Таша Танари – Танцующая среди ветров. Счастье (СИ) (страница 58)
– Мне долгое время не давало покоя какое-то противоречие, неувязка, и я раз за разом прокручивал в голове события того вечера.
Напряглась: что именно он имеет в виду? Неужели сбывается один из моих кошмаров? Следующие слова дракоши позволили выдохнуть:
– После укуса сиртана ты не только выжила, но и быстро восстановилась, слишком быстро.
Я украдкой разжала ладонь, в которую больно впились ногти. Не самая страшная тема. Вспомнила, что и Фенрир тогда удивлялся, но упоминать его имя не решилась. Зато другое…
– Лорд Эрданур тоже проявлял внимание к данному факту.
– В самом деле? – Шанти задумался. – Не нравится мне его к тебе интерес, родная.
Я нервно хихикнула: уж да, Темный лорд не та личность, с которой хочется лишний раз пересекаться.
– Он потребовал показать мою рану и лично проверил ее состояние.
Тихий рык сбоку заставил меня перевести взгляд со звездного неба над головой на любимого:
– Он к тебе прикасался?
Успокаивающе погладила его.
– После того, что случилось позднее, это мелочи, о которых не стоит теперь волноваться.
Подбодрила так подбодрила: дракон озверел еще больше, меня окатило гневом и сожалением, правда, в этот раз не настолько, чтобы сложиться пополам. Возможно, раз Шанти начал чувствовать мое состояние, то стал закрываться?
Поспешила отвлечь его:
– Я тогда не очень поняла, что и как. Вдруг тема укуса была лишь поводом выяснить что-то другое? Лорд Астагарт тоже участвовал в разговоре, он объяснил мое исцеление вмешательством Лиса.
– Но мы-то знаем, что это не так!
– Тише, хороший мой, все позади.
Шанти крепко прижал меня к себе, зарылся носом в волосы. Я улыбнулась, чувствуя облегчение, тело покалывало от искорок счастья.
– Происшествие с сиртаном царапало мое сознание, но верный смысл ускользал, и я вернулся к нему гораздо позже, уже здесь. Сопоставил факты, кое-что дополнил, роясь в архиве. Теперь смотри, схожая ситуация со скайларами, и опять ты относительно легко отделываешься, хотя без помощи иллюзора и Шаэны пришлось бы туго. Слишком много совпадений, не находишь? И еще этот нехороший интерес со стороны Темных: ты говорила, лорд Эрданур спрашивал о твоем детстве.
– Он много о чем спрашивал, например, о нашей связи, – припомнила я. – Но да, в основном вопросы крутились вокруг моего прошлого.
– Думаю, там-то и скрыт главный ответ на вопрос, кто ты, Алистер Дэйл, – почувствовала, как Шанти улыбнулся.
– Я это я.
– Вне всяких сомнений, – мурлыкнул дракоша. – Теперь скажи, можно ли поставить в один ряд с озвученными мною странностями относительно тебя тот факт, что твой магический резерв увеличился, а сил при этом особо не прибавилось?
– Ну и память, – пробормотала я.
– В стремлении найти выход из ситуации, в которой мы оказались, я хватался за любые соломинки, – пожал плечом мой мудрый дракоша. – Слишком много неправильного для одной якобы простой тебя. Поэтому я скрупулезно собирал по песчинкам все, что выпадало из нормы и что не укладывалось в логичные объяснения. Сегодняшнее происшествие со скайларами лишь укрепило меня в мыслях о твоей особенности. Еще бы понять, что тогда хотели сказать предки.
– Не знаю, как объяснить эти события, и мне слабо верится в твою невероятную теорию. Будь во мне хоть что-то от драконов, я была бы гораздо сильнее и, наверное, мудрее. – Шанти заглянул мне в глаза, на его губах играла хитрая улыбка. Я тоже улыбнулась. – Но если это поможет нам, если существует хоть крошечная вероятность моей связи с драконами, то я буду цепляться за нее изо всех сил.
– Я не договорил о твоем отце. Ты должна знать, как он погиб.
Все мое благодушие мгновенно рассеялось без следа. Я напряженно всматривалась в сузившиеся зрачки дракоши, он взлохматил свои волосы и закончил самым страшным:
– Его убили… мы.
Мне не хватало воздуха, комната поплыла от сдерживаемых слез. Зачем он так сказал? Я искала объяснение и не находила. Верить в правдивость слов Шанти отчаянно не хотелось. Разве не жестоко, что те, кем я так восхищалась, в чей мир стремилась душой, а попав, сразу полюбила, отняли самого дорогого для меня человека? Почему именно они? Высшие, сколько еще грязи скрыто в прошлом? Чего ни коснись – истории Альта, лорда Гарнета, теперь вот и моя собственная. Я барахталась в отчаянии и смятении, пока Шанти не протянул мне руку и не вытащил на поверхность, осторожно целуя мои ладони.
– Прости, мне очень жаль, – шептал любимый, пока я боролась с собой.
Прошлое нужно оставлять в прошлом. Это не наша вина и не наш выбор, мы другие. Ведь другие же, правда? Впервые за вечер я ощутила, как сильно мне не хватает Лиса, уж он наверняка бы нашел правильные слова, чтобы успокоить. Именно объяснить, а не утешить.
