Тася Герц – Не восточная сказка. Своя среди чужих (страница 2)
Позже я не могла оставить без внимания мужчину, который казался немного потерянным. Он осторожно пробрался мимо танцующих пар в центре зала и направился к столику, за которым сидела я. Присев на соседний стул по левую сторону от меня, снял пиджак и расстегнул две верхние пуговицы. «Красивое лицо», – заметила я и, смущаясь, отвернулась. Кристально белая и выглаженная рубашка говорила о порядке. Недешевые фирменные часы на запястье левой руки изредка поблескивали, а радужные «зайчики», отражающиеся от круглого стеклянного корпуса, играли на бокалах и белой скатерти. Я отчетливо ощутила терпкий аромат одеколона, исходивший от мужчины: немного цитруса, ванили и совсем чуть-чуть корицы. Определенно дорогой одеколон. Он взглядом прошелся по столу. Затем потянулся к стакану с водой, сделал два больших глотка и выдохнул.
– Тяжёлый день, – произнес он и робко улыбнулся.
Я улыбнулась ему в ответ. Словно зачарованной, мне хотелось узнать о нем больше. И пока думала, незнакомца увлекла молоденькая брюнеточка. А вскоре я поймала себя на мысли, что пристально наблюдаю за ними. Мне было неловко и в то же время наплевать, что вокруг много людей, и они могут заметить мой неприкрытый интерес к паре.
Его руки нежно поглаживали спину миниатюрной незнакомки. Они были слишком близко друг к другу. На фоне него она казалась хрупкой и невинной. Но я-то знаю, что такие девушки способны из зайки превратиться в тигрицу. Она прислонилась щекой к его широкой груди. В мужских теплых руках, укачивающих, словно в колыбели, незнакомка двигалась медленно под музыку.
В этот момент я представила себя на ее месте и ощутила, как щеки начинают гореть. Прикусив нижнюю губу, несколько раз моргнула и отвернулась. Встав из-за стола, случайно задела рукой белый пиджак, висевший на спинке стула. Пришлось присесть, чтобы поднять вещь с пола. Пока поднимала пиджак, вдыхала сладковатый аромат, исходящий от плотной ткани. Музыка стихла, и пары начали расходиться. Повесив пиджак обратно на спинку стула, сделала шаг в сторону, обернулась и замерла.
Передо мной возник седовласый мужичок. Одной рукой он опирался на трость с серебряной рукоятью, вторая рука находилась за спиной. Он смотрел с глубоким интересом, словно хотел что-то сказать или спросить. Затем с хрипотцой в голосе произнес свое имя и протянул руку.
– Я смотрю, вы уже познакомились?
Иностранный гость улыбнулся и произнес несколько слов на немецком языке. На лице Эмили появилась странная ухмылка.
– Иво хочет пригласить тебя на танец, – охотно сообщила Эми.
Смущение залило мои щеки румянцем. Я мысленно поругала ее за опрометчивость, так как давно не танцевала с мужчинами и опыта в танцах особо не имела, но просьбу не отвергла. И уже скоро танцевала с Иво Нойманном среди других пар в центре зала. Я хотела сквозь землю провалиться, заметив, как на нас смотрят. Кажется, что все вокруг знают, кто я такая и не понимают, почему нахожусь здесь. Но для меня мое нахождение на этом вечере тоже являлось непостижимой загадкой. А может, это и не мое вовсе?
После того как мы покинули ресторан, я не могла скрыть улыбку на своем лице от всего произошедшего сегодня.
– Не расскажешь, что означает твое глуповатое выражение лица? – поинтересовалась Эмили.
– Ну, я просто рада, что все же согласилась пойти с тобой, – честно ответила ей.
– У тебя выбора не было. Между прочим, этот Иво очень богат. И ты ему понравилась.
– Я ему в дочери гожусь.
– И что? Возраст же не имеет значения. Главное, что он богат.
– Для меня возраст важен, – замечаю ей и понимаю, что подруга все равно будет настаивать на своем. – Я не собираюсь прощаться со свободой, которую только что обрела.
– Относительно, – заметила Эмили, аккуратно вворачивая руль вправо.
– Но так и есть.
– До того момента, пока Алексей не постучит в твою дверь. А когда это случится, я боюсь, что ты его впустишь, и все начнется заново.
– Нет, не впущу! – возразила я. – Я не открою ему.
– И как долго ты будешь от него бегать? Тебе придется с ним встретиться и поставить точку в отношениях, а иначе это никогда не закончится.
– Я думала, что в этом не будет необходимости. Я просто ушла и все.
– Сама знаешь, что недосказанность порождает сомнения. Лучше, чтобы между вами не было неопределенностей. Точка – это значит конец, и никак больше.
Нужно было встретиться с Алексеем и спокойно поговорить, но я не была готова к этому. Он не станет слушать. Никогда не слушал.
