Таша Танари – Танцующая среди ветров. Счастье (СИ) (страница 39)

– Высшие, из какой дыры ты вылез? – ахнула я. – Ты хоть цел?

При движении асурендра полы плаща распахнулись, являя моему взору подозрительные бурые пятна на боку светлой рубашки.

– Дыры, – повторил Фенрир и хищно ухмыльнулся. – Как верно подмечено, милая. Но это уже неважно, можешь вычеркнуть сие злачное место с карты мира, – он с виноватым видом развел руками, смахивая на нашкодившего сорванца. – Так бывает.

Его губы дрогнули и растянулись в задиристой улыбке, которая окончательно стерла с лица асурендра привычную холодную властность, перевоплотив его в ершистого предводителя мальчишеской ватаги.

– Так бывает, что с карты мира бар внезапно исчезает, так бывает… – пропел демон и рассмеялся.

Я подошла к нему ближе, поняв, что второй вопрос он начисто проигнорировал, принюхалась.

– Да ты пьян!

Демон хмыкнул и с какой-то странной гордостью произнес:

– Точно! Вдрызг!

Он покачнулся, вновь захрустели осколки вазы. Фенрир ухватился за мое плечо и спросил:

– Мы где?

Я лишь головой на это покачала, бесцеремонно задирая ему рубашку, чтобы проверить опасения. Как ни странно, поджарый бок демона оставался безупречно чистым, никаких ран.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – похвалил Фенрир, расплывшись в самодовольной улыбке.

– Да ну тебя, – буркнула я, отступив от него на шаг и еще раз окидывая пристальным взглядом.

Демон пожал плечами, мол, как хочешь, я ни на чем не настаиваю, потом снова усмехнулся:

– Желаешь, чтобы я сам проявил инициативу?

– Желаю! Прояви и отправляйся отмываться – посмотри, что ты здесь устроил. А потом спать, на ногах еле стоишь.

– Не-е-ет, сон для слабаков, я только начал веселиться. О! Тоже, кстати, песня в тему, знаешь ее? Подпевай!

Не дожидаясь ответа, он сразу перешел от слов к делу:

Здравый смысл говорит, что нужно спать ехать, Но ты от его предложения давишься от смеха.

Фенрир взмахнул руками, изображая что-то одному ему известное, мои брови поползли вверх – кто бы ожидал, вообще.

Все мысли где-то далеко, И ты лезешь обниматься даже к тем, кто не знаком.

Он протянул в мою сторону загребущие конечности, видно, собираясь наглядно продемонстрировать, о чем, собственно, поет.

Ты проснешься дома, но, увы, не у себя. И, возможно, будешь трезвый, а скорее всего, пьян, Но это все потом, завтра, а пока девиз таков: Сон для слабаков!

– Давай танцуй, ну! Чего такая скучная? Со-о-он для слаба-ков! Понимаешь, да?

Не слушая асурендра, я уже стаскивала с него плащ, а после велела снять ботинки.

Он вздохнул, но подчинился, с обидой в голосе пробурчал:

– Какого пекла я здесь очутился? Шел к вампирше, а угодил в лапы к настоящей демонице.

Я подтолкнула его в сторону ванной.

– Мне вот тоже интересно, какого пекла? – не стала скромничать я.

Фенрир почти добрался до заветной двери, но тут его внимание привлек стол, на котором громоздились баночки с красками Шена, исписанные листы бумаги, книги и прочая всячина. Недолго думая, он выдернул самый нижний листок из кучи, на пол с грохотом посыпались предметы, особенно смачно звякнула чернильница, встретившись с камнем.

Я вздрогнула и недовольно прошипела:

– Ты можешь тише? Всех сейчас перебудишь!

– Ой, да брось, кто спит в такую рань? – нисколько не устыдившись, громогласно вопросил демон.

Я поморщилась, печально разглядывая неопрятные цветные разводы на полу вперемешку с чернилами.

– Представь себе, есть такие.

– Ну так мы их позовем, вот увидишь, будет весело.

– Не сомневаюсь, – тихо зверея, ответила я, пытаясь хоть как-то убрать ту грязь, что развел асурендр.

– Да хватит бухтеть, давай помогу, – миролюбиво предложил Фенрир.

Махнул рукой, но ничего не случилось. Он нахмурился и нараспев произнес заклинание – жидкость испарилась, зато пятна намертво въелись в пол.

Я застонала и, плюнув на это безобразие, поволокла его отмываться.

– Помогатель, ты как умудрился здесь очутиться?

Демон резко остановился, отчего я по инерции дернулась назад и впечаталась в него. Впрочем, эта глыба ничего не заметила, только я потирала ушибленное плечо.

Он с минуту о чем-то усердно размышлял, затем выдал:

– Понятия не имею, а мы где?

Я мученически закатила глаза.

– В Империи, в доме друзей… хм, семьи, – пусть так, не вдаваться же в долгие и путаные объяснения. – Как ты меня-то нашел? – этот вопрос не давал покоя, наряду с ним пробегали тревожные мысли об уязвимости.

Что, теперь кто угодно вот так запросто может вломиться ко мне в любое время дня и ночи?

Фенрир наконец-то добрался до воды и, смешно фыркая, подставил голову под теплые струи. При этом он снова замурлыкал что-то под нос, я прислушалась:

Я енотик-полоскун, полоскун, Я стираю свой костюм, свой костюм.

Ну все, тут самообладание меня покинуло, и я захихикала, сводя на нет тщетные попытки сохранить суровый вид.

Вот уже и отстирал, отстирал, От помады след пропал, след пропал.

Давясь от смеха, я закусила губу – зрелище оказалось выше моих сил. И это тот самый грозный Фенрир, который может напугать до икоты одним взглядом?

Демон придирчиво осмотрел свои сбитые руки и грязную рубашку, брезгливо поморщился. Провел над пятнами ладонью, что-то шепча – безрезультатно.

– Вонючая бездна, твой мир сожрал весь резерв, – обвиняюще выругался он.

Не тратя времени на излишние раздумья, разделся по пояс и без сожаления отбросил испорченные вещи в угол.

– Ну ты молодец! Мне в этом месте извиниться полагается?

– Нет, – скривился Фенрир. – Отвечаю на твой вопрос, как я здесь очутился: порталом. Но боюсь, милая, на этом мои путешествия на сегодня закончились, а жаль.

Он тоскливо осмотрел меня с головы до ног, что-то прикидывая в уме.