Таша Янсу – Каменное сердце (страница 4)

Обучение представляло собой ежедневные тренировки для укрепления тела: физические упражнения, закаливания в ледяных источниках, балансирование на скалах…  тренировки для укрепления духа: многочисленные разновидности медитаций, упражнения для силы воли… Все это сочеталось с жестокой дисциплиной и требованиями.

Хенджи до двенадцати лет не знал иной жизни и был сильно удивлен и даже возмущен тем, что, оказывается, бывало и по-другому – когда отправился на обучение в Академию магов. Вскоре эти эмоции сменились другими – чувством превосходства и легкого презрения (над которыми пришлось тщательно поработать, чтобы очистить душу от столь низменных чувств), поскольку жестокие многолетние тренировки сделали из него воина и мага, на порядок превосходящего своих сверстников.

Требования к нему всегда были выше, чем к другим – все же он был наследником Великого Дома Даарон и многообещающим талантливым магом. Становление теургом еще больше возвысило бы его Дом, и это стало целью жизни Хенджи, когда он осознал, что никогда не получит взаимности от Рендан – все, чего он смог достигнуть, это ее дружба. Мысль о пути теурга давала утешение каждый раз, когда он отказывался от той или иной мимолетной радости. Это того стоило, он отчаянно в это верил.

И все же природная веселость характера не раз давала о себе знать внезапными порывами. Благо, Хенджи научился балансировать – сдерживать себя ровно настолько, чтобы эфемерная цепь обязанностей не перерезала горло, и в то же время не переходить черту.

Ночное происшествие со светлой девой Рендан выбило его из колеи. Ничего страшного, что вторая неделя Смирения сорвалась. Придется, конечно, объясниться перед наставниками, что-то придумать, чтобы не бросить даже тень подозрения на Рендан. Он сам просто слишком расслабился в последнее время – тишь да гладь охватила полусонный мир его скромного существования, неудивительно, что он был застигнут врасплох.

Что ж, оно и к лучшему, не то совсем тут закостенеет. Конечно, случившаяся с Рендан неприятность никак не относилась к категории «к лучшему», но все зависело от точки зрения: во время завтрака Рендан и дядя Магатши договорились обсудить одно торговое соглашение; дружба с Рендан с честью прошла очередную проверку; лучший отдых – перемена мест и действий, и Хенджи уже предвкушал грядущую поездку.

Он предложил светлой деве прогуляться по территории резиденции, пока слуги готовили лошадей к поездке к храму.

– У меня такое чувство, будто за двенадцать лет здесь ничего не изменилось, – заметила Рендан.

– Ну что вы, мы обновили краску на стенах, – указал Хенджи, – видите?

– Честно говоря, нет.

– Мы подобрали краску в точности того оттенка, какого была предыдущая.

– Это все объясняет.

Они искоса поглядывали друг на друга, с трудом давя смех. Вряд ли следующие за ними Гури и Эйден понимали, о чем они вообще говорят. Разве не должны их – Главу Архай и будущего Главу и теурга Даарон – занимать другие, более масштабные вещи? Хенджи прочитал этот немой вопрос в глазах своего друга, но лишь с улыбкой покачал головой.

Незначительные, так называемые «пустые» разговоры значили столь многое в его мире, где все крутилось вокруг политики и выискивало, чем бы поживиться.

Они спустились к саду, добрались до ледяных источников, где разбуженные с утра ученики, отстукивая зубами дрожь, терпеливо пытались медитировать под монотонную речь наставника.

– Я уже долгое время подумываю устроить у себя подобные ледяные источники, – задумчиво сказала Рендан.

Они уставились на несчастных страдальцев.

– Ну, знаете, чтобы наказывать провинившихся. Думаю, их станет в разы меньше.

– Ледяные источники воспитывают волю и укрепляют тело, – с укоризной отозвался Хенджи. – Впрочем, я понял вашу мысль – комбинировать наказание с воспитанием, и если задать должный тон медитациям, можно внедрить в разум некую мысль, в данном случае – чувство вины за оплошность, что предотвратит повторение инцидента.

– Вы как всегда практичны, но я думаю, что просто скидывать провинившихся в ледяную воду и держать их там несколько часов будет достаточно.

– Вы слишком мягкосердечны. Меня всегда забавляло, что из нас двоих жестокой считают вас.

– Они просто не знакомы с вами столь тесно, как я.

Невинные в любой другой ситуации слова неожиданно обрели совершенно иной смысл.

Хенджи изо всех сил старался сохранить безмятежный вид. Краем глаза он заметил, что Рендан покраснела и прикусила губу, видимо, казня себя за запоздалое понимание совершенной оплошности.

Конечно же, она подумала о том же, о чем и он – сколько тесно они познакомились этой ночью.

Боги, он ощутил, что и сам близок к тому, чтобы покраснеть. Благо, к ним подошел слуга с сообщением, что лошади готовы и можно отправляться в путь.

Неловкость быстро рассеялась, а вскоре была и вовсе позабыта.

