Таррин Фишер – Я могу быть лучшей версией тебя (страница 17)

Я усмехнулась.

 — Не так уж важно, если ты на самом деле сделал что-то дурное. Девять раз из десяти, даже если ты никоим образом не виноват, ты чувствуешь, что это твоя вина. Тебя толкнули в магазине — Я нечаянно! Случайно уронил мыло в душе — Ой, прошу прощения! Во время любой немного затянувшейся тишины ты думаешь, что это из-за твоего проступка — Быстро! ИСПРАВЬ СИТУАЦИЮ ИЗВИНЕНИЕМ!

Холлис смеялся так сильно, что, казалось, что он сейчас заплачет. Даже Мерси посмеивалась.

— О, Боже мой! Как же сильно мы хотим нравиться другим.

— Правда? — я засмеялась. Конечно, он был прав.

Работники Автотранспортного управления явно не нуждались в моей дружбе, то же самое я могла бы сказать о специалистах по установке кабельного ТВ и кассирах в супермаркетах. Но я продолжала стремиться им угодить. Приятный разговор, стремление помочь, несколько самокритичных шуток, чтобы облегчить их рабочий день.

Мне нравилась связь, которую я чувствовала с ним. Католицизм сплотил двух людей, вот дела. Я погладила его ногу чуть выше колена, в знак католической солидарности. Что ж, не буду врать, — он мне симпатичен, Холлис был мужчиной приятной внешности. Меня привлекало большинство мужчин, и им вовсе не нужно было быть красавцами. Важна лишь искра между нами. Я всегда представляла себя в постели с ними. Аманде повезло... Незаслуженно повезло.

— Еще вина? — улыбнулась я, наполняя бокалы.

— Все очень вкусно, Фиг, — заметила Джолин. — Спасибо тебе большое.

По всему столу послышались голоса одобрения. Джолин повернулась к остальным.

— Фиг очень помогает нам, пока я заканчиваю книгу. Она готовит и помогает мне с Мерси. Я так ей благодарна.

Я смущенно потупила взор, но не смогла спрятать улыбку. Когда я подняла глаза, то встретилась взглядом с Амандой. Наклонив голову на бок, она пялилась на меня.

— Почему же ты покрасилась в черный? — спросила она.

— Мне просто нужны перемены. Мне нравится краситься в более темный цвет к зиме.

— Мне тоже! — сказала Джолин и подняла свой бокал. — За зиму!

Мы стукнулись бокалами. Мне предстоит много работы, чтобы заслужить доверие Аманды.

Глава 22. Самая красивая киска

Когда же все это началось? Когда мы зашли слишком далеко? Честно признаться, я и не вспомню. У меня на этой почве развилось посттравматическое расстройство и мозг заблокировал какие-то воспоминания. Я просто знаю, что в один прекрасный день один из нас вышел за рамки. Впрочем, это должно было случиться, раз мы так усердно играли по правилам. Люди помешаны на сексе, и как ни прикидывайся, однажды твое животное начало выйдет наружу. Разумеется, никто не собирается заходить слишком далеко с женатым мужчиной, ведь общество не приемлет такое поведение. Во мне душевный подъем соседствовал с ужасом. Я говорила себе, что не такая. Но как себе ни тверди, все равно наступишь на те же грабли. Получается, что я самая что ни на есть такая.

Может, все дело в скуке и желании быть полезной. Возможно, тебе просто хотелось вспомнить, кем ты была до переезда в пригород и всей этой нормальной скучной жизни. Дариус по-настоящему говорил со мной. Мы то болтали ни о чем, и тогда мой день пролетал незаметно, то обсуждали серьезные проблемы и никогда никому не рассказывали о наших беседах. Мне было одиноко, а Дариус облегчил мое состояние.

Джордж никогда со мной не разговаривал. Не думаю, что дело было во мне, просто он — один из мужчин, чьи мысли никогда не находят выражения. Дариус спрашивал о сексе. И я ему все рассказала. Каждый раз, когда мы трахались, Джордж минут десять входил в меня, повторяя, как у меня там тесно. Дариус был явно возбужден. Мы с ним были просто напуганы и изголодались по чувствам. Меня радовало, что я была не одинока. Он признался, что, когда Джолин начинала писать, он будто переставал существовать. Он писал ей сообщения, а ответ приходил спустя несколько часов. Я задумалась, а не разговаривает она в это время с Райаном?

Она же часто жаловалась на эмоциональную зависимость Дариуса. Она говорила, что он предпочитает переписываться в течение дня полноценному разговору вечером.

— Может, он устает от разговоров на работе, — предположила я. Она не клюнула.

— Работа — отдельно, дом — отдельно, — парировала она. Он должен полностью присутствовать дома, ради нее и Мерси. — Иначе какой смысл заводить семью?

