Вначале тебя поджидает ряд «одноруких бандитов» – игровые автоматы. Они для особых игроков – тех, кто хочет размяться либо примеряется к игре, пришёл в первый раз и не знает, с чего начать. Хотя есть и те, кто именно из-за автоматов приходит. На каждом автомате висит инструкция, всё просто. Клади деньги и крути барабан, нажимай на кнопку, пилик-пилик – и опа, выигрыш! Получите и распишитесь!
Дальше – огромный зал со столами для покера и штук восемь рулеток. Рулетки, как правило, оккупируют плотно, сидят вокруг стола, общаются, наблюдают, лениво делают ставки, перекидываясь словцом и потягивая горячительные напитки. Что касается напитков и еды – это всё бесплатно для игроков. Подзываешь официанта – они стоят наготове, только моргни – и заказываешь всё, что хочешь. Начиная от блинов и заканчивая чёрной икрой. Не выиграешь – так хоть поешь. Любые спиртные напитки, чай, кофе, сладости. А можно самим пройти к накрытым столам и выбрать себе закуски.
Официанты вместе с крупье начеку: когда видят, что человек входит в азарт, один начинает активнее спиртное и сигареты носить, второй – внимательнее следить за гостем, охрана за спинами играющих тоже наготове. Бывает, что кто-то крупно выигрывает и сразу уходит – это казино не нравится, таких проверяет служба безопасности. А если кто проигрывается, то, бывает, срывы у людей случаются, в обмороки падают, напиваются и дебоширят – глаз да глаз нужен. Персонал не расслабляется: обстановка такая, знаете, вроде праздник у всех, а на этом празднике все работают. На втором этаже тише. Там ресторан и сцена. Круглосуточно артисты популярные выступают. Казино анонсы даёт, привлекает зрителей на концерт, а там – и за игру.
Роман играл так, что не мог остановиться. Это было опасно в первую очередь для их бизнеса. Витя понимал ситуацию и старался ходить с ним не столько играть, сколько контролировать компаньона. Он сам не пил практически: не то чтобы не хотел, но ему повезло – организм не дружил со спиртным, поэтому удавалось сохранять трезвый ум. Пока Роман играл, Витя знакомился с девушками. Чаще всего они тоже оказывались там на работе, но были и те, что пришли отдохнуть, поиграть и познакомиться. Вот только явно не то место он выбрал для поиска своей второй половины.
Они были все какие-то искусственные, не имеющие индивидуальности, что ли, похожие друг на друга. Виктор не интересовал их как человек, отношения выстраивались однобокие – как игра в одни ворота, когда один старается, а другой только потребляет.
Теперь, с высоты приобретённого жизненного опыта, он по-другому воспринимал отношения отца и матери. То, что раньше ему казалось обыденным, привычным и скучным, на деле было очень редким и ценным – родители действительно любили, ценили и уважали друг друга. Он хотел такие же отношения, но понимал, что найти их дано не каждому. Ему с этим не везло.
В конце 90-х в Москве расплодилось огромное количество продовольственных палаток, рынков, стихийных торговых точек у метро, открылось множество мелких частных супермаркетов. Роман с Виктором бойко снабжали эту систему товарами первой необходимости, зарабатывая свой нелёгкий и не всегда честный хлеб. Продукты портились, поставки срывались, кредиты уходили в просрочку, сотрудникам задерживали зарплату. Балансируя на грани рентабельности и влезая во всё большие долги, Роман ощущал себя крупным бизнесменом, сорил деньгами направо и налево, а Виктор, доверяя партнёру и занимаясь логистикой, а не финансами, верил, что всё у них хорошо.
В это же время крупные челночные рынки стали отходить на второй план. «Лужники» и «Черкизон» стали сдавать позиции более удобным и комфортным для покупателей многофункциональным торговым комплексам. В 1997 году открылся первый «Рамстор» на Ярцевской, торговый комплекс «Охотный ряд» на Манежной площади, а в 2002-м появился «Крокус Сити Молл» – это было начало конца бизнеса тысяч мелких предпринимателей и наших героев.
Как-то незаметно большинство их клиентов стали работать с крупными сетевыми поставщиками, которые могли обеспечить оперативную доставку, товарооборот и ассортимент. Роман с Виктором не успели вовремя перестроиться. Параллельно пришло несколько проверок, был досрочно расторгнут договор на аренду офиса из-за перепрофилирования здания.
