Таша Льнова – Ведьминское отродье (страница 1)
Таша Льнова
Ведьминское отродье
Глава 1
Светка сбежала с третьего этажа своего дома и на минутку застыла перед входной дверью.
Она одернула свою короткую юбочку, поправила кофточку, откинула на спину косу, повесила на руку сумочку, сделала милое лицо и открыла дверь. Она знала, что там, за дверью сидит местный «надзор» в лице трех бабулек, мимо которых она проходила каждое утро , спеша на занятия в колледже.
– Здраааастьееее! – широко улыбнувшись, сказала Светка, и грациозно закинув сумочку на плечо прошла мимо внимательно следящих за ней бабулек, – и чего вам не спится? – подумала Светка и нарочно слегка повиляв бедрами пошла в сторону остановки автобуса.
– Тьфу ты! – сверкая недовольным глазом, сказала баба Шура, – ведьминское отродъе! Юбку-то каку надела?! Страмота одна!
До Светки долетело это «ведьминское отродье» . Она резко развернулась и сузив глаза и улыбаясь посмотрела на бабу Шуру.
– Вот наворожу тебе, баба Шура, чо попало, будешь знать! – сказала она, и засмеявшись побежала к подходящему к остановке автобусу.
– Свят, свят! – закрестилась баба Шура, – вот ведь зараза!
Светка училась в колледже на модельера. Ей нравилось сочинять из материала необычные наряды, придумывая что-то эдакое, чего еще , наверняка , никто кроме нее придумать не мог. Во всяком случае, она так для себя решила.
Вечером, когда они с матерью убирали со стола после ужина, Светка, протирая тарелки, как-то задумчиво посмотрела на мать.
– Мам! Я вот все думаю, а чего это баба Шура меня все время ведьминским отродъем называет? Ты чего, в молодости ведьмой была, что ли?
Мать глянула на Светку и засмеялась.
– А ты меньше слушай, что тебе там всякие бабы Шуры говорят!, – убирая в шкаф чистые тарелки, – сказала она – им делать нечего , вот они и плетут что попало!
– Не, ну согласись, что просто так никого так не называют! – подумав немного, сказала Светка, – вон Ольгу, соседку нашу, так не называют! Хотя, ей тоже достается от бабок! Да им, если честно, все молодые не нравятся, то юбка короткая, то слишком длинная, то кофта с большим вырезом, то каблуки высокие! Короче, фиг поймешь, что им надо!
– А ты меньше думай об этом! – засмеялась мама, – та же баб Шура, знаешь в каких нарядах зашнуривала!! Оооо! Я-то помню ее еще молодой теткой! Фифа была еще та! И каблуки носила, и кофточки прозрачные носила, модница была ух, какая!
– Правда!?? – Светка удивленно вытаращила глаза, – это наша баба Шура? Ничо себе!
– Ну дак, она ж не сразу бабой Шурой стала! Тогда она была Шурочкой! – сказала мама.
– О, как! – засмеялась Светка, – надо же! А сейчас вся прям избухтится, когда мимо нее проходишь!!
– Так вот она и бухтит, что сама так одеваться уже не может! – совсем развеселившись, сказала мама.
Они вместе рассмеялись.
– Мам, так, почему она меня так называет то? – опять спросила Светка, – ты мне ведь так и не сказала!
– Ладно! – улыбнулась мама, – идем к тебе в комнату, ты укладываться будешь , а я тебе расскажу.
В спальне Светка залезла под одеяло, а мама села на край кровати.
– Наша бабушка Вера, ты не поверишь, но когда-то они были закадычными подружками с бабой Шурой! – начала рассказ мама, – да, да! И жили они тогда по соседству в маленькой деревне Кислухе. Наша бабушка там и сейчас живет, а баба Шура стала городской дамой.
В общем, росли они вместе. В школу там ходили и даже потом, вместе поехали в город и устроились на ткацкую фабрику. Даже обе тут в городе замуж вышли и получили комнаты в одном бараке. Это потом тот барак, где они жили, снесли и им дали квартиры, где собственно, мы сейчас и живем.
Так вот. Мама нашей бабушки, Ольга Петровна, то бишь, твоя прабабка, на деревне слыла знатной знахаркой, ну а кое-кто и колдуньей ее называли. Врачей тогда особо не было, так она многим помогала. Так мне мама моя рассказывала. Ребенок простудится или у кого суставы болят, или еще чего, все шли в бабе Оле. А та, добрая душа, всем всегда помогала. Кому травки даст, кому мази, какой приготовит. Ее даже на роды всегда звали, умелица была. Как мне наша баба Вера говорила, дед у них был знахарь, да еще и колдун, ну во всяком случае, так поговаривали, и внучку свою всему научил. Вот народ и шел. А люди-то они ж благодарные. Кто картошки принесет за выздоровевшего пацаненка, кто медку, кто маслица, кто сметанки. Баба Оля хоть и ругалась и говорила, чтоб не несли ничего, да только народ не переделать, а вдруг вот завтра опять придется обратится, как без благодарности-то?
