Тара Пэмми – Ночь любви или развод (страница 5)

С этими словами Ли бросилась вон из комнаты и побежала по коридору, едва держась на ногах. Дойдя до главной палубы, она рухнула на колени, задыхаясь.

Ее тело резко напряглось, когда послышались приближающиеся шаги. Нельзя, чтобы Ставрос видел ее в таком состоянии, иначе поймет, что ее угрозы всего лишь фарс.

Сделав глубокий вдох и расправив плечи, Ли подняла голову и обернулась.

– Привет, незнакомка, – вальяжно произнес Дмитрий нараспев и с вызывающей улыбкой протянул ей руку, чтобы помочь встать.

Она схватилась за его руку и поднялась. Насмешливый взгляд Дмитрия и заносчивое поведение ее не задевали, как это происходило со Ставросом.

При виде знакомого лица на нее нахлынуло странное тепло.

– Я вижу, – он окинул ее взглядом с головы до ног, – ты выглядишь просто великолепно, поэтому не буду спрашивать, как ты поживаешь.

По сравнению с холодным презрением и пренебрежением Ставроса легкость в общении с Дмитрием всегда приободряла ее.

– Пошли, я отвезу тебя домой. Твой муж будет бесконечно мне благодарен за то, что я спас тебя от ареста за неприличное поведение.

По телу Ли снова пробежала дрожь, ей становилось дурно при одном упоминании о том, какие узы связывают ее и Ставроса, и Дмитрий прекрасно это знал.

– Тогда ему не стоило бросать меня в твою огромную ванну. – Ее глаза снова потемнели от гнева.

В ответ раздался громкий беззаботный смех. Мужчина притянул ее к себе с самодовольной ухмылкой.

– Я не играю в твои игры, так что отстань.

Взгляд Дмитрия стал еще теплее. В прошлом она общалась с ним всего несколько раз, но каждый раз у него находилась добрая улыбка для нее, настоящая или наигранная. Ей так не хватало дружеского участия после обидных издевательств Ставроса. Но может, Дмитрий хотел втереться в ее доверие, чтобы выудить у нее какую-нибудь информацию и передать ему?

– Я скучал по твоим остротам.

– Жаль, не могу ответить тебе тем же, потому что не обладаю даром лести.

– Давай не будем умалять твоих талантов. Со мной тебе нет смысла притворяться, – ответил он и взял ее под руку, подводя к ступенькам.

Дмитрий всегда отличался проницательностью, и, насколько бы разными они ни были, их дружба со Ставросом прошла испытание временем. Сомневаться в ее нерушимости не приходилось.

Надев маску невинности, Ли возразила:

– Не понимаю, о чем ты. Кстати, я сама могу добраться домой.

– Я слышал ваш разговор.

– О, так, значит, ты настолько невоспитан, что готов подслушивать?

– Я прервал вечеринку через пять минут, но не мог уйти сам. Я боялся, что вы сделаете что-нибудь друг с другом, – протянул он.

– Тебя это не касается.

Схватив Ли за руку, Дмитрий развернул ее к себе лицом.

– Ты не можешь так играть здоровьем Джианиса. Это уже не просто детские шалости, которые ты затевала в прошлом, чтобы позлить Ставроса.

То, что Дмитрию всегда удавалось раскусить ее хитрости, раздражало ее.

– Все, что я хочу, – это свобода, возможность жить своей жизнью. Ты же понимаешь меня, правда? – бросила она ему, вспомнив, что Калиста рассказывала ей о юности Дмитрия до того, как Джианис подобрал его с улицы.

– Попробуй вести себя по-другому и изменить ваши взаимоотношения.

– Как? – Ли перешла на шепот. – Ставрос не оставил мне выбора. Там, – ее рука указала на нижнюю палубу, – это началось с блефа, но теперь… Я уже и не знаю, на что способна.

– Вы так погубите друг друга.

– Власть, как всегда, в руках твоего друга.

Все, что было у нее, – это губительная возможность причинить боль дедушке.

– Если Ставрос действительно тебе друг и если ты по-настоящему заботишься о благополучии Джианиса, тогда убеди его, что я больше не нуждаюсь в его опекунстве.

