Тася Лав – Моя ненормальная (страница 5)

Мы оказались в очень классной комнате на двоих жильцов. Правда, сразу стало видно, что вторая половина нежилая. На кровать была набросано куча вещей здешней хозяйки.

Но то, что ярко бросилось в мои глаза и ослепило, – розовый цвет другой половины.

Очень много розовой одежды. Есть и белая, и немного темной, и вон лежит красный пиджак школы, но обладательница этих вещей явно фанатеет по этому цвету. У нее даже светильник розовый!

– Эм, – отвела взгляд от этой одноцветной палитры.

В комнате две крепкие, широкие кровати, зеркало на стене, пара столов со стульями, настенные полки, дверь, похоже, что на балкончик, и шкаф. По-видимому, стандартный, тут должен быть второй, но вместо него стоит ныне модная длинная вешалка на колесиках, на ее штанге еще часть шмоток этой барышни.

Я подошла к свободной кровати и сгребла в кучу вещи, переместив их на ее кровать с розовым одеялом.

– В общем вот, – женщина нерешительно стояла в дверях, наблюдая за моими действиями, – это единственное свободное место на этаже. Не могу же я тебя поместить к восьмиклассникам… – Она беспомощно развела руками. – Твоя соседка немного… эксцентрична. Но вы найдете общий язык. Надеюсь.

– Не уверена… – снова пробурчала сама себе, поставив чемодан рядом с кроватью и усаживаясь на ней.

– В восемь ужин, – продолжила она, – тебя проводить?

– Не маленькая.

– Хм, хорошо. Тогда после ужина зайдешь в первый корпус школы и поднимешься на второй этаж, там учительское крыло. Найди табличку с моим именем, я выдам тебе учебники и форму. Получится?

– Ага, – убедительно кивнула и отвернулась, задумчиво привыкая к новому месту.

– Оставлю тебя, осваивайся. – Она закрыла за собой дверь, оставляя меня в полумраке. Я щелкнула настольным светильником и осталась просто сидеть.

Надо бы вещи разобрать, но я еще не привыкла к обстановке.

Все-таки мне здесь учиться… и жить.

Тяжело, когда больше не имеешь своего угла. Здесь меня не ждут, но и там, у дяди, тоже.

Я одна в этом мире, и мне не на кого опереться.

Значит, нужно взять себя в руки и двигаться. Потому что больше мне ничего не остается. Я и так много времени была в депрессии, не желая даже жить.

И я должна что-то делать хотя бы ради них…

Внезапно в двери начал по-хозяйски возиться ключ. Я аж вздрогнула.

Человек по ту сторону двери понял, что что-то не так и вытащил его. Дернул ручку. Медленно дверь начала открываться.

Затем в помещение ворвалась… стройная блондинка с накачанными губками. Ее смазливое личико дернулось в мою сторону, и она изумленно застыла.

– Эм, привет, что ли. – Я неуклюже махнула рукой.

– А-а-а-а-а-а, – закричала она, отмахиваясь от меня, – что в моей комнате делает оборванка?!

Глава 5

Ева

– Эй! – Я подбежала к двери и захлопнула ее, остерегаясь, что из-за ее криков сюда слетится вся общага. Познакомиться с новенькой, разумеется.

Она потемнела взглядом, лицо страшно перекосилось, и мои мысли несколько минут назад, что моя соседка красивая, испарились в тумане.

– Какого черта ты делаешь В МОЕЙ КОМНАТЕ! – Она почти дымилась от злости. Сжала кулачки и обошла меня, презрительно разглядывая мою одежду. Вроде в чистом приехала…

– На минутку, – я подняла палец, – это теперь НАША комната. Привет, соседка, – дружелюбно протянула ей руку, надеясь сгладить знакомство.

Мне показалось, что она зашипела, как кошка. По крайней мере, меня удивила та степень брезгливости, с которой она смотрела на мою руку. Выглядела она, будто у нее бомж только что милостыню попросил и преградил путь.

Пришлось убрать руку, чтобы не выглядеть совсем идиоткой.

– Ну как знаешь, – пожала плечами и, больше не обращая внимания на застывшую новую соседку, пошла к своей кровати, сев на нее и раскладывая вещи в портфеле.