А мать нашей бабы Шуры тоже такая же и скандальная, и завидущая была, как собственно, и баба Шура сейчас! Взяла и донесла на Ольгу, что, мол, та самодеятельностью занимается, людей лечит, за это деньги с народа берет. Хотя сама не раз к ней обращалась за помощью и Ольга всегда ей помогала. А тогда за знахарство люто наказывали. Могли и в тюрьму посадить и выслать вообще из деревни. Да! Строго было, хоть и деревенька маленькая, но на такие сигналы реагировали быстро.
Вызвал тогда Ольгу местный блюститель порядка. Благо , что он был из местных
– Ты, – говорит, – тетка Ольга поосторожься! Жалуются тут на тебя, что ты знахарством занимаешься да не законным лечением , и к тому же, еще и деньги с людей за это берешь! Смотри, а то нагрянут с города и разговаривать с тобой, как я, не будут, вышлют из деревни в два счета, или арестуют!
Ну Ольга поняла, кто такое мог на нее наговорить и перестала с матерью Шуры общаться, и старалась избегать с ней разговаривать.
А та, как ни в чем не бывало, пришла.
– Ты, Олюшка, дай ка мне травки какой, а то чтой-то я, видать, прихворнула !
Ольга на нее посмотрела и говорит:
– Ты знаешь, дорогая, у меня ведь всю травку-то забрали! Проверяющий приходил, и все! Я теперь не занимаюсь всем этим!
– Дак, а я-то как же? – удивилась соседка.
– А вот в город к фельшару поезжай, он тебя и вылечит! – ответила Ольга.
И все! Промеж них, как черная кошка пробежала.
Ну они-то не общаются, а девчонки, все равно, дружили. В школе вместе за одной партой сидели, и в город вместе уехали.
А Ольга, конечно, не перестала помогать людям, только теперь, поосторожнее стала, да с оглядкой.
Когда бабушки не стало, мы с мамой ее сундук большой перебирали и нашли сверток. На самом дне лежал, подальше от всех глаз. Развернули, а там книга старинная лежала, два амулета какие-то на веревочках, тоже старые, и маленький мешочек с какой-то травкой. В общем, это все вещи бабы Ольги были. А книга ей, как мама мне потом рассказала, аж от деда досталась! Он ей сам отдал и сказал спрятать, чтоб никто не знал и не видел. Вот она ее и спрятала и даже нам никогда про нее не говорила. Единственное, мама потом рассказала, когда бабушка уже совсем плохая была, сказала ей, что, мол книга эта найдет своего хозяина сама! А что это значит, мы так и не поняли. А вообще, я бабушку Олю очень любила и помню, какая она была добрая. Помню, как-то я упала с дерева и прибежала вся в слезах. Коленки содраны, реву белугой. А она меня на стул посадила, карамельку мне дает и говорит.
– Вот сейчас конфеточку съешь, и коленки быстро заживут!
Ну я срочно конфету в рот, а сама слезы размазываю по щекам, а бабушка тряпочку в какой-то настойке смочила , к коленкам приложила и что-то начала быстро шептать. А я карамельку жую, ну чтоб коленки быстрее зажили. Минут пятнадцать так сидела, а бабуля потом тряпочку ту снимает с коленок, а там ничего нет! Представляешь! На коленках ни одной царапинки. А бабушка улыбается.
– Видишь, как хорошо карамельку кушала, что все зажило!
Это я сейчас понимаю, что там что-то такое колдовское было, а значит, бабуля и это умела, только никогда ни кому об этом не говорила.
– Так значит, и наша баба Вера это умеет? – спросила Светка.
– Ты знаешь, если честно, я не знаю, но то, что она травки знает, и умеет отвары там всякие готовить, это точно! Она и меня кое-чему научила! Там от кашля, от температуры, чтобы кости не ломило! Но это сейчас многие знают, так что ничего удивительного в этом нет! – улыбнулась мама, – при желании, это все сейчас найти можно и в книгах. Это тогда было диковинкой. Правда вот так, как баба Оля мне коленки вылечила, наша бабушка точно не умеет!
– А книга та? Она где сейчас? – спросила Светка.
– Так, наверное, так и лежит у бабы Веры в сундуке! – ответила мама, – мы как-то про нее и забыли! Ладно! Спи, а то завтра рано вставать!
– Мам! А чего бабушка-то опять в деревню уехала? – опять спросила Светка.
– Так баба Оля тогда заболела, она и вернулась туда! Они ж одни остались. Папа мой еще до твоего рождения умер, сердце свалило. А мама сказала, что в деревне ей лучше, да и бабе Оле веселее будет, вот и укатила! – ответила мама и выключила свет, – спи!
Светка еще некоторое время лежала и думала о том, что ей рассказала мама и потом уснула.
Ей приснился странный сон.
Она сидела на табурете в абсолютно пустой и темной комнате, и пыталась присмотреться к тому, где она сидит. Она крутила головой и смогла увидеть только большое белое пятно. По всему это была печка, потому что от нее шло тепло.
Вдруг открылась дверь и зашла женщина в платочке и длинной юбке. Светка, как ни присматривалась, никак не могла разглядеть ее лица.
На вытянутых руках женщина держала белый сверток. И хотя лица женщины было не видно, но Светка почему-то отчетливо поняла, что женщина улыбалась.