Два дня спустя Дмитрий и Ставрос устроили спарринг в ультрамодном тренажерном зале в центре Афин. Эта традиция появилась у них очень давно и прекрасно помогала разрешить конфликты и споры, которые частенько возникали между ними, когда Джианис только привез их в Грецию и им с трудом удавалось придерживаться изматывающего рабочего графика.

Но сегодня Ставрос оказался настроен очень агрессивно, потому что до сих пор не отошел от встречи с Ли.

«Ну, ты же знаешь, что мне плевать на всех, кроме себя самой, правда?» – Эти слова прочно засели в его голове. Чувственность ее губ, плавные покачивания бедер, ее темно-каштановые волосы, обрамляющие ангельское лицо… Ему до сих пор не верилось, что это восхитительное создание – Ли.

Ли, которая шипела, как оголенный электрический провод, когда он ненароком к ней прикоснулся, которая уже в шестнадцать умело провоцировала его, которая даже сейчас могла с легкостью разжать его железный кулак самоконтроля…

Нет!

Выставив вперед правую ногу, он нанес левый хук со всей силы. Хруст его костяшек о челюсть Дмитрия разлетелся эхом в тишине.

То, что Ставрос пошел в наступление, хотя обычно только защищался, ясно свидетельствовало о потере привычного самообладания.

– Дин-дон, – ерничал Дмитрий, потирая челюсть. – Очко в пользу Ли Хантингтон Спорадес. За все время, сколько мы друг друга знаем, ты никогда так агрессивно не наступал во время боя. Сегодняшняя победа по праву принадлежит ей.

Зная о проницательности друга и способности понимать истинные мотивы поведения людей, Ставрос не хотел обсуждать с ним ее.

– Приложи лед, – посоветовал он, поглядывая на него исподлобья.

Дмитрий остановил друга за руку, когда тот направился к выходу.

– Ты перегибаешь палку.

– Не стоит об этом говорить. – Тон Ставроса не предполагал продолжения беседы.

– Ты и так сделал намного больше, чем Джианис тебя просил. Пора умыть руки.

Джианис, которому они оба были обязаны всем, что имели сейчас, обратился к Ставросу лишь с одной просьбой, но он не справился с задачей.

– Тебе легко прощать себе свои собственные промахи и неудачи?

Лицо Дмитрия тут же превратилось в бесстрастную равнодушную маску.

– Я, по-твоему, выгляжу так, будто отказываю себе в чем-то в качестве наказания за ошибки прошлого?

– Увидимся на следующей неделе. – Ставросу хотелось скорее закончить этот разговор.

– Джианис просил тебя оберегать ее, не так ли? Но то, что произошло два дня назад… Ему следовало доверить ее мне. Я бы влюбил ее в себя и соблазнил, а затем отверг. Этот жестокий урок быстро бы привел ее в чувства.

– Но ты… – Ставрос неожиданно схватил друга за горло. Признание Дмитрия превратило его в бешеного пса. – Это тебе не какая-то девица легкого поведения, с которыми ты водишься на своих вечеринках. Она…

Дмитрий внимательно наблюдал за ним, даже не пытаясь высвободиться. Они оба знали, какие слова повисли в воздухе: «Она – моя жена».

И с каких это пор он стал считать Ли своей собственностью?

– Надо же… Железное самообладание Спорадеса дало трещину. Но даже мужчина, высеченный из камня, оценил бы эту сногсшибательную фигуру. Теперь у нее появилось новое оружие против тебя, – хмурясь, предупредил Дмитрий.

– Прекрати! Я же не сую нос в твою жизнь и не осуждаю тебя.

– Если ты поступаешь так, потому что тебя теперь влечет к твоей маленькой женушке, то…

– Иногда мне кажется, что ты мне вовсе не друг, а враг.

На лице Дмитрия не дрогнул ни один мускул.

– Ты самый благородный человек, которого я знаю. Но Ли может причинить вред Джианису. Тебе надо поскорее принять решение.

– Я это уже сделал. Пять лет назад.

– Тогда почему ты оставил ее под присмотром другого человека и держал на расстоянии? Ты не можешь наказывать вечно и ее, и себя.