Эллиоту все свои акции, — подавленно сказала Дебора. — Совершенно бесплатно. Мне вдруг захотелось сделать его очень счастливым, любой ценой.

— А ты? — спросила Тэсса у Эллиота.

— А я взял Дебору за руку и привел к тебе. Она явно нуждается в помощи.

— А мог бы взять акции.

— Что мне с ними делать? — испугался он. — Нет-нет, мне нравится скользить по этому миру безо всяких там гирь на ногах вроде состояния или недвижимости.

— Теперь тебе придется выскользнуть из дома Милнов и на какое-то время перестать видеться с Деборой. Вдруг поможет старый добрый способ — с глаз долой, из сердца вон?

— И куда же ему идти? — заволновалась Дебора.

— К отшельнику Эрлу.

— Ну допустим, — согласился Эллиот. — Только ты уж присмотри за Деборой, а то этой ночью у нас Билли спятил.

— Спятил от ревности? — с пониманием спросила Тэсса.

— Да нет, там что-то другое, — пожала плечами Дебора. — Он промчался по дому, как ураган, собрал некоторые из картин и скульптур, загрузил в багажник и уехал с ними в Ньюлин. Все еще не вернулся.

— Думаешь, он тебя бросил навсегда?

— Что? — у нее даже рот распахнулся от удивления, очень похожего на надежду. — Правда?! Да нет, не может быть, он никогда в жизни не оставит свой драгоценный дом, скорее меня изведет, чтобы я его не нервировала.

— Так, никто никого не изводит без моего разрешения, — встрепенулась Тэсса. — Дебора, ступай домой и позови меня, когда муж вернется. Эллиот, марш на холм, к Эрлу. Всё, следующий.

— Следующий — это я, — Джон встал и на удивление легкой походкой приблизился к столу. Опершись подбородком на скрещенные пальцы, Тэсса с интересом наблюдала за легкостью его движений.

— Что с суставами? — спросила она.

— Заработал твердостью духа, — важно объявил Джон. — Явилась среди ночи красивая девка и как давай меня соблазнять. Но я кремень! «Прости, дорогуша, — отказал я ей решительно, — но я собираюсь быть верным Бренде до конца дней своих…» И вот, значится, за стойкость красивая девка мне колени и починила.

— Удивительная история, — восхитилась Тэсса. — А ко мне зачем?

— Дату свадьбы выбрать.

Тут она снова перевернула табличку на своем столе, сменив «шерифа» на «мэра». Дебора и Эллиот вместо того, чтобы пойти, куда их отправили, уселись на диван рядом с Джулией и с интересом прислушивались к разговору. Кажется, им просто не хотелось расставаться друг с другом.

— Посмотрим-посмотрим, есть ли у меня окно в плотном графике, — проговорила Тэсса официальным тоном, открыв пустой ежедневник. — Что, если мы проведем церемонию в августе?

— А что, если на следующей неделе?

— Договорились, — охотно согласилась она и захлопнула блокнот. — Уточню на всякий случай: Бренда ведь сказала «да»?

— Нет.

— Как это — нет?

— Ну, я еще не спрашивал, — добродушно-ворчливо сказал Джон. — Надо ведь сначала все подготовить, а потом уже суету наводить.

Тэсса ухмыльнулась, живо представив себе, как Джон делает предложение за час до церемонии и Бренда идет под венец в садовой шляпе и резиновых сапогах. Нет, мужчины могут состариться и превратиться в сморщенных пеньков, но никогда не научатся понимать женщин. Смешливо переглянувшись с Деборой Милн, она решила как можно быстрее покончить со своими служебными обязанностями. Очень уж Тэссе не терпелось вернуться домой и посмотреть, что там так увлеченно рисует с ночи Холли.

При воспоминании о страстном безумии, охватившем их всех при свете луны, у нее снова по венам потекла горячая лава. Ах, если бы можно было всю жизнь провести, занимаясь любовью!

— Джулия, а у тебя-то что?

— Сущий пустяк, — безмятежно произнесла та, — можете и дальше обсуждать свои великие проблемы, мне совершенно некуда спешить.

— И все-таки?

— Мэлоди пропала.

— Пропала или прячется? — насторожилась Тэсса, а Фанни так и ахнула, уронив тряпку.

— Батюшки! — воскликнула она. — Это наше морское чудище ее притопило, точно вам говорю. Довела бедолагу противная девчонка.

— По порядку, — попросила Тэсса. — Джулия, когда именно ты видела племянницу в последний раз?

— Вчера вечером, когда целовала девчонок перед сном. Утром ее уже не было.

Ну, времени пришло всего ничего — с одной стороны. С другой, это же была Мэлоди, от нее всего можно ждать.

— Кажется, ты не очень-то волнуешься, — обвинила Джулию Фанни.

— Не очень, — спокойно согласилась та. — Мне сложно поверить, что с Мэлоди на самом деле могло случиться что-то плохое. Скорее всего, она бродит где-то по берегу или тренируется ронять деревья взглядом.