Таня Ульянова – Любить друга отца (страница 31)

После нашей встречи в его ресторане я чувствовала себя ужасно. Я не могла перестать корить себя. И ничего никому не сказала. Даже Тане. Своей лучшей подруге, с которой всегда и всем делилась. Мне было страшно увидеть осуждение в её глазах.

Папу я поставила в известность, что еду к маме Матвея, хотя он и не был в восторге. И сейчас, как никогда, я радовалась тому, что его послали в очередную командировку.

Марина Сергеевна приняла нас очень тепло, тут же забрав у меня Верочку. Женщина не выпускала внучку из рук, кормила, качала, благодарила меня, что я не сделала аборт и родила её.

Уже сидя за столом за чашкой чая, я смотрела на дочь и понимала, что даже не знаю, кто из нас двоих кому жизнь подарил. Я ей или она мне?

Конечно с рождением ребенка появляется много дополнительных хлопот, но, когда маленькие нежные ладошки касаются твоих щек, волос, носа, когда ты видишь первую улыбку, первый шаг, кажется, что все трудности по плечу и ты живешь уже не для себя, а для этого маленького хрупкого человечка.

— Вик, а как у тебя дела с учебой? — вопрос Марины Сергеевны вывел меня из размышлений.

— Пока не знаю, — честно ответила я. — Верочку я не могу бросить и о восстановлении в академии я думать пока не могу. Меня кроме дочери сейчас ничего не волнует.

Она нежно улыбнулась, перебирая волосики Верочки.

— Да… Ради детей стоит жить, — проговорила она. — Вика, а как у вас с Матвеем дела?

При его упоминании по телу словно разряд тока прошелся. Меня аж передернуло. А в голове словно кадры из фильма всплыли воспоминания нашей прошлой встречи.

— Пожалуйста, не нужно о нем, — тяжело вздохнув, я опустила голову, пытаясь скрыть эмоции. — Наша история давно закончена, но я ни о чем не жалею. У меня есть Верочка и, если он захочет, он сможет видеться с дочерью, но я не смогу забыть, что было. Может быть когда-нибудь, но не сейчас.

Я понимала, что пытаюсь сейчас обмануть сама себя, но на душе было очень тяжело. Тяжело признать, что я переспала с человеком, который просто уничтожил меня, растоптал мою душу, разбил моё сердце. Признать, что до сих пор люблю его до озноба, до слез, до дрожи в конечностях. Просто не могла. Слишком больно мне было тогда и слишком пусто стало сейчас, чтобы прощать и возвращаться в прошлое.

Было около восьми вечера, когда Верочка уснула. Мы с Мариной Сергеевной сидели пили чай на кухне и она мне показывала детские фотографии Матвея, а я все больше находила их сходства с Верочкой.

— Как же Верочка похожа на Матвея… — пересматривая фотографии, проговорила женщина. — Вика, — повернувшись ко мне, женщина взяла меня за руку. — Девочка моя, я знаю, что у тебя творится на сердце, ну прости ты его… Он не хотел, чтобы все так вышло. Ты же его любишь, у вас дочь…

Мягко убрав ладонь с её руки, я встала из-за стола и подошла к окну, смотря куда-то в даль, только бы не на неё.

— Мне слишком тяжело, — борясь со слезами, проговорила я. — Марина Сергеевна, я до боли люблю вашего сына, но простить не могу. Мне больно. Я просила его выслушать меня. Я стояла перед ним на коленях, и это выше моих сил.

Опустив голову, я закрыла глаза, стараясь успокоить бешеный пульс. Надо же. Столько времени прошло, а я до сих пор люблю, как и любила.

— Девочка моя… — послышался её голос совсем рядом и теплые руки легли мне на плечи. — Оставь все плохое. Постарайся забыть. Ты сама себя ранишь этими воспоминаниями и от этого легче никому не станет. Отпусти, словно ничего этого и не было. Ты же любишь его… Я это вижу. Я это видела раньше. Глаза никогда не врут.

Молча уткнувшись ей в плечо, я позволила себе разрыдаться. От безысходности, от боли, которая просто убивает. От всего, что накопилось.

Матвей.

Очень долго думал над произошедшим здесь. В кабинете на этом диване. Думал и не мог поверить, что моя девочка была здесь со мной. Только вот внутри не было нужной радость и чувства счастья. Просто горечь. Словно горький кофе.

Налив себе немного виски, сел за стол, пытаясь найти в себе силы сейчас оставить её в покое. Даже если бы я побежал за ней, она не осталась. Слишком больно я ей сделал, чтобы простить.

Почему-то взгляд упал на небольшую стопку писем, которую принесла Таня. Письма Вики. Письма моей девочки, которые она писала мне.

Взяв первый попавшийся конверт и неуверенно распечатав, достал письмо и аккуратно развернул его. Мне казалось, что даже так я чувствую её. Нежный, тонкий аромат духов вперемешку с запахом орхидей на волосах. Ее запах я не перепутаю ни с чем.

Здравствуй…

Сегодня снова была у озера, вспоминая, как мы с тобой сбежали под конец свадьбы папы и Тани и долго стояли у воды в обнимку.

