Таша Льнова – Чумичка (страница 1)
Таша Льнова
Чумичка
То, что Сашка не понравилась деду, который встречал ее во дворе, она, хоть и была маленькая еще, но сразу это поняла.
Дед, смотрел на нее не очень приветливо и почему-то назвал ее чудным словом Чумичка.
Сашка не понимала, что это значит, ей тогда было-то всего четыре года, но после этого к деду относилась настороженно и чуток побаивалась его.
А вот бабушка сразу обняла Сашку и тихо заплакала причитая:
– Бедный ты наш, ребятенок!
Почему бедный, Сашка тоже не понимала, она обняла бабушку и прижалась к ней.
Так в семье Семена и Марфы появилась внучка Сашка, или Чумичка, как ее окрестил Семен.
Вообще-то, в семье Семена было двое детей, сын Иван и дочь Вера.
Сын Иван рос, и никаких проблем с ним у родителей никогда не было.
Учился он с охотой и успевал по всем предметам. Помогал дома отцу и Семен, глядя на мужавшего Ивана, радовался, какой у него растет хороший помощник.
Иван окончил школу и поехал в город, где выучившись на механика, вернулся домой в деревню, женился, взял в жены хорошую девушку из соседнего села. Поговорив с родителями, переехал к жене жить в ее дом, потому что там была у нее больная мать и брат, на много младше ее, за которым нужен был глаз да глаз, да и мужское воспитание ему тоже не повредило.
А потом в семье Ивана родился, сын, которого назвали в честь деда тоже Семеном.
Деды были рады за Ивана, что у него все так хорошо сложилось в жизни.
А вот с Верой все было немного сложнее.
Вера в противоположность Ивану росла непутевой, так про нее недовольно качая головой, говорил Семен.
Вера росла красивой девкой, видимо, пошла вся в отца.
Высокая, стройная, с большими серыми глазами и копной русых волос, заплетенных в длинную косу.
В пятнадцать лет за ней уже табуном ходили деревенские парни.
– Ох, Верка! Довертишь ты хвостом! – сердито говорил Семен, – прищемят его тебе когда-нибудь!
Вера только отмахивалась и весело смеялась на отцовские слова.
После окончания школы, Вера, как говорил Семен, «усвистала в город» учиться на швею. Во всяком случае, она так сказала родителям, и вот уже долгое время они понятия не имели, где она и что с ней.
В первый год обучения она еще писала родителям коротенькие письма, а потом совсем пропала.
Семен даже хотел уже попросить Ивана съездить в город и узнать, как там «эта непутевая», но тут от нее вдруг пришло, то последнее письмо, где Вера сообщала, что у нее все нормально, и что она скоро приедет. На этом все и успокоились.
– Непутевая дочка у нас выросла, – сердито говорил Семен жене, а та только тяжело вздыхала и вытирала набежавшую слезу.
Какая бы она не была, но она же, была их дочь и у нее, как у любой матери, всегда болело сердце за Веру.
– Ты старый не говори так! – сказала она ему тихо, – какая бы она не была, но она наша дочь!
Дед хмурил брови, и махнув рукой, уходил во двор, где долго курил и думал свои думки.
Но время шло, а Вера все не приезжала.
Марфа совсем извелась, а Семен ходил и сердито смотрел на жену и, видимо, стараясь успокоить, то ли себя, то ли Марфу, ворчал:
– Да что ей сделатся-то? Чего ты тут сырость разводишь? Она у нас вона какая, «сорви голова», – он сильнее хмурился, недовольно качал головой и тихо ворчал, – ох и не путевая …
Каким бы сердитым и суровым не был Семен, но он по своему переживал за дочь, стараясь не показывать это Марфе.
Время шло, а от Веры так и не было никаких вестей.
Сашка свалилась на голову дедов как-то внезапно.
Однажды утром к их дому подкатил легковой автомобиль, и оттуда вышла очень официальная дама в строгом черном костюме и белой блузке с ярко накрашенными губами.
– Это кого ж еще к нам принесло, прям с утра? – щурясь и всматриваясь к нежданным гостям, проворчал Семен, – никак Верка наша, чего натворила?!
– Да тьфу на тебя! – испуганно сказала Марфа и поспешно пошла к воротам.
Дама оказалась представителем отдела попечительства из города.
– Скажите, Вера Семеновна Грачева, это ваша дочь? – спросила она, строго глядя на Семена и Марфу.
