сии.— Сотрудником Киевской Археографической комиссии Шевченко фактически сделался еще в ноябре 1845 г., вскоре по приезде своем на Украину. По заданиям комиссии он совершил тогда поездку в Полтавскую губернию, а по возвращений был назначен штатным сотрудником «для снимков (то есть зарисовок.—
И. А.) с предметных памятников», с жалованьем в 150 рублей в год. Сотрудничество в комиссии давало поэту возможность много ездить по Украине; отсюда — его желание сохранить за собой эту службу. Бибиков по должности своей числился председателем Археографической комиссии.
28. Н. И. КОСТОМАРОВУ
Об адресате см. т. 1 наст. изд., примечание к стихотворению «Н. Костомарову», а также выше, в примечаниях к «Дневнику», записи 30—31 августа 1857 г.
Утвержден ли я в университете...— Во второй половине 1846 г. в Киевском университете освободилась вакансия преподавателя рисования. Претендентом на эту должность выступил и Шевченко. 21 февраля 1847 г. министр народного просвещения Уваров разрешил попечителю Киевского учебного округа «сделать распоряжение об определении исправляющим эту должность неклассного художника Шевченко в виде опыта на один год, для удостоверения в его способностях» («Україна», 1907, № 2, с. 253). Воспользоваться этим разрешением Шевченко не успел из-за своего ареста. Существует предположение, что еще до получения разрешения поэт вел занятия со студентами.
На имя Виктора Николаевича Забилы...— О нем см. в т. 3 наст. изд., примечания к повести «Капитанша».
Увидите Юзефовича, поклонитесь от меня.— Имеется в виду М. В. Юзефович, помощник попечителя Киевского учебного округа; см. о нем в примечаниях к «Дневнику», запись 6 мая 1858 г.
О братстве не пишу...— Эти слова принимаются некоторыми комментаторами как прямое свидетельство принадлежности поэта к Кирилло-Мефодиевскому обществу, вопреки утверждениям самого Шевченко, а за ним и Кулиша и Костомарова, что он знал о существовании общества, но не входил в него. Один только разговор о «братстве» с Костомаровым отнюдь не предопределял организационного участия Шевченко в обществе, к «идеям» которого он, по словам Костомарова, «отнесся ... с большим задором и крайнею нетерпимостью» («Русская мысль», 1885, № 5, с. 211).
Кулиш блаженствует...— П. А. Кулиш незадолго перед тем женился и готовился к отъезду за границу вместе с В. М. Белозерским, который поэтому и поехал «отказываться от учительства».
29. И. И. ФУНДУКЛЕЮ
Впервые — «Киевская старина», 1894, № 2, с. 321.
И. И. Фундуклей в 1839—1852 гг.— киевский губернатор. При аресте Шевченко руководил обыском, отобрал рукописи и вещи, но в III Отделение переслал лишь часть из них, удержал у себя довольно много рисунков Шевченко, которые до сих пор не найдены, в частности, упоминаемые в письме «виды Киева».
Алексею Сенчилу...— Алексей Флорович Сенчило-Стефановский — учитель рисования и сотрудник Киевской Археографической комиссии. Шевченко сблизился с ним во время своего пребывания в Киеве в 1845—1846 гг.
30. А. И. ЛИЗОГУБУ
Впервые — в книге М. К. Чалого, Жизнь и произведения Тараса Шевченко, Киев, 1882, сс. 67—68.
Андрей Иванович Лизогуб (1804—1865)—украинский помещик, человек, по характеристике современника, «чрезвычайно добрый и простой, был хороший музыкант, отлично знал перспективу, любил живопись, писал портреты и пр.» (Л. М. Жемчужников, Мои воспоминания из прошлого, вып. Il, М. 1927, с. 53). Шевченко познакомился с ним в 1846 г. и часто бывал у него в имении близ Седнева. После ссылки поэта Лизогуб не прекратил сношений с ним и в 1847—1850 гг. поддерживал довольно оживленную переписку, выполнял различные его поручения и т. д. Переписка оборвалась после второго ареста поэта (в 1850 г.) по прямому требованию III Отделения.
Нарисовал Кузьма Трофимович...— Персонаж рассказа Г. Квитки-Основьяненко «Солдатский портрет», нарисовавший по заказу помещика портрет солдата вместо пугала.
Захватил денежки...— то есть подписную плату за «Живописную Украину».
Низко кланяюсь Илье Ивановичу...— Лизогубу, старшему брату А. И. Лизогуба, полковнику.
Поклонитесь ... от меня Кейкуатовым — Помещики, соседя Лизогубов. Сохранился портрет Е. Кейкуатовой масляными красками работы Шевченко.
31. В. Н. РЕПНИНОЙ
Впервые — «Киевская старина», 1893, № 2, сс. 262—263.
Отвезли в Петербург 22 апреля...— Шевченко был арестован 5 апреля и на следующий день отправлен в Петербург, 21 апреля он прибыл в III Отделение и допрошен. Поэт ошибочно датировал этот допрос 22 апреля, связывая его с «памятным» для себя днем — днем освобождения из крепостной зависимости, 22 апреля 1838 г.
«О, как неверны наши блага».— Неточная цитата из поэмы К. Ф. Рылеева «Войнаровский».