Войдя в квартиру, закрыла входную дверь и поспешила избавиться от тесной обуви. Пройдя в спальню, не включая свет, сняла платье и распустила волосы. Всмотрелась в свое отражение в зеркале. Я любила смотреть на себя при свете луны. Бледная кожа так выглядела еще белее. Перед глазами промелькнул образ незнакомца. Голубые глаза и улыбка… Я представила, как танцую с ним. Он обнимает меня своими сильным руками, смотрит в мои глаза, а я сгораю от желания прикоснуться к его губам…
Но ничего из того, что я нафантазировала, не произошло бы сегодня. И не имеет значения, что имя незнакомца останется тайной, ведь я больше его не встречу.
Даниэль вернулся домой под утро. Сестра занималась на кухне приготовлением завтрака для племянников. Убедившись, что Элиза его не заметила, проскользнул в отцовский кабинет и закрыл дверь. Не включая свет, подошел к письменному столу. Снял белый пиджаки и бросил его на пол. Сел в кресло. Сжал кулаки, ощущая легкую ненависть. Открыл штоф, налил виски в низкий стакан и кинул туда же пару кубиков льда. Сегодня он был там, куда его не приглашали. Где был чужим. И все же пришел, рискуя быть униженным и выставленным за дверь.
– И где ты был? – дверь кабинета приоткрылась, и свет, идущий из коридора, осветил его лицо. Сестра заметила в руке брата стакан. – Ты снова пьешь?
– Я был там, где не должен был быть, – ровно ответил мужчина, а затем спокойно добавил: – И нет, я не пью, ты же знаешь.
– И все же предпочел быть там, нежели на ужине с отцом? Ты не должен забывать, что унаследуешь его компанию. Кто кроме тебя займется этим делом? – в голосе Элизы прозвучал недовольный упрек. Она подняла пиджак с пола и присела в кресло напротив. – Ты несерьезен, братишка. Любой бы на твоем месте цеплялся за каждую возможность, чтобы иметь то, что будешь иметь ты.
– Ты много беспокоишься об отце.
– Ровно столько, сколько и он о нас.
– У меня есть планы на будущее. И они точно не связаны с отцовским делом.
– Тебе нужно обстоятельно поговорить с ним, а не вести себя как подросток. Объяснись. Отец всю свою жизнь посвятил работе, чтобы ты ни в чем не нуждался. Имей хоть немного уважения к нему.
– Он знает мою позицию по этому поводу, но упорно не хочет признавать.
– Вы оба упрямы. В таком случае никакого взаимного согласия не будет. Неужели ты готов потерять место в компании из-за своей мечты стать музыкантом?
– Это моя мечта, Элиз. Пусть вы в нее и не верите.
– Тогда поговори с отцом. Убеди его принять твою сторону. И не дай разрушить ваши отношения. Потому как я уверена, что у тебя нет плана на случай, если отец вдруг решит перейти к воспитательному процессу. А ты знаешь, что это значит. Тебе придется принять свою судьбу и согласиться с отцом, братишка.
Элиза вышла из кабинета. Даниэль взял из ящика стола старую потертую книгу, которую ему в детстве читала бабушка – небольшой томик стихов. Оставаясь дома один, он ходил из комнаты в комнату, нашептывая полюбившиеся строки. Подчеркивал понравившиеся слова или же целый абзац. Сейчас он просто хотел поделиться с кем-то своими переживаниями. Облокотившись на спинку кресла, приложил книгу к груди. Посмотрел на стакан с нетронутым виски и тяжело вздохнул. Даниэль не был пьян уже долгое время. Стакан в его руке – вроде успокоительного процесса. Как для бывшего курильщика незажженная сигарета во рту. Остается привычка, с которой комфортно думать или же делать что-то.
Я проснулась от лая соседского пса. Умывшись и одевшись, поехала к Эми. Подруги еще не было на работе, поэтому решила подождать ее за завтраком, заняв столик у окошка. Сделав заказ, достала блокнот, пролистала до чистой страницы и на первой строке написала цифру один. А далее вписала то, чем хотела бы заняться в ближайшее время. Это первый маленький шаг к новой жизни. Первая ступень поменять и полюбить себя. Потому что то, кем я сейчас являлась – серое бесформенное пятно. Да, именно такой категоричной и суровой я стала к себе в последнее время. А что в этом такого? Если хочешь что-то изменить – начни с себя.
Мужчина не спеша вошел в кафе. Обменялся рукопожатием с барменом и что-то спросил у него, поддавшись вперед. Бармен покачал головой и занялся своим делом. Даниэль присел на стул и осмотрелся по сторонам. Заметив Тасю, прищурился. Кажется, он уже видел ее…
Именно так! Незнакомка, что была вчера на вечере у Захарченко. Он даже вспомнил, какое платье было на ней. Даниэль медленно направился к ее столику, но звонок его смартфона заставил остановиться на половине пути. Ответив на вызов, мужчина еще раз бросил взгляд на девушку и поспешно вышел из кафе.