– Об этом и говорил сегодня во дворце глава Старейшин?
Шанти кивнул.
– Родная, я долго не знал, как сказать, выбирал момент, оттягивал неизбежное, а сейчас понял, что, сколько ни готовь почву и ни подслащивай горечь свершенного, итог останется прежним. Поэтому с него и начал.
– За что? – сдержала слезы и выпрямилась, чувствуя напряжение во всем теле.
Я не позволю себе раскиснуть, буду сильной. Нужно уметь принимать действительность, какой бы жестокой она ни казалась.
– В этом-то я и пытался разобраться. Понимаешь, формально Совет приговорил его к смерти еще тогда, когда на свет выплыла та история с дочерью клана Сияющих.
– Леди Шайнесс Олиан Рокнару? – удивительно, как легко я запомнила имя неизвестной драконицы, пошедшей наперекор судьбе.
Я даже не испытывала к ней ни ревности, ни злости.
– Верно. Несси… – Шанти смотрел изучающе, будто пытаясь что-то понять, найти какие-то важные для него ответы.
Душу вновь тронула тоска, но я собрала волю и хрипло уточнила:
– Формально – звучит мерзко, были еще причины?
– Материалы дела засекречены, могу судить лишь по документам, имеющим косвенное отношение к событиям того времени. Ну и многое я почерпнул из разговоров с главой, так или иначе, ему приходилось делиться информацией. Отец прикрывал отношения друзей, возможно, им и дальше удавалось сохранять все в тайне, но Шайнесс не захотела довольствоваться малым. Она открыто выступила против Совета и разорвала помолвку с представителем одного из влиятельных родов дома Стэн. Шайген входили, да и сейчас входят, в Совет, многие из них занимают высокое положение на ответственных должностях, они не простили, призвав главу Старейшин к ответу.
– Как глупо и мелочно, – возмутилась я, хотя умом понимала, что очень даже предсказуемо. – Думала, драконы выше мести. Она же наверняка ему ничего не обещала.
– Родная, я понимаю твои чувства, – Шанти вздохнул, – но и ты пойми. Самый высокий уровень, уважаемые и почитаемые драконы Небесной Долины, чьи фамилии известны всем, и такое неприкрытое пренебрежение. Дочь главы, того, кто стоит на защите непоколебимых устоев нашего мира, выбрала человека. Человека! И не просто выбрала, она пошла дальше, не раскаялась, продолжила упорствовать, и самое главное, понесла от него.
Я растерянно хлопала глазами, пытаясь осознать последнее. Есть ли предел человеческому удивлению? Сегодня на меня свалилось столько нового, что начинало казаться, будто все ненастоящее. Может, я сплю? Или отравленный ядом скайларов разум рождает странные, очень реалистичные видения, тогда как тело пребывает без сознания? У меня есть родня среди драконов? Тут я вспомнила старый разговор с Шанти в Подземном Царстве и туманные речи Шаэрриана, поникла:
– Ты говорил, такие дети не выживают.
– Он и не выжил… во всяком случае, так сказал отец, и у меня нет причин ему не доверять. Он и сам до последнего хотел верить в чудо, но увы.
– Жуткая история, и самое печальное, что она не о каких-то абстрактных, давно почивших существах, а о близких и родных.
Дракоша осторожно притянул меня к себе, словно боясь спугнуть. Я горько улыбнулась и сама обняла его покрепче.
– Неужели ты боялся, что я откажусь от тебя из-за этого? Мой мудрый дракоша, совершенно не способный предугадать мои действия.
– Я мало общался с людьми. Иногда мне сложно понять вашу логику, часто она вообще отсутствует.
Не сдержала нервный смешок.
– Да, Дант говорил о чем-то подобном.
– Мне удалось выяснить, что Шайнесс оставили магию, потому что она ждала ребенка. Обряд запечатывания довольно болезненный и тяжелый, это могло бы пагубно отразиться и на ее организме, и на здоровье плода. Никто не знал, чего ожидать от такой беременности. Все карательные мероприятия отложили до момента рождения.
Я уловила сильную тревогу, исходящую от Шанти, смятение и что-то еще – не разберешь.
– Ты опять вспоминаешь те видения? Не мучай себя.
– Это другое, хотя забыть воспоминания Фредерика Дэйла мне будет сложно.
Появилось ощущение, что любимый о чем-то умалчивает, ограждая меня от неприятных знаний. Подумала и не стала настаивать: я абсолютно доверяю ему.
– Что стало с папой?
– Его взяли под наблюдение, запретили видеться с парой. Произошедшее настолько не вписывалось в рамки нашего мира, что мнения Старейшин разделились, они не могли определиться с выбором наказания. Твой отец занимался наукой, многие знали и уважали его, да и Шайнесс была не заурядной, безвестной драконицей. Думаю, Совет и ждал рождения малыша, и боялся его. Новый виток в истории, огромный простор для изучения нашей природы и механизма образования связей в паре. Каким бы был этот полукровка? Но рядом с интересом всегда шагает страх нового. Большинство все-таки расценило выходку Сияющей как оскорбление. Родниться с иномирцем, у которого нет крыльев, нет другой ипостаси. Кто он для тех, кто уже стоял у власти, когда еще даже родители родителей твоего отца не родились на свет. Понимаешь?