С каждым днём работать становилось всё труднее, сети и монополии напирали. Роман, живущий на широкую ногу, не менял своих привычек, финансовое положение в их фирме было плачевным. Начались суды с поставщиками, обязательства перед которыми они не выполнили, с сотрудниками, зарплаты которым не выплачивались, с налоговой – за долги по налогам. Одновременно склады разрывали договоры аренды места, нужно было куда-то вывозить товар, когда его не брали заказчики, продукты портились и утилизировались, а кредиты, взятые под поставки, нужно было погашать.
Вите пришлось опять вернуться в родительскую квартиру. Отец к тому времени умер, мама была совсем одна. Она стала какая-то маленькая и худенькая, как девочка. Она родила его поздно, почти в сорок. Сейчас их разница в возрасте очень ощущалась. Всегда подтянутая и собранная, теперь она сильно сдала и в свои семьдесят с небольшим выглядела намного старше. Горе от потери мужа иссушило её. Витя старался оградить её от своих проблем, хорохорился, держался и не показывал уныния, что давалось ему нелегко. Депрессия накрыла их дом.
Оставаясь вечерами наедине с собой, Витя размышлял о ситуации, в которую попал. Вот говорят, что Москва – для москвичей. А что, они, эти самые москвичи, чем-то отличаются от других людей? Сам по себе город стремительный, он влечёт своими пульсирующими артериями проспектов, манит сиянием витрин бутиков, обещая сказку, показывает тебе красивую картинку жизни, где всё просто и легко. Утренний капучино, дорогой костюм, жена – шикарная блондинка с ногами от ушей, милые детишки в частной школе, отдых на Мальдивах, огромная квартира, друзья с яхтами. Как этого достичь, и у кого из окружающих реально есть такая жизнь?
Когда в обеденное время, именуемое теперь модным словом «ланч», ты идёшь по центру города, кажется, что все вокруг тебя именно так и живут. Рестораны и кафе переполнены, в них сидят люди, упакованные с ног до головы в бренды, они приветливо улыбаются друг другу, выделяют себе двадцать три минуты на порцию фузилли с лососем, чашечку эспрессо, непременно с водой, чмокают друг друга в щёчку и разлетаются. Куда улетают эти люди, чем они занимаются, о чём думают и мечтают, счастливы ли они? На эти вопросы не просто нет ответов – их никто не ищет. Просто нет времени остановиться и хотя бы задуматься: гонка по вертикали затягивает – беги, а то упадёшь, а встать не то что не помогут – не дадут…
Ему уже было под сорок, и он несколько раз был у самой своей цели, но потом опять оказывался в начальной точке. Всё заработанное куда-то исчезало, ничего не накапливалось и не прирастало, разве что тот старенький «мерседес» всё ещё оставался при нём.
Ситуация с судами и кредитами достигла своего апогея. На Романа завели уголовное дело как на генерального директора их организации. Нужно было как-то выкручиваться и спасать товарища. Рома же был не местный, он так и снимал квартиру, своей купить не смог, всё проигрывал или вкладывал в товар. После переговоров с адвокатом о перспективах дела стало ясно, что нужно искать деньги, тогда срок мог стать условным.
Виктор заложил родительскую квартиру и взял очередной кредит, на себя лично, как физическое лицо, так как на их фирму кредиты уже не давали.
– Спасибо, друг! Мы обязательно перекрутимся и отдадим, – уверял Роман. – Я уже договорился о новой поставке для той сети универсамов, нужно немного подождать, пока нам производитель отгрузит товар.
Витя просто похлопал товарища по плечу, мол, всё хорошо. Сказать тут было нечего. Оставалось только верить и работать ещё больше. Хотя на душе было ужасно противно, даже представить страшно было, что случится, если они не перекрутятся и квартиру родителей придётся отдать банку за долги.
Пытаясь встроиться в новую реальность, они стали выпускать линейку круп под собственным брендом, планируя раскручивать его и предлагать через тендеры крупным сетям. На это тоже нужны были деньги. Разработка фирменного стиля, упаковка, реклама и продвижение. Обратились в брендинговое агентство. Им придумали марку – «ВиРо». Фирменные персонажи – два хомяка с мешками зерна стоят, обнявшись, на фоне колосящегося поля. Работа над этим проектом была интересной, ребята попались молодые и креативные. Заключили договор с оптовым поставщиком, с фасовочным производством. Первая партия упаковки была готова.
На этот проект они оба и рассчитывали, когда брали очередной кредит под залог Витиной квартиры. Мать он в известность не поставил. Она всегда была далека от финансовой стороны жизни, всё решал отец. После его смерти она написала дарственную на сына, так что квартира стала принадлежать ему.
Сегодня Витя ехал в типографию, утверждать сигнальный образец упаковки для новой партии. Роман в этот день встречался с адвокатом, его вызвали к следователю. Все вопросы по производству новой партии товара и запуску бренда Витя разруливал сам.
