Таша Мисник – Под слезами Бостона. Часть 2 (страница 40)

– Да, – усмехаюсь и провожу ладонями вдоль его шеи. Мне так приятна его забота. Его волнение. Его любовь. Вот от чего по-настоящему становится тепло.

– Расслабляйся, – целует меня в губы. – Я скоро вернусь. И не бойся уснуть – мне не составит труда перенести тебя в постель.

***

Горячая вода обволакивает, и в теле расслабляется каждая мышца. Это было нужно. Я перестаю дрожать. Лежу с закрытыми глазами и начинаю отпускать этот день. Пусть он смоется вместе с грязью, вместе с мыслями, вместе с тем, о чем я не хочу думать.

Не Аленкастри.

– Черт возьми! – стискиваю зубы и ударяю ладонями по воде.

– Все в порядке? – Эзра без стука вваливается в ванную.

– Ты сидел под дверью?

– Да, – выражение его лица так и говорит: «А чему ты удивляешься?».

– Это называется сталкеринг, ты в курсе?

– Нет, – он подходит ближе и нависает надо мной, опираясь о борт ванны с обеих сторон. – Я всего лишь смотритель. За одной очень уникальной Пандой.

– Дурак, – обхватываю его шею и резко тяну на себя.

– Серена!

Руки Эзры соскальзывают с мокрого борта, и он валится прямиком в ванну.

– Твою ж мать! – кричит он.

Вода выплескивается за края ванны. Я смеюсь и подгибаю колени. Эзра в джинсах и майке выныривает между моих ног. Он вытирает лицо и кашляет, а я заливаюсь еще бо́льшим смехом.

– Кажется, Вы взмокли, мистер Нот, – не могу перестать смеяться. – Вымокли насквозь. А как же Ваши трусики? Они достаточно мокрые?

– Ах так?

Он брызжет водой мне в глаза и стягивает с себя футболку. Я щурюсь и прикрываю лицо руками. Эзра быстро избавляется и от джинсов, бросает их на пол и кидается ко мне. Я брыкаюсь, но он ловко ловит мои ноги.

– Попалась, Панда. Все вы такие неповоротливые.

Каким-то чудом я оказываюсь перевернутой на живот, уже под ним и по горло в воде. Эзра придавливает меня сверху, а мне даже не за что удержаться. Я царапаю дно ванны, но оно скользкое, и мне не уцепиться. Эзра сковывает мою шею пальцами и прижимает меня грудью к одной из стенок. Чувствую, как мне в зад упирается его твердый член. Он еще ничего не делает, а я уже толкаюсь в него бедрами.

– Серена… – выдыхает возле моего уха.

– Хочу тебя, – прогибаю спину и цепляюсь ладонью за его шею. – Как будто живем последний день.

Я сошла с ума.

На меня столько всего сегодня навалилось.

А если я не вынесу?

Тогда хочу запомнить его.

Моим.

Любимым.

Хочу даже на крае быть выше четырех тысяч миль.

Глава 20. Под твоими крыльями я спрячусь

Эзра

Я укладываю Серену спать и опускаю в спальне жалюзи, чтобы дневной свет не побеспокоил ее сон. Плотнее укрываю ее одеялом, ложусь рядом, обнимаю и не ухожу, пока она не начинает сопеть.

Она так крепко сжимает мою руку, и мне совсем не хочется выбираться из постели. Лежал бы так с ней вечность. В обнимку. Как под куполом. И проблемы бы облетали нас стороной. Но так не бывает. Они есть. Они прямо над нашими головами и вот-вот обрушаться на хрупкие плечи моей любимой девушки. И я должен успеть накрыть ее своими крыльями. Должен спрятать. Обязан уберечь.

Пусть я и Дьявол, по ее словам, но я ее хранитель.

Нежно целую Серену в макушку, плотно прикрываю дверь спальни, спускаюсь на первый этаж и звоню отцу, чтобы еще раз извиниться за то, что потревожил их с Бостоном среди ночи. Я просто ужасно испугался, что с Сереной могло что-то случиться. Что из-за меня ей теперь грозит опасность. Что по своей же вине я мог ее потерять.

Отец уверят, что все в порядке и, наконец, после долгих уговоров соглашается уехать с Бостоном в мой небольшой загородный дом в Уэлфлите. Там безлюдно, тихо, спокойно и очень красиво. Океан, как на ладони. Бо́льшая часть территории является частью национального побережья Кейп-Код и находится под защитой. А сейчас, наверное, там все усыпано снегом. Но это неважно. Важно то, что там надежно. Никто не знает о покупке этого дома, даже О́дин. Ведь он куплен за мои наличные деньги, но на имя Стенли. Поэтому там отец и Бостон будут в полной безопасности. Хотя бы на время, пока я все здесь не улажу. Надеюсь, Бостон не успеет заскучать там один среди стариков.

