taramans – Каннут, отродье Севера (страница 18)

Так и произошло. На Плехова накатила волна сладкой истомы, накрыла его с головой и схлынула, оставив «приятное послевкусие» и предвкушение близкого продолжения. Женщина затихла на более долгий период. И только ее пальцы, вцепившиеся в его плоть, продолжали то стискивать ее, то чуть ослаблять захват. Дождавшись, когда дыхание Лорри чуть выровняется, он немного виновато сказал:

— Я испачкал твою рубаху!

Красотка удивленно приоткрыла глаза, посмотрела вниз и с хрипловатым, дурманящим его голову смехом, протянула:

— Ничего страшного! Я сейчас ее сниму. Но ведь я тоже… выпачкала твою руку. Так что… мы на равных.

— Продолжим? — улыбнулся парень.

— Подожди, в горле пересохло. Давай выпьем по глотку вина…

Глава 8

— Ты как себя чувствуешь? — якобы участливо, но на самом деле не особо тщательно скрывая ухмылку, поинтересовался Филип.

— Нормально, — пробурчал Каннут, — только вот спать хочется сильно.

— Ну так кто тебя заставляет тащиться со мной? Прокатись по деревне, осмотрись. Можешь и за деревню выехать, здесь безопасно. Вон там, у местных, лесопилка. Интересное сооружение. Я сам в механике не очень разбираюсь, поэтому ничего объяснить не смогу. Но и просто поглазеть — тоже интересно. Что еще? Да не знаю я, чем тебе заняться! Можешь просто за околицу выехать да завалиться где-нибудь под кустом. Поспать, сил набраться на следующую ночь! — продолжал предлагать Каннуту разное маг.

— Да, наверное, так и сделаю. Прогуляюсь немного, да где-нибудь прилягу. Только вот про следующую ночь. Лорри тоже не пришлось поспать, и днем ей не выспаться. Так что — следующая ночь под вопросом! — вздохнул Кан.

— Ай, да ладно тебе! — отмахнулся маг, — Освежу я тебе твою подружку вечером. Будет как новенькая! Тебя бы пожалеть стоило, вымотает она тебя за ночь.

И Филип, махнув на прощание рукой и похабно посмеиваясь, отправился вслед за внуком старосты в сторону полей.

Им и впрямь спать не пришлось. Филип был прав, когда говорил, что оголодала молодка. Хотя, казалось бы — что, в деревне мужики кончились? Но, может, она так статус родственницы старосты бережет — с кем попало не грешит?

Каннут проехал по центральной улице деревни и через мост переехал на другую сторону, намереваясь посмотреть лесопилку. Что там за интересное сооружение такое?

Мостов в деревне было целых три. Один — большой, широкий. Две телеги свободно разъедутся. И вообще, этот мост, как сооружение, был интересен, и даже, наверное, красив. Ажурная конструкция из немалых бревен внушала уважение. Уважение и к себе самой, и к тому труду, что был затрачен на ее возведение. Плехов не был инженером и не мог оценить мост с точки зрения всяких там сопроматов, но… Красиво же! Чем-то напоминает железнодорожные мосты реальности. И деревянные быки, защищенные ледоломами, тоже были сложены интересно.

«Даже жалко стало, что я не инженер-мостостроитель! Оценить бы это с точки зрения наших технологий!».

Второй мост был куда как проще — вдвое уже по ширине, но чуть выше первого гиганта. Третий мостик — простой, пешеходный.

Кан переехал по большому мосту и двинулся чуть выше и правее, в сторону выезда из деревни. Во время завтрака парень буквально заставлял себя поглощать пищу, ибо есть ничего не хотелось, а вот спать — очень! Филип хранил тактичное молчание, лишь изредка переговаривался со старостой, обсуждая планы работы.

Старый Жанно же был сама невозмутимость. С него бы индейцев рисовать, а точнее — индейских вождей. Попыхивал трубочкой да попивал ароматный настой, который тут пили вместо чая.

Сначала Каннуту было очень неловко. Лорри, когда первое ее смущение прошло, ночью звучала громко. И только довольно сильный дождь, пошедший с середины ночи, возможно, приглушил, если не всю громкость концерта, который они выдали совместными усилиями, но — большую его часть! Да и гром иногда погромыхивал. Так что в доме могли и не услышать.

С момента подъема Кан женщину не видел, как убежала — лишь только начало светать, так и… Завтрак на стол им подала зрелая женщина, похоже, — дочь старосты, про которую говорил маг.

Не торопясь, Кан проехался по лесу до лесопилки, которую слышно было издалека.

«Ну и чего здесь такого интересного? Ну пилят бревна, и что? Только что пилы приводятся в движение водяным колесом, да вон те грузовые приспособления… Тали вроде бы их называют? Двигаются за счет мускульной силы быков, ходящих по кругу! А вон еще — двое мужиков чего-то ругаются, аж шум пил заглушают — так сильно орут друг на друга! Х-м-м… а вон тот мужик довольно интересный!».