И я все-таки почитаю себя счастливым...— Судьбу своих «соузников» поэт представлял чересчур мрачно. В действительности Кулиш был сослан в Тулу, но уже в 1850 г. получил разрешение возвратиться в Петербург и возобновил литературную деятельность (первое время под псевдонимом «Николай М.»). Костомаров после годичного заключения в Петропавловской крепости был сослан в Саратов; с начала 50-х гг. получил свободу передвижения, ездил в Крым и т. д.
Последнее сочинение Гоголя «Письма к друзьям...» — «Выбранные места из переписки с друзьями», СПб. 1847. Репнина выслала эту книгу поэту в марте 1848 г.
Чтение Московского археологического общества, издаваемое Бодянским.— «Чтения в Обществе истории и древностей российских», издававшиеся под редакцией О. М. Бодянского, как секретаря Общества, с 1846 года.
Андрей Иванович — Лизогуб.
Моя сердечная благодарность княгине Варваре Алексеевне — матери В. Н. Репниной.
32. А. И. ЛИЗОГУБУ
Впервые — в книге М. К. Чалого, Жизнь и произведения Тараса Шевченко, Киев, 1882, сс. 68—69.
Великим веселием возвеселили вы меня...— Письмо А. И. Лизогуба 21 октября 1847 г., написанное еще до получения письма от Шевченко; см. «Киевская старина», 1900, № 9, сс. 312—314.
Жаль и очень мне вашей маленькой...— дочери Лизогуба Лизы, умершей 5 сентября 1847 г.
Сажин мне ничего не пишет.— Михаил Макарович Сажин, художник, товарищ Шевченко по Академии художеств. В 1846 г.
поэт жил в Киеве с ним вместе; после ссылки Шевченко отношения их прервались. Судьба рисунков, оставшихся у Сажина, неизвестна.
Пришлите ящичек ваш... — В письме 21 октября А. И. Лизогуб писал: «Если вам можно рисовать, то я сделаю все, что смогу, чтобы вам переслать акварельные краски, знаете, мой маленький ящичек, где все есть,— вам будет на память; у меня есть и кисти Шариона, прямо из Парижа, так и вам пару перешлю».
Ежели найдете в Одессе Шекспира...— Перевод всех драм Шекспира, осуществленный H. X. Кетчером (М. 1841—1850), позднее был доставлен поэту; отдельные книги этого издания видел у него в 1854 году Н. И. Савичев. «Одиссея» в переводе В. А. Жуковского вышла в 1849 году; Шевченко знал о подготовке этого перевода из неоднократных журнальных и газетных упоминаний.
И о Глафире Ивановне...— Глафира Ивановна Псел (1823— 1886)—в замужестве Дунин-Борковская, дочь небогатого помещика, проживавшая в имении Репниных. Небольшое ее стихотворение Шевченко приводит в предисловии к неосуществившемуся изданию трех своих поэм как пример подлинной поэзии.
Надежде Дмитриевне — жене А. И. Лизогуба.
33. М. М. ЛАЗАРЕВСКОМУ
Впервые — «Киевская старина», 1891, № 2, сс. 212—214.
Об адресате см. в «Дневнике» поэта, запись 2 июля 1857 г. и др. и примечания.
В отвратительном, но все же вольном жилище...— Вскоре по прибытии в Орскую крепость Шевченко получил возможность жить на частной квартире благодаря содействию писаря, сына которого он обучал грамоте. Вновь назначенный комендант крепости Мешков перевел Шевченко в общую казарму.
«Так Дніпро крутоберегий» — цитата из послания «А. О. Козачковскому» (см. т. 2 наст. изд.), написанного, очевидно, в это же время.
Поклонитесь ... от меня Дзюбину...— См. о нем выше, в примечаниях к «Дневнику», запись 31 марта 1858 г.
Плетнев должен меня знать...— Петр Александрович Плетнев (1792—1865)—профессор русской словесности и ректор Петербургского университета, поэт и литературный критик, как и упомянутые ниже Карл Павлович Брюллов и Владимир Иванович Даль, были намечены поэтом и его друзьями в качестве возможных ходатаев за него. Плетнев должен был знать его, так как очень положительно отозвался о «Кобзаре» («Современник», 1840, т. XIX) и не раз слышал имя поэта от Кулиша. Упоминает Шевченко и третий путь заочного знакомства — через художника П. Т. Бориспольца, товарища поэта по Академии художеств.
Повидайтесь с Чернышевым...— Алексей Филиппович Чернышев (1824—1863)—художник. Познакомился с ним Шевченко тотчас по прибытии в Оренбург и, воспользовавшись его возвращением в Петербург, передал письма к лицам, которые могли бы ходатайствовать об улучшении его участи.
Чтоб он умолил В. Перовского...— Как объяснял впоследствии Л. М. Жемчужников, «Перовский знал о Шевченко от К. П. Брюллова, Вас. Андр. Жуковского и проч. Просил за Шевченко у Перовского при проезде его через Москву и граф Андр. Ив. Гудович ... просил его и в Петербурге и в Оренбурге двоюродный мой брат, известный ... поэт граф А. К. Толстой. Но Перовский, хотя и был всесильным сатрапом, как выразился Шевченко, но ничего не мог сделать для Шевченко, так был зол на поэта император Николай Павлович. Перовский говорил Лизогубам, Толстому и Гудовичу, что лучше теперь молчать, чтобы забыли о Шевченко, так как ходатайство за него может только послужить во вред ему» («Культура», Львов, 1925, № 3, с. 40).
