taramans – Сны. Начало (страница 32)
Закрывая дверь, женщина ответила:
- Милосердие – это не про нас!
— Вот, почитай! - протянул ему папку Карпов.
Плехов взял в руки обычную картонную канцелярскую папку, открыл.
«Так…
Выписка из решения военного трибунала, 1937 год.
«За проявленную халатность, политическую близорукость в деле борьбы с контрреволюционными проявлениями в рядах Рабоче-Крестьянской Красной Армии:
- командира полка Плехова Семена Игнатьевича разжаловать, понизив в должности на две ступени;
- командиру Н-ской стрелковой дивизии использовать Плехова С.И. с понижением на основании данного приговора».
Тут же приказ по Н-ской стрелковой дивизии:
«Назначить капитана Плехова С.И. командиром второго батальона ХХ-го стрелкового полка».
Выписка из Приказа командира Н-ской стрелковой дивизии от 24 июня 1941 года:
«В связи с гибелью командира ХХ-го стрелкового полка, назначить командиром указанного полка, командира второго батальона, капитана Плехова С.И.».
Выписка из Журнала Боевых донесений:
«…Занял оборону на западной околице деревни Гнилищи. Командир ХХ-го полка Н-ской стрелковой дивизии, капитан Плехов С.И., 25 июня 1941 года».
Все!».
- Вы хотите сказать, что это я во сне своим прадедом был? – задумчиво протянул Евгений.
- Ничего я сказать не хочу. Я уже говорил тебе, что понятия не имею, что видят во снах подобные тебе. Прошлое это было, или просто твое воображение так сыграло. А может какая-то альтернативная реальность…, - Карпов сидел за столом, постукивая пальцами по столешнице, - Только вот такие документы мне предоставили по моему запросу из архива. После этих Гнилищ, от полка ничего не осталось. Да и до этой деревни немцы по Н-ской дивизии потоптались очень неслабо! Так что… там одно название оставалось, а не полк. А вот после Гнилищ… даже не упоминается нигде. И Знамени не осталось. Все! Канул в лету и дед твой, и его полк. Вот… как-то так. Это – чтобы ты знал.
- Спасибо. По семейным преданиям, у бабушки, кроме извещения о том, что пропал без вести, ничего не было.
- Да не за что благодарить. Там и могил-то не осталось – ни у твоего деда, ни у солдат его полка. Сколько их таких было…
- Нет! Спасибо! Хоть знать теперь буду. И отцу расскажу, документы передам. Пусть они дома у родителей хранятся. Еще вопрос… а адъютант старший батальона, старший лейтенант Власьев – это реальный человек был? Или это все мое воображение?
Карпов кивнул:
- Был. Вполне реальный красный командир. По архивам – также как твой дед пропал без вести в июне сорок первого. Только он был из другой части. По документам. Хотя… там такая путаница была, такой винегрет. Вполне могли оказаться рядом.
Карпов махнул рукой, поднялся и подойдя к шкафу, стоявшему в углу, достал бутылку коньяка и пару бокалов.
- Давай помянем. И деда твоего, и старлея Власьева, и других.
Они, не чокаясь, выпили граммов по пятьдесят ароматного напитка.
- Возможно ты, Евгений, слышал про такую теорию о ноосфере Земли. Что слова, эмоции и даже мысли людей, пусть и давно ушедших, продолжают витать вокруг нашей планеты. И только отсутствие приборов необходимой чувствительности не позволяют уловить их. Может ты и послужил в какой-то момент этаким локатором, который смог поймать последние минуты жизни твоего деда.
С Аллой Плехову пришлось еще два дня работать – вспоминать, надиктовывать все увиденное им. Малейшие детали, все происходящее по секундам, свои ощущения, мысли, образы. Даже эмоции от сна ушли, осталось лишь раздражение от дотошности и скрупулезности оператора.
- Наверное, ты уже слышал мою историю. Про то, как я была оператором у мужчины, который и стал впоследствии моим мужем. Так вот, у него бывали подобные сны. Но там хотя бы было понятно… Он что-то подобное переживал в жизни. Воевал. В разное время, в разных местах. А вот у тебя откуда такое? – женщина была задумчива, - Получается, Карпов прав, когда говорит, что нам с тобой повезло. Интересно будет с тобой поработать…
- Ты же говорила, что с нами, с молодыми самцами тяжело?! – не удержался, чтобы не «подколоть» женщину Плехов.
- А я и не отрицаю. Тяжело, но ведь и интересное возможно будет? – с улыбкой посмотрела на него Алла.
- Ты решила стать моим оператором?
- А ты против? – подняла бровь женщина.
- Нет, не против. Но меня все же несколько напрягает то, что ты красивая женщина. К тому же – сама говорила, что секс – один из видом разгрузки для сновидцев после сеанса.
- Ничего страшного! Это в тебе воздержание говорит. Уедешь домой, расслабишься. У тебя же есть подруга? Ну вот, немного потерпеть осталось…
Глава 13
Инструктор Илья оказался вполне вменяемым человеком. За это неделю они немного сошлись, перешли на «ты». Тем более оказалось, что Илья – тоже не москвич, а «понаехавший». Был инструктор родом из Красноярска.
