Таррин Фишер – Я могу быть лучшей версией тебя (страница 38)
— С каких это пор ты мне звонишь?
— С таких! Как дела?
— Так же, как и две минуты назад, когда ты прислал мне сообщение.
Он рассмеялся, и мне тут же захотелось сидеть на стуле в углу комнаты, тихо раскачиваясь. Какого черта, Джолин?
— Я в порядке, — я слышала оттенок мрачности в своем голосе, поэтому расслабилась и добавила: — Все по-старому.
— Ничего ты не в порядке.
— Это просто мой голос. Такая уж я уродилась.
Если бы только мой голос не дрогнул в конце предложения... Райан набросился на мою печаль подобно ищейке.
— Что он натворил?
Я все ему рассказала. В конце моей речи он по-прежнему не издал ни звука, и я уже подумала, не повесила ли я случайно трубку.
— Алло?
— Я тут. Хочешь послушать, что я думаю?
— Да, — призналась я. У меня из глаз полились слезы от его глубокого, хриплого успокаивающего голоса.
— Он наобещал тебе с три короба. А тебе было нужно, чтобы обещания стали реальностью. В ваших отношениях возникло непонимание — не знаю, откуда оно идет и какова его причина, но он знал, что тебя нельзя подвести. Но он не смог этого сделать.
Черт. Я продолжала плакать, сидя на телефоне с мужчиной, который и стал толчком тому, чтобы я узнала об изменах Дариуса.
— Я должен кое-что тебе рассказать, — сказал он после того как я успокоилась, — кое-что весьма странное произошло на прошлой неделе.
— Странное? Ты звонишь, чтобы рассказать мне о чем-то странном?
— Да, и это связано с тобой.
— Со мной? — повторила я.
— Да. Ты. Все всегда о тебе.
ЧТО ОН ИМЕЛ В ВИДУ? БОЖЕ, О ЧЕМ ОН?
— Слушаю.
Я слышала, как он перекладывает телефон с одного плеча на другое. Интересно, чем он сейчас занимается.
— На мою электронную почту пришло письмо. Адрес сомнительный —
— Хорошо... — я услышала шипение, а потом звук металла. Он готовил.
— Это все так неловко... Подожди минутку. — Когда он снова заговорил, шипение прекратилось, а его голос стал более сосредоточенным. — В письме были видео, и на них, как я понимаю, твой муж.
— Дариус? Что за видео?
Он откашлялся.
— Сексуального плана.
Кровь прилила к моему лицу. Я зажмурилась и покачала головой, несмотря на то, что меня сейчас никто не видел.
Нет, нет, нет, нет.
— Слушай, я могу тебе их отправить, но не уверен, что ты захочешь их смотреть. Не знаю, зачем кому-то отправлять их мне, и как у них оказался мой электронный адрес.
— Как ты понял, что это он? — поспешно спросила я.
— Это он.
— Хорошо. Отправляй.
— Ты уве...
— Отправляй.
Я повесила трубку, не дождавшись его ответа. Затем я открыла страницу Райана в соцсетях и увидела, что его электронный адрес был публичным. Кто же их отправил? Кому это было выгодно? Уж точно не Дариусу.
Через минуту пришло уведомление, что Райан21 прислал мне письмо на электронную почту. Я налила себе выпить перед просмотром. К письму без темы были прикреплены три файла.
Я нажала на первый. Дариус — это было ясно, как день — сидит в туалете в запасной ванной, и видна только нижняя часть его лица. Мои глаза прикованы к его члену. Его губы шевелились, он что-то говорил. Я включила звук.
— У тебя самая красивая киска.
В следующем видео он мастурбировал. Я закрыла его, не досмотрев. Я просто не смогла. В последнем он говорил с девушкой — Николь, или кому еще он отправлял видео. Я снова включила звук. Он тер область, где был его член, и, прикусив нижнюю губу, говорил: «Она ушла. Приходи. Я хочу снова быть внутри тебя.»
Все к этому и шло, он мне изменял. Он нарушил свою профессиональную клятву. Линии были размыты, он совсем не знал границ. Он просто использовал женщин. Кто же мне отправил эти видео? Кому нужно было, чтобы я их увидела? И зачем вмешивать в это Райана?
Глава 50. Мона Шлюха
В начале июня мне пришло сообщение от Джорджа с приглашением на кофе. Пару минут я просто пялилась на экран телефона, пытаясь понять, откуда у него мой номер. Я с неохотой согласилась на встречу, не имея понятия, чего ожидать. Я не видела ни Джорджа, ни Фиг с тех пор как у нас с Дариусом все пошло к чертям. Занавески в их доме были задернуты, машины стояли в гараже, будто они вдруг пытались от кого-то спрятаться. А мне было ни холодно, ни горячо. Мне нужно было оставаться подальше от всякой драмы.
В день нашей встречи лило как из ведра. Я достала резиновые сапоги и дождевик, и отправилась в замызганную маленькую кафешку под названием «Оловянная булавка». Я приехала раньше Джорджа, заплатила за свой чай и понесла чашку к облезлому столику в углу, на котором кто-то выцарапал «Мона шлюха». Я помешала свой чай и снова уставилась на сообщение. Вот еще один пример того, как общество видит женщин. Никто не тронул ни одного мужчину, который спал с Моной, в то время как вся ненависть обрушилась только на девушку. Я вытащила карманный нож из сумки и нацарапала «как и все мужчины, с которыми она трахалась».
Одна из официанток увидела меня и произнесла:
— Здесь это запрещено.
— Все равно дело уже сделано, надо лишь немного подправить.
Она закатила глаза и вернулась за прилавок.
Я всеми руками за свободу речи, но хотя бы пишите правильно, придурки!
Джордж опоздал на десять минут. Его одежда насквозь промокла. Я помахала ему со столика Моны, поставив стул рядом с собой.
— Привет! — сказал он, снимая пальто.
— И тебе здрасьте.
Он ушел делать заказ, а я допила свой чай. Когда он вернулся за стол со стаканом кофе, я заметила, каким усталым он выглядит. А может, он всегда был таким. Как часто я внимательно смотрела на Джорджа? Он был затворником. Мы лишь иногда приветственно махали друг другу, когда он подъезжал к дому, а я была на улице.
— У Фиг был роман с Дариусом, — сказал он.
У меня в желудке все перевернулось. Я обхватила рукой живот.
— Скажи же что-нибудь! Черт, все так запутано!
Он провел рукой по своим торчащим в разные стороны волосам, ерзая на стуле, как ребенок-непоседа. Я видела, как его взгляд устремился на слова о Моне, в то время как я пыталась переварить его слова.
Что я могла сказать? Была ли я вообще удивлена?
— Черт... Ты, должно быть, прикалываешься?
На его лице прочиталось облегчение, что я наконец заговорила.
— К сожалению, нет.
— Когда? Как?