Таша Танари – Почта Страны: Еще не все потеряно! (страница 3)

— Именно так. — Егор прищурился, в его голосе проступили вибрирующие, рычащие нотки: — Сур-р-рово и р-р-решительно.

— Тогда я при всем желании не могу ответить тебе искренно. Не хочу упустить шанс и остаться без своего любимого наказания, — томно вздохнув, проворковала Самаэль.

— Черт с тобой, — на удивление быстро сдался верховный демон.

Мысленно он уже в ярких картинках представлял все то, что сделает со своей своенравной и порою совершенно непостижимой частицей Абсолюта. Сколько они не развлекались, соблюдая сугубо деловые отношения? Лет пятьдесят точно. К черту все! К черту всех… Бельфегор чувствовал, что если не выплеснет прямо сейчас скопившееся напряжение, то и впрямь того и гляди подожжет любимый кабинет. И да, он помнил и выходку с испорченной обивкой дивана, и колыхание кипятка над его ширинкой. Это он ей тоже припомнит по всей строгости.

— Да, — покладисто согласилась Самаэль, подчиняясь уверенным действиям стремительно теряющего человеческий облик мужчины. — Черт со мной, но только самый лучший. Черт, да…

Проблемы клиентов — исключительно проблемы клиентов, сервис мечты в деле

— В смысле, получили?! — Саша еще не прониклась и не осознала всей глубины того свинства, которое ей подложили, но уже ощущала противное дребезжание внутри себя.

Иветта Касимова выкатила глаза и, брезгливо кривясь, повторила как для тупых:

— В прямом! Пришли и получили. У меня документ подтверждающий есть: два дня назад некто Короленко А. посылку забрал.

Саша похлопала ресницами, собираясь с мыслями. Что за бред?

— Но я не забирала! — возмутилась она.

— Вспоминайте, — непреклонно отрезала работница почты. — Вы Короленко А.?

— Я.

— Это номер вашей посылки?

— Да.

— Все сходится. Позавчера забрали. Идите, девушка, не задерживайте очередь.

— Нет уж! Ищите давайте, не забирала я.

Взгляд грузной тетечки, олицетворяющей полное собрание сочинений «Как потерять клиента», стал мягко говоря недобрым. Саша даже поежилась, но тут же вспомнила, сколько вытерпела по милости этого адского заведения и ринулась в бой.

— Документ мне покажите, на основании чего вы отдали мою посылку кому-то другому.

— Сначала заберут, потом возмущаются, — громко возвестила Иветта Касимова, явно играя на публику.

Публика притихла, прислушиваясь к назревающему скандалу.

— Конечно-конечно, сейчас я все брошу, — Иветта выдержала театральную паузу, давая всем возможность проникнуться трагичностью момента, — и пойду искать вашу расписку о получении, — еще громче озвучила подлая разжигательница конфликтов. — Народу тут всего ничего собралось. Подождут.

Саша физически ощутила волну раздражения и ненависти в свой адрес. Стоять под прицелом множества пар глаз тех, кто мысленно желал ей сейчас как минимум провалиться, было отвратительно. И без того не горящая энтузиазмом девушка наконец поняла насколько сильно она устала, как ненавидит всех этих людей и все чертовы отделения Почты Страны скопом. Сразу накатила жалость к себе, захотелось одновременно расплакаться и некрасиво выругаться. Топать ногами, швыряться чем под руку подвернется и вообще вести себя словно капризный ребенок.

— Подождут! — рявкнула Саша, чтобы хоть как-то продемонстрировать: она никого не боится и она в своем праве.

В самом деле, она кучу времени угробила, такую очередь отстояла в душной комнатенке без намека на какие-либо удобства, и теперь ей заявляют, что все зря. К тому же, посылку куда-то дели. Ее посылку! За которую она, между прочим, денег заплатила, да и не просто так же заказывала… Сжав кулаки, Саша приготовилась стоять до последнего. Игнорируя фырканье и вздохи за спиной, она мужественно наблюдала, как неспешно поднялась со своего места Касимова, как вразвалочку направила телеса в сторону шкафа с кипой бумаг и папок. Там, все так же, будто в замедленной съемке, принялась перебирать листочек за листочком, время от времени останавливаясь, чтобы бросить демонстративный взгляд на Сашу. Мол, все еще считаешь, что не получала посылку? Смотри, вот я ищу по твоей прихоти бумажку, довольна? А могла бы дела делать.

Когда напряжение в крошечном обшарпанном помещении достигло апогея, когда скопившаяся отрицательная энергия над головами присутствующих уплотнилась настолько, что даже самые нечувствительные к тонкому миру ощутили головную боль или необъяснимую безысходность, сотрудница почты расплылась в победной улыбке. Правда, последняя больше походила на оскал. Ме-е-едленно, очень медленно Иветта вернулась к изначальной точке своего пребывания и сунула запрашиваемый документ Саше в нос.

— Я же говорила, — при этом взгляд женщины был направлен на очередь. Словно она искала там поддержки. Как ни удивительно, она ее нашла.

— Девушка, шли бы вы. Ну сколько можно?