Они ехали неспешно: Рендан со своими Охотниками впереди, за ними Хенджи с Гури и двумя стражниками.

Хенджи с удовольствием подставлял лицо мягким солнечным лучам. С годами он стал больше ценить маленькие радости жизни.

– Знаете, я уже и не припомню, когда мы с вами в последний раз ездили вместе верхом, – удивленно сказала Рендан, поравнявшись с ним.

– Я тоже, – отозвался пригревшийся на солнце Хенджи. – Быть может, это было на последней Охоте прошлой осенью?

– Тот галоп не считается, я даже не поняла, что это вы, и увела вашу нечистую тварь.

– А после прислали корзину подарков в качестве извинения. Это было очень мило и совсем не обязательно.

– Это была малая цена за вашу уступку. Почему вы не боролись за ту добычу? Не то чтобы я переживала, что проиграю…

Хенджи пожал плечом. Мирские страсти все меньше увлекали его, и правда заключалась в том, что ему было все равно, сколько нечисти он поймал – он просто делал свою работу, как один из сильнейших воинов своего Дома, и должен был доказать свою силу будущего Главы.

– Вам не хватало всего одного духа для полного счета. Я подумал, нам, как давним друзьям, надо поддерживать друг друга.

– Вы ставите меня в неловкое положение. Теперь я чувствую, что обязана буду уступить добычу вам на следующей Охоте.

– Что ж, тогда мне придется отправлять вам корзину с подарками. Не уверен, что смыслю в этом, так что подумайте еще раз, действительно ли вы хотите ставить в неловкое положение меня.

– Почему это прозвучало как вызов? Думаете, меня устрашит ваша корзина с подарками?

– Вы можете узнать у моего младшего брата о моих способностях по части приготовления подарков, – Хенджи улыбнулся и кивнул на Гури, – или у моего верного друга, благо, он тут рядом, рукой подать, и со свежими впечатлениями после праздника Лета.

Рендан недоверчиво вздернула бровь, фыркнула.

– Что ж, до праздника еще есть время, чтобы продумать подходящую стратегию.

– Скорее всего, в этом году я не буду участвовать в Охоте, – задумавшись, сказал Хенджи. – Дядя в скором времени намеревается отойти от дел, и обязанности Главы Дома возлягут на мои плечи. Мне предстоит множество хлопот, в особенности связанных со свадьбой, которая состоится до конца этого года. Об этом еще никому неизвестно – мы договорились не далее как неделю назад, так что прошу вас не распространяться. Ваш Дом, разумеется, в числе приглашенных, буду счастлив видеть вас в столь важный день.

Рендан кивнула. Она как-то разом побледнела. Наверное, все же чувствовала себя неважно после проклятия.

– Благодарю. Но кто же ваша счастливая избранница?

– Госпожа Катрена из Дома Луциато, и не уверен, что она будет счастлива со мной в браке. – Хенджи невесело усмехнулся.

– Выйти замуж за знаменитого красавца, Светлоликого Хенджи? Самого многообещающего претендента на роль теурга за последнее десятилетие?

– Боги, хоть вы надо мной не потешайтесь!

– Ну отчего же? Разве умение посмеяться над собой – не одно из лучших качеств, каким должно обладать здравомыслящему человеку? К тому же я говорила серьезно – будто вы не знаете, какие сплетни о вас ходят. Еще скажите, что они лгут.

– Красота – весьма растяжимое понятие, и негоже восхвалять человека за ожидания, которые он еще не оправдал, – уточнил Хенджи. – Впрочем, я присоединяюсь к вашим словам – моей невесте едва исполнилось восемнадцать, а в таком возрасте девушки склонны идеализировать людей.

– Я уверена, вы непременно полюбите друг друга и будете счастливы.

– Вы слишком оптимистичны. Я не тешу себя иллюзиями. Моя невеста слишком юна и невинна, я же бываю довольно циничен и занудлив, да и геройских подвигов и романтических порывов от меня трудно дождаться.

– Полно вам принижать себя, не то я заподозрю, что вы напрашиваетесь на похвалу.

– Простите и не обращайте внимания на мое малодушное нытье. Путь теурга многого требует от меня, боюсь, я просто устал. Но я продолжу следовать ему, моей госпоже этого делать необязательно, так что, возможно, мы найдем равновесие в нашем супружеском соглашении.

Он улыбнулся встревоженной Рендан. Та кивнула, ободряюще улыбнулась в ответ. На душе потеплело.

Если бы его спросили, кого он хотел бы в спутницы жизни, он не раздумывая указал бы на нее. Со всех сторон разумный брак: она была достаточно умна и сильна, чтобы держать Дом крепкой хваткой, если ему случилось бы оказаться не у дел; их Дома испокон веков состояли в дружественном союзе, и подобный брак лишь укрепил бы его; вдобавок прошлой ночью он воочию убедился в ее красоте, точнее, он и до этого знал, что она довольно красива, но то было далекое и несколько абстрактное знание, отстраненная констатация факта.