Один из орущих бузотеров был примечателен. Чем? А тем, что он был гномом! Этакий эталонный гном, знакомый Плехову по фильмам Питера Джексона. Невысокого роста, хотя и не сильно отличающийся в этом от местных представителем мужского пола. Но вот в плечах?! В плечах этот потомок Ауле был как бы не втрое шире своего оппонента. Ну, если не втрое, то вдвое — точно, с запасом! И борода. Борода была завита в несколько косичек. На гноме был длинный фартук, рукава простой серой рубахи были подвернуты до локтей, открывая мощные предплечья. И Каннут засомневался, что толще — его нога или рука этого гнома? Хотелось бы рассмотреть этого представителя древнего подгорного племени получше, а то и поговорить, но вот обстоятельства явно свидетельствовали о невозможности этого в данный период.

«Облают меня с ног до головы, обматерят! И хорошо еще, если в морду не сунут. А таким кулачищем в морду получать — увольте!».

Сделав для себя заметку поспрошать вечером у старосты о данном индивиде, Каннут развернул коня и направился в другую сторону. По пути сюда он увидел очень симпатичную полянку, выходящую к речной заводи. Вот где можно будет искупаться не на стремнине, да и покемарить в теньке.

«Часиков пять… у-а-а-у-ф! А то и шесть!» — чуть не разрывая пасть зевком, Каннут помотал головой, отгоняя сон.

Вода была довольно теплой в этом участке реки, и парень с удовольствием искупался. Даже трусы снял.

«Нас делает привычка! А что привычнее для современных людей в реальности, чем принятие душа после трудового дня? Или — перед трудовым днем, тем более — после бурной ночи?».

А ночь была бурной. Нет, Плехов не осмелился предлагать Лорри прелести оральных ласк. Все говорило о том, что она в этом несведуща. Так что — ни ему не обломилось сладенького, ни женщине.

«Интересно! А вообще, здесь местные знают о таких способах?».

Но и без этого впечатлений у Каннута было — хоть отбавляй. Именно у Каннута, ибо Плехов был в таком деле куда как искушен. И часть этого опыта он постарался донести до подружки.

«А что? Чем не подружка? Пусть и временная, но все же! И таки да — у этой тушки это первая женщина!».

Подремывая под нежарким, пока еще солнышком, Каннут, улыбаясь, вспоминал прошедшую ночь.

Лорри, предложив выпить, не стала надевать сорочку, тем более что та была изрядно выпачкана Каном, но еще немного стеснялась — села так, чтобы парню не было видно особо откровенных участков тела. В неярком свете масляной лампы ее смуглое тело казалось еще более темным, и на изрядных «дыньках» грудей почти черными пятнами выделялись ореолы сосков. Последние были тоже не маленькими и задорно выпирали, нацеливаясь на Каннута.

Как уже отметил Плехов, фигура у женщины была не совсем в его вкусе. Подводил подружку невеликий рост. Но широкие, крепкие бедра, заметно очерченная талия и вот эти «дыньки» заставляли Каннута часто сглатывать слюну и отводить взгляд.

«Женщина-гитара!» — с улыбкой заставил парня осмотреть подругу Плехов.

— У тебя красивая грудь! Даже не скажешь, что ты рожала и вскармливала детей! — с удовольствием от осмотра сказал Кан.

— Правда? Тебе нравится? — даже в сумраке было видно, как зарумянилась от комплимента женщина, — Это все Филип… Ой!

Лорри поняла, что сболтнула лишнего, и одной рукой прикрыла рот, а второй — предмет обсуждения.

Плехов обнял подругу и шепнул на ушко:

— Красавица! Давай мы договоримся так: ты мне не жена, а я тебе не муж, чтобы ревновать тебя. И тебе нечего от меня скрывать. Мне все равно: с кем ты была, когда и как. Здесь и сейчас ты со мной, и мне очень хорошо с тобой! А все остальное… все остальное — это же было раньше?

— Правда? Ты правда так думаешь? — повеселела Лорри и, взяв в руку кружку, отпила вина, — Ты хороший, Кан! Я сразу поняла это…

«Подслушивала наши разговоры? Вероятно. Любопытная, но простая, и, похоже, болтушка. Скорее всего — не очень умна, но тебе сейчас с ней, что — шахматные этюды разбирать?».

Плехов подсел еще ближе и, повернув голову женщины к себе, поцеловал ее. Ее губы пахли вином и были терпкими и чуть кисловатыми на вкус. Парень, выпив вина, сбил появившуюся жажду и сейчас, под воздействием ли выпитого, от близости женщины ли снова почувствовал накатывающее желание.

— А ты разве больше не будешь пить? — немного удивилась Лорри.

— Я думаю, мы еще успеем и выпить, и перекусить, а сейчас я хочу другого! — потянул он подругу, повалив ее на кровать.

— Кан… Подожди, подожди… Я хочу попросить тебя… Только не будь нетерпелив. Я… Я немного побаиваюсь — он у тебя такой большой. Будь понежнее со мной… не надо так сразу…

И тем не менее предмет опаски она взяла в руку самостоятельно. Была нежна, но и любопытна — парень видел, как она косилась, разглядывая его. Плехову хватало опыта в этом деле, и он постарался быть аккуратным.