– Ну нет… – Блондинка резко подошла ко мне и взяла за шиворот. – Ты не будешь жить в моей комнате, медяшка!

– Она… не только твоя… – Я упорно сопротивлялась, пытаясь оторвать кофту от ее цепких ногтей.

Удивительно, но этой хрупкой девушке удалось стащить меня с кровати. Она упорно тащила меня к двери.

Раз, и я вывернулась, вынув руки из рукавов. Теперь я осталась в одной футболке, отскочив от бешеной, а у нее в руках моя кофта. Сообразив, что жертва смылась, девушка брезгливо откинула от себя кофту, отодвинув ее ногой.

– То, что ты здесь, – ошибка! – Ее горящим взглядом можно было двора поджигать.

– А вот и нет! Спроси у Анны Сергеевны.

– Аннушки? – Ее взгляд изменился на удивленный. – Это она тебя сюда привела?

Я кивнула.

– Тогда идем к ней! – Змея снова вернулась в свое обличие.

– Вот еще, – подняла свою кофту, – я, между прочим, в столовую собиралась.

– Окей, – она подошла к моему открытому чемодану и брезгливо поставила его на колесики, пытаясь держаться за ручку краем ногтей, – тогда я сама тебя выселю.

И потащила его к выходу.

– Эй, эй! – вцепилась в ручку, на этом моменте ее рука плотно и крепко обхватила ее, чтобы не отдавать мне чемодан. Теперь мы боролись за нахождение в этой комнате моих вещей. – Ладно! Идем к преподу, она тебе все подтвердит!

– Нет, дорогая, – усмехнулась блонда, – она тебя отселит!

Девушка отпустила мой несчастный чемоданчик и как ни в чем не бывало подошла к зеркалу. Поправила прическу, послала воздушный поцелуй своему отражению и пошла к выходу.

– Медяшка, – повернулась ко мне, – иди на расстоянии от меня, а то подумают, что мы знакомы.

Я пожала плечами.

Меня как-то вообще не колышет расстояние между нами, но если эта королевишна не может общаться с простолюдинами, то я сделаю, как она хочет. Как говорится, не трожь говно, вонять не будет.

Так и пошли – она на два метра впереди, и я, скромно плетясь в хвосте. Пусть Аннушка ей уже все выскажет, и я пойду поем. После слов классного руководителя я хоть буду спокойна, что мои вещи не окажутся за дверью, а сама комната запертой.

Классный прием. Ну я как раз на это и рассчитывала. Может, надеялась наконец-то завести друзей, но это была очень призрачная мечта. Это как мечтать услышать от своего братца обыкновенное слово «спасибо». До старости ждать будешь. Так и ляжешь в деревянную коробочку, не дождавшись.

Поэтому и не люблю богатеньких деток. Слишком много нарциссизма, лицемерия и брезгливости к окружающему миру. Нельзя бахвалиться тем, чего не добивался сам.

Богатые считают, что деньги все решают. Да, этот мир погряз в коррупции и шелесте купюр, и мне больно на все это смотреть. Но здесь еще остались вещи, которые нельзя купить за все деньги мира.

И все, что мне остается, – бороться с системой. Противостоять ей и выигрывать жалкие кусочки свободы. И я никогда не сдамся. Этому меня учили родители.

Катерина?

О, Катрина.

Вспомнила ее имя.

Коридор уже начал наполняться учениками.

Девушки шли мимо, одетые в, видимо, брендовые вещи и держа в руках навороченные телефоны, кто-то цеплял на себя брюлики. Они замечали меня, а затем опускали взгляд на мою одежду и кривились (да чем им всем она не угодила-то?). Будто я какой-то изгой. Это было не очень заметно, но я чувствовала, что при приближении ко мне они проходили ближе к стене.

Просто постаралась не акцентировать на этом внимание.

Зато с Катриной здоровалась почти каждая девчонка на нашем пути. Восхищенно заглядывали в рот, мямлили свое «привет» и «как прошли твои выходные» и радостно уходили, даже если дождались от нее не ответа, но хотя бы кивка.

Мда, она здесь реально королева школы.

Грациозно, но при этом быстро вышагивая на своих каблуках, она заставляла меня постоянно переходить на бег, чтобы поспеть за ней. Да и я вечно ворон ловлю, засматриваюсь на что-то.