— Скоро уже отделение закроется! Только о себе и думают.

— Вы хоть отойдите пока, пусть другие обслужатся.

Игнорируя давление со стороны вымотанных и озлобленных людей, Саша изучала предложенную ей филькину грамоту. По всему выходило, что таки да — забрали! Некто Короленко А. два дня назад. Но не она это была, не она.

— Да ведь здесь подпись не моя!

— Девушка, может, хватит? — ощетинилась Иветта Касимова.

Посылка из Китая оформлена на получателя Короленко А. Пришел Короленко А., показал паспорт, что он это он, и забрал посылку. Все просто.

— Что просто? — вызверилась Саша. — Любой однофамилец может прийти и забрать чужую вещь? Ведь при оформлении на «Алиэкспрессе» паспортные данные не вносятся. Вот же у меня в телефоне идентификатор. А у него что было? Как вы так просто отдали?

— Вы на меня не кричите! — взвизгнула Иветта, багровея. — Будто я лично отдавала. Если имеете претензии, идите и пишите жалобу. А я-то здесь при чем? Разбирайтесь. Вы подтверждение о получении просили, я предоставила. Какие ко мне вопросы?

— И напишу! — огрызнулась совершенно раздавленная Саша.

В ее голове никак не укладывался тот сюр, что творился вокруг. Как можно на полном серьезе считать себя правой и говорить таким образом с клиентами? И ведь тетка напротив искренне считала себя жертвой, а еще не собиралась и пальцем пошевелить, чтобы решить ситуацию. По их вине созданную, между прочим.

— Позовите начальника отделения или кто у вас тут главный.

— Девушка-а-а, — злобно прищурилась Иветта, отчего ее сходство с жабой только усилилось, — вы время-то видели сколько? Никого уже нету. Да и мне пора уходить скоро, сижу вот тут с вами, стараюсь. А мне за переработку никто не заплатит. Вместо благодарности только такие, как вы. Думаете, легко мне? Каждый права качает, вечно всем недовольные.

— В самом деле, девушка, — донеслось до Сашиных ушей. — Ну потерялась ваша посылка, но о других-то подумайте. Придете в другой раз и спокойно во всем разберетесь.

— Верно! — поддержала какая-то бабка. — А то ни себе ни людям.

Очередь вновь ожила, по ней побежали шепотки и роптания. Пряча довольную улыбку, Иветта Касимова вновь активировала приемник по сбору выбрасываемых людьми эманаций.

Маэстро в деле!

— Черт возьми! — встрепенулась Самаэль, наспех поправляя задранную чуть не до ушей юбку.

— Опять? Однако-о-о, — протянул все еще пребывающий в расслабленной неге Егор. Ну и темперамент у посланницы — м-м-мечта! — Дай мне пять минут и…

— Какой опять? Какие пять минут! Ты посмотри: она уходит, если не вмешаемся, плакали наши договоренности и барыши.

Егор скривился: ему эти договоренности были поперек горла. Но решение на сей счет он уже принял, и менять свои решения было не в правилах верховного демона. Потому он последний раз глубоко вздохнул, а в следующий момент уже был собран и предельно серьезен.

— Гадечка, милый, ну сделай же что-нибудь, ведь уйдет! — нервно приплясывала Самаэль, облокотившись на стол и всматриваясь в изображение на мониторе компьютера.

Егор хмыкнул, наслаждаясь видами со своего места на жутко дорогом и таком же жутко неудобном для некоторых нерабочих целей диванчике. Может, и хорошо, что посланница его испортила, стоит заменить эту ущербную модель собратом с более достойными габаритами.

— Не кипиши, — благодушно отмахнулся он, застегивая ремень. — Никуда она не денется. Сейчас все будет.

Мужчина поднялся и вальяжной походкой победителя по жизни подошел к переступающей с ноги на ногу Самаэль. Почти ласково и по-хозяйски подвинул ее попу, освобождая себе путь к рабочему месту. Затем уселся в любимое необъятное кресло, больше смахивающее на черный кожаный трон, и быстро защелкал пальцами по клавишам. На экране то и дело всплывали разные блоки с раскладом по линиям вероятностей с расчетом коэффициентов погрешности и отклонений от наиболее благоприятного сценария. Егор, словно гениальный хакер из виртуальной реальности, ловко разводил их и пересекал подходящие под его задумку события, предопределяя судьбу медленно проталкивающейся к выходу Александры Короленко, ссутулившейся и понурой.

Самаэль с восхищением во взгляде наблюдала за работой Бельфегора и даже дышать старалась через раз, чтобы не сбить демона с мысли. По развернувшейся напротив увеличенной проекции экрана прямо в воздухе, сменяя друг друга, бежали цифры кода, призванного зафиксировать выбранную вероятностную кривую в заданных рамках. Руки мужчины неуловимо касались воздушного пространства. Подчиняясь им, менялись картинки и схемы. Это было похоже на игру талантливого музыканта, с той лишь разницей, что из своего инструмента Егор извлекал не звук, а гораздо более тонкие и хрупкие переменные, из которых ткется полотно мироздания. Ведь все системы отстроены по образу и подобию.