Я наливаю себе ви́ски, но выпитая порция не снимает дрожь в руках.

Я слишком сильно испугался за ее жизнь.

И уже боюсь вдвойне, ведь теперь на счету каждый час.

Я сорвал сроки О́дина. И он скоро придет за мной. Или за Сереной. И меня не устраивает ни один из вариантов. Поэтому я обязан придумать альтернативный, в котором О́дин идет на хрен и оставляет меня и Серену в покое или в крышку его гроба вбивается последний гвоздь.

Я бы мог обратиться в ФБР. Они бы скакали, как цирковые пудели, получив от меня то, что я накопал на О́дина за эти десять лет. Они бы с радостью засадили его в камеру, и в этот раз Фрэнк бы сгнил в тюрьме, но какой от этого толк? Даже за решеткой этот старик сможет воздействовать на меня через своих покладистых шавок. И я не стукач. Я привык все решать справедливо и самостоятельно. Поэтому лучше я сам всажу ему пулю в висок, чем пойду к копам.

Ди Виэйра тоже не вариант. Я уже в этом убедился. Ему глубоко плевать на дочь. Он и мизинцем не пошевелит, чтобы хоть как-то уберечь Серену или помочь мне ее защитить. Ему насрать. Гребаный эгоистичный ублюдок. С ним я тоже разберусь. Только чуть позже.

Остается Чарльз Кёртиз – заказчик. Который может добровольно или не совсем отказаться от дела. Он может передумать, воспылать угрызениями совести или еще чем-нибудь. Что там только не переворачивается в голове человека, которому в лоб направлено дуло семнадцатого глока⁸. Пусть это и не мой метод, но сойдет на крайний случай, если Чарльз проигнорирует мои более гуманные угрозы.

Нужно договориться с ним о встрече. И я знаю, кто мне в этом поможет.

***

Дожидаюсь Шейна, наворачивая круги по гостиной и кухне, и курю уже третью сигарету подряд. Серена прибьет меня, когда проснется, она ненавидит запах табака, а у меня как на зло закончилась вишневая жвачка, которая ей так нравится.

Черт. Все через задницу.

А еще придется поверхностно ввести Шейна в курс дела. И пусть только вякнет мне что-то под руку. Пусть только попробует. Сегодня я не в самом замечательном расположении духа и с радостью придушу любого члена семьи гребаных Кёртисов.

– Ты завонял всю квартиру. Я точно съеду, – поворачиваюсь на голос Серены, которая, потирая глаза, спускается по лестнице, и улыбаюсь.

Она по-прежнему в моей длинной футболке, босая и такая красивая, что я не сдерживаюсь, подхватываю ее на руки и крепко прижимаю к себе, целуя ее в макушку.

– Фу, – выворачивается она. – От тебя разит сигаретами и ви́ски.

– А ты пахнешь мятой, – ловлю ее губы и настырно целую против воли.

– Отстань! – смеется она и вырывается, но я слишком крепко ее держу. – Нот, немедленно отвали!

– Ладно, – сдаюсь и опускаю ее на пол, но не перестаю обнимать. – Выспалась?

– Не знаю… – она отводит взгляд. – Мне это все приснилось?

– К сожалению, нет… – притягиваю ее к груди и чувствую, как Серена тяжело вздыхает. – Прости меня. Это моя вина.

– Твоя вина? – она хмурится и теперь смотрит мне в глаза. – В том, что в день моего рождения мой биологический отец отказался от меня? Или в том, что моя биологическая мать погибла? Или в том, что меня так и не смогла полюбить Линда? В чем именно твоя вина?

– В том, что я заставил тебя это услышать.

– Эзра, – Серена вздыхает. – Это больно, но я благодарна тебе. Благодарна за то, что ты не стал скрывать. Не лгал мне. Я благодарна, что узнала правду именно от тебя. Иначе бы я не вынесла. Если бы ты промолчал, если бы держал меня в неведении, я бы разочаровалась и в тебе. Я бы почувствовала себя преданной со всех сторон. Поэтому спасибо, что остаешься тем, кто держит меня на плаву. Спасибо, – она встает на носочки и притягивает меня к своим губам.

– Ты самая сильная из всех, кого я когда-либо встречал, – и это правда. – Ты останешься на плаву даже в самый лютый шторм. И я все для этого сделаю. Обещаю.

– Я знаю. Рядом с тобой я чувствую себя в безопасности.

Я бы тоже хотел быть в этом уверен.

В дверь раздается звонок, и Серена невольно вздрагивает от неожиданности.

– Мы кого-то ждем?