Она была слишком строга к нему. Дариус отправлял мне сообщения в течение всего своего рабочего дня. Я его прекрасно понимаю. В то время как люди обрушивали свои проблемы на него, ему нужно было просто с кем-то поболтать. Джолин была слишком эгоистична.

Однажды, вскоре после комментария про узкую киску, он написал: «Хочу увидеть, насколько она узкая.» Мое сердце бешено застучало. Конечно, он может ее увидеть! Мне потребовался битый час, чтобы добиться идеальной фотографии — я сидела на краю ванной, раздвинув ноги, два пальца обрамляли то, что Дариус назвал самой красивой киской, которую он когда-либо видел. Я улыбнулась, и будто совсем потеряла голову. Я чувствовала себя самой сексуальной женщиной планеты. Я подумала о киске Джолин, о том, что Дариусу моя понравилась больше, и сразу возбудилась.

Я слышала, как вы занимаетесь любовью. Звучит так, будто вы неплохо проводите время...

Да, все здорово.

Его ответ меня разочаровал. Я хотела, чтобы он все отрицал. Не может же ей все удаваться, да и она слишком напряжена, чтобы быть богиней секса. Но последовало еще одно сообщение...

Она просто лежит бревном, но я стараюсь сделать все возможное.

Я не хотела прозвучать слишком пылкой, поэтому я ответила просто: Что за скука.

Да...

Я уже подумала, что он пожалел, что рассказал мне об этом, когда последовало:

Я хочу узнать, какая ты на вкус.

Я представила его у себя между ног, как я держу его за волосы и выгибаю спину, прижимая его голову ближе.

Только лишь на вкус?

Он прислал мне фотографию своего возбужденного члена. Я узнала плитку на полу в ванной на первом этаже. Интересно, где в это время Джолин? Это так возбуждающе! Она где-то там в доме, пока он смотрит на мою киску и мастурбирует.

Такой большой! Тебе придется с ним поработать.

Ему очень понравились мои слова, потому что он отправил ОМГ и показал, что кончил. Несмотря на ее сиськи и всю сексуальность, кончил он сегодня из-за меня. Интересно, откажет ли он ей, если она предложит секс? Мне стало радостно от одной лишь мысли.

Я долго смотрела на окно их спальни. Я даже подумывала пробраться на их задний двор и подслушать. В одиннадцать вечера погас свет, а на моем телефоне засветилось сообщение от Дариуса.

Не могу перестать думать о тебе.

На следующий день я испекла лотарингский киш и отнесла его Джолин. Дариус еще не вернулся с работы, и она открыла дверь в полотенце, явно только что из душа.

— Я принесла тебе покушать, — сказала я. — Раз ты так много работаешь.

Я протянула ей киш и, вполне ожидаемо, она пригласила меня войти. Моя Мерси играла с кубиками на ковре.

— Тебе тяжело работать, когда она рядом? Тебе что-то вообще удается сделать?

Она сняла полотенце с головы и повесила его на стул сушиться.

— Тяжело, конечно. Каждые несколько минут приходится отвлекаться, но я уже привыкла.

Она встряхнула волосы и потянулась на полку за тарелками. Я смотрела, как маленькие ручейки текли по ее загорелым плечам. На кухонном полу появлялись маленькие лужицы. Удивительно, как можно себя чувствовать настолько комфортно, подавая соседке пирог в одном полотенце.

— Хочешь, я останусь и поиграю с Мерси? — предложила я. — Ты уже почти закончила рукопись.

Она просияла.

— Правда? Ты совсем не против?

— Совсем нет! Можем устроить чаепитие в саду, — я сказала достаточно громко, чтобы услышала Мерси. Она тут же прибежала на кухню, улыбаясь.

— Поиграй с Мерси! — сказала она.

— Конечно! Пошли!

Она кивнула, улыбаясь так широко, что ее глаза превратились в маленькие щелочки.

— Отлично! — сказала Джолин. — Принеси кукол и чайный сервиз.

Звук ее бега по деревянному полу наполнил мое сердце счастьем.

— Спасибо, Фиг. Я с ума схожу с этими дедлайнами. Ты и представить себе не можешь, насколько мне помогаешь.

— Ты — моя самая близкая, самая лучшая подруга. Я просто хочу тебе помочь.

Джолин улыбнулась, а в ее глазах стояли слезы.

— Что слышно от Райана? — спросила я. Я отрезала кусочек пирога вилкой и поднесла ко рту.

— Мы на связи. Он присылает мне песни, которые, как он считает, меня вдохновят. Очень... красивый жест.

Красивый... Ну конечно! Не поэтому ли она избегает моего взгляда?

— А ты отправляешь ему песни? — я жевала свой кусок пирога, пока она размазывала свой по тарелке.

— Нет. Не хочу, чтобы он неправильно меня понял.

Я так хотела закатить глаза. Он уже ее неправильно понял. Мужчины так и поступали — женщины становились их добычей, и они охотились за ними, используя все возможные способы.