– Ну да, выходит, что, наша! – ответил Семен, – а чего такое то?!
– Вы понимаете, мы вот на вокзале нашли маленькую девочку! – женщина сделала нажим на слово «маленькая девочка» и многозначительно замолчала.
Деды удивленно переглянулись и опять уставились на даму.
После паузы дама продолжила:
– Так вот! В кармане курточки, в которой была эта девочка, мы нашли записку и документы на ее имя! Там был указаны фамилия, имя, отчество ее матери, и было написано, чтобы девочку отправили именно Вам, ее родителям! Мы вот поискали и нашли ваш адрес! – она опять строго посмотрела на дедов.
– А что за записка то? А сама-то Верка где? – спросил Семен.
Дама открыла папку и достала кусок тетрадного листочка в клеточку и протянула ему.
Семен взял его и прищурившись прочел.
« Александра Яковлевна Грачева, ее мама Вера Семеновна Грачева, живет в деревне Глухаревка. Отдайте девочку ее родителям»
Причем почерк был явно не Верин, а какой-то корявый, вроде как писал старый человек.
Семен недоуменно посмотрел на даму и вернул ей записку.
– Ну.. вроде как про нас речь,.. – сказал он.
– Вот я и приехала узнать, может Ваша дочь у Вас тут дома? –сказала дама, – ну мало ли… ребенок не нужен, вот она и оставила его…
– Да нуу.!!! Не может такого быть… чтобы Верка и бросила…! – сердито сказал Семен, -да и нету ее, у нас! Мы, вообще, ее почитай уже лет шесть или семь дома не видели! Правда , как-то приходила писулька от нее, но она написала, что у нее все хорошо, что она работает и чтобы мы не волновались и как только будет возможность она приедет! Правда, вот приехать, так и не приехала! – Семен почему-то сердито глянул на жену. А та стояла и молчала. – так чего от нас-то надо? – спросил он у дамы.
– Мы приехали узнать, можем ли мы передать Вам ребенка? Посмотреть на Вас и на условия проживания и, за одно, спросить, будете ли вы забирать девочку? Если нет, то мы будем оформлять документы и отправлять ее в детский дом!
– Зачем же в этот дом?! – испуганно заговорила Марфа, – дитё же! Как она там-то? Нет, нет! Вы смотрите, у нас хороший дом и комната отдельная есть, Верина!
Семен с Марфой были не настолько уж и старыми, как это казалось на первый взгляд, просто выглядели, может не так респектабельно, как их сверстники в городе, деревенская жизнь она ведь накладывает свой отпечаток на людей. Да еще окладистая борода Семена добавляла ему годов. А Марфа в своем темно-синем платочке и морщинками вокруг глаз, которые у деревенских женщин появляются очень рано от работы на солнышке, тоже ее не молодили. Да и изработанные руки, которые Марфа постоянно прятала под фартук, тоже делали свое дело. Ну не было на них маникюра и вены вон как вздулись от работы.
А так Семену на тот момент было немного за шестьдесят, а Марфа была моложе его на пять лет.
Семен женился на Марфе после того, как его жена тихо умерла дома от сильной простуды и он, остался вдовцом в тридцать два года, и без детей.
Похоронил жену, погоревал, да начал присматривать себе другую жену. Ну не век же ему горевать и жить бобылем, да и деток ему сильно хотелось, чтобы в доме детский смех был слышен, и пахло пирогами.
Семену про Марфу, рассказала его соседка, бабка Маша, так звали девушку, которая жила в соседней деревне .
– Ты сынок не смотри, что она не красавица, она девка добрая, хозяйственная! Вон после смерти матери уже второй год одна живет, а в доме прям красота и порядок и в огороде всегда все ухожено! Рукодельница и вяжет и прядет! Главное, что замужем не была! Ребятенков тебе народит! Чего мотыляться то в бобылях!? Так что ты поезжай, приглядись! С лица воды не пить, а вот с доброй душой долго жить!
И он поехал, вроде как, и по делам, ну и, за одно, посмотреть на претендентку в жены.
Удивительно, но, несмотря на описание бабки Маши, про не очень красивую Марфу, Семену она приглянулась.
Марфа была хоть и не красавица, но не лишена миловидности.
Семен увидел скромную, аккуратную девушку в беленьком платочке и милой улыбкой на лице.