- «Срочку» я служил в шестнадцатой бригаде, - рассказывал Илья.
Увидев непонимание Плехова, добавил:
- Про «чучковцев» слышал? – посмотрел на него Илья.
Плехов задумался, покопался в памяти. Его ведь не только Гражданский и Гражданско-процессуальный Кодексы интересовали, и решения Верховного суда. Жизнью страны он тоже интересовался, как и происходящим в мире.
— Это вроде бы спецназ ГРУ? – что-то забрезжило в голове.
- Примерно так, да. Только нас тогда уже в Тамбов перевели, и передали в Министерство обороны. Так вот… Первые полгода – учебка, «каэмбэ» и прочие прелести «духовской» жизни. Гоняли нас - как бобиков! За что я искренне благодарен своим командирам. Я же до армии пацаном был хоть и хулиганистым, но вполне спортивным – бег, лыжи, секция бокса. К тому же ПТУ закончил – права на вождение как колесной, так и гусеничной техники имел. Вот и попал…
Плехов вылез из-под штанги, перевел дух.
- А потом что?
- А потом… Потом был девяноста девятый и Дагестан. Карамахи и Чабанмахи, если ты слышал про такое.
Евгений кивнул:
- Немного слышал. Ваххабиты, да?
- Они самые, суки! Сектанты настоящие. Причем не те сектанты, которые сидят мышью под веником, а которые лезут к другим, насаждая свои понятия. Вот. Ну и… полтора года этих гор долбанных. Жара и пыль; дождь и грязь. А зимой – горы же - холодища с ветром до костей пробирает! Два ранения и контузия. Ага… Медаль «За отвагу» и «мужик». «Срочка» заканчивается, а куда идти-то? В «ментовку» что ли? Так я ж до армии… Не, так-то бандитом я не был, но – все равно «западло». Короче, подписал контракт на пять лет. И все пять лет – все те же горы, все те же морды!
Они перешли на станок для пресса. Илья негромко гудел над ухом. Было похоже – давно никого не было у мужика в собеседниках. А сейчас земляк появился, вроде мужик нормальный, потому и рассказывает инструктор разное.
В столице же как? Если ты из-за Урала, не важно – Новосиб ли, Тюмень, Ёбург или Томск… Да хоть – Красноярск или Иркутск! Значит – земляк! И пусть от того Красноярска до Екатеринбурга по карте побольше, чем от Ёбурга до Москвы, но все равно – земляк!
- Не, так-то денег нам платили неплохо. Три месяца в горах, потом – в «пэпэдэ». Женился. Дурень был! Ну – чтобы все как у всех было. После контракта опять вопрос – куда податься? Горы мне уже остопиздели до рвоты. «Ментовка» - все так же… Устроился в один ЧОП, грузы сопровождали. Некоторые грузы у коммерсов охраны требуют. С оружием опять же – привычно. Больше двух лет откатался. Ничего так – подходяще. Мне что нравилось – и на месте не сидишь, не заскучаешь. Зарплата неплохая. А потом…
Илья рывком снял штангу с навешанными блинами со стойки и принялся качать становую, отчего прервался.
- А потом… Не, я так-то и до этого подозревал, что моя хвостом крутит. Но… мысли отгонял. А чего – баба она была красивая, дома – порядок. С командировки приезжаю – борщи, котлеты, все дела. И в койке тоже… Все нормально. А тут… что-то она совсем страх потеряла. Хорошо, что детей не завели. В общем, развелись. Я домой, в Красноярск уехал. А там чего? Батю схоронили, мамка старая, дома сидит да на здоровье жалуется. Старший брательник – баранку свою крутит. А мне что-то – неохота!
- А у нас как было? «Физуху» нам всегда на высоте держали. Ну и там прочее – махать руками, ногами. Пошел в спортзал знакомый, встретил мужиков, кто в спорте остался. Слово за слово… Предложили, решил попробовать. И ничего так получалось. Втянулся - тренировки, соревнования. Бывали подработки… это когда бои разные «жучки» устраивали. Денег поднимал неплохо. А потом здоровье стало подводить. Ушел, стал вот также инструктором в спортзале работать. Там у нас в залы все больше мужики ходят, а здесь, наоборот, баб больше. Через пару лет махнул рукой, да сюда, в Москву уехал. Два года в одном зале отработал, ничего так. Сюда перешел – здесь народу поменьше, а платят побольше.
Плехов уже знал, что Илья работает тоже, как сказала Ирина – два через два. Сменщицей у него была женщина. С красивой спортивной фигурой, но вот на лицо… Не Светка с Юлькой, если коротко. И не очень-то разговорчивая. С женщинами – да, а вот на Плехова внимания особого не обращала. Посмотрела, что не новичок, и больше не подходила. Ну и Евгений – не навязывался.
- Слушай, Илья! А ты такого – прапорщика Мещеряка не знал?
- Как? Прапорщик Мещеряк? А откуда он, где служил? – почесал нос инструктор.