Я знаю, ты помнишь…

Помню… Помню, малая. Я все помню. Каждый твой взгляд, каждое движение, каждый вздох. Я помню все, что связано с тобой.

Я хочу, чтобы ты знал, я не изменяла тебе, Матвей. Очень жаль, что за годы, что мы знали друг друга, ты так и не смог понять, что кроме тебя мне никто не нужен.

С момента нашего знакомства ты стал центром моей вселенной, а остальные просто перестали для меня существовать. Ты стал моим воздухом, моим смыслом жизни. Я настолько тебя полюбила, что просто растворилась в тебе.

Я никогда бы не смогла тебя предать. Просто не смогла бы. Зная, как с тобой поступила Лариса…

Очень жаль, что ты сейчас далеко… Мне без тебя очень плохо. Возвращайся скорее, я очень скучаю по тебе.

У папы с Таней тоже все хорошо. По-прежнему очень любят друга. И мы любим… И мы с малышом очень любим тебя и всегда ждем…

Отложив письмо, откинулся на спинку кресла, закрывая глаза.

Господи… Какой же я идиот… Как я мог ей не поверить? Как я мог поверить этим тварям, а не любимой девушке?

Ну что ж… Придется нам снова встретиться, "приятель", только боюсь тебе не очень понравится эта встреча.

Остановив машину у знакомого дома, я заглушил двигатель и спокойно вышел из машины, предвкушая предстоящую встречу с "другом".

Покурил у подъезда, пытаясь немного успокоить пыл, но строчки из письма Вики по-прежнему крутятся в голове, только добавляя масла в огонь.

Выбросив окурок в мусорник, уверенно зашёл в подъезд и, поднявшись на нужный этаж, без труда нашел нужную дверь. Нажав на звонок, отошёл на шаг, ожидая пока мне откроет хозяин квартиры.

Не прошло и полминуты, как за дверью послышалась возня. Спустя мгновение дверь открылась и я увидел ублюдка, которого раньше называл другом. Который вместе с Ларисой разрушил наши с Викой жизни, заставил нас двоих пройти ад.

— А вот и ты, тварь! — злобно прошипел, со всей дури ударяя того под дых.

Потеряв равновесие, он упал на пол, упираясь руками.

Резко подняв его, я прижал к стене, с нескрываемой злостью и ненавистью смотря в глаза.

— Ублюдок! — я начал бить его в лицо со всей силы и злости, которая только была.

Мне было плевать, что будет дальше. Я готов был его просто уничтожить.

— Я тебя убью, тварь! — нанося удары, шипел я, но, когда он обессилел, остановился.

Я тяжело дышал, отойдя на несколько шагов. Хотел добавить ещё, но понимал, что будет перебор.

— Что, защищаешь свою подстилку? — сплевывая кровь со рта, ухмыльнулся он. — Раньше надо было думать, Баженов. Ты знаешь, в ней что-то есть. У тебя отличный вкус в бабах.

Кое-как поднявшись, он посмотрел на меня, криво улыбаясь.

— Хочешь знать правду? — снова сплюнув кровь, проговорил он. — А правда вот она. Да, она не изменяла тебе по собственной воле. Я сам ее трахал! Сам! Лариса подлила ей в чай какую-то гадость, ей стало плохо, а потом твоя бывшая супруга передала её в мои руки. А я делал с ней, что хотел. Я трахнул твою малышку словно подстилку и ждал, когда ты появишься. Хоть трахать её в планах не было, но мне понравилось. Одобряю. Отличный выбор.

Эти слова стали последней каплей. Я начал бить его головой о стену, окончательно потеряв над собой контроль. Он… Он изнасиловал мою Вику. Он посмел прикоснуться к ней, подставив её, словно она сама мне изменила.

Я пришел в себя, только тогда, когда передо мной упало почти бездыханное тело, а у головы образовалась лужа крови.

Глава 34

Матвей.

Этого ублюдка уволокли в больницу на скорой, и все это время, я сидел на крыльце данной пятиэтажки, выкуривая уже четвертую по счету сигарету. Только бы выжил. Только бы не сдох по дороге.

Тяжело вздохнув, опустил голову, пытаясь привести мысли в порядок. Он это заслужил, но я был виноват. Я не сдержался, когда он сказал что изнасиловал Вику. Просто не сдержался. Полностью потерял над собой контроль, а теперь сижу, молясь чтобы он выжил.

Облегчения от того что я накостылял ему не было никакого. Горечь ещё больше заполнила меня. Чертов придурок. Добавил себе проблем, да ещё и выпивший. Идиот!

Когда следователь взял с меня подписку о невыезде, я вздохнул с облегчением. Ну хоть так, уже хорошо. Теперь остаётся ждать, когда этот ублюдок придет в себя, и напишет ли заявление, или нет.

Только я не хотел сейчас об этом думать. Хотел оказаться рядом с моей девочкой. Услышать её голос, почувствовать её нежные руки, её тепло.

Достав из кармана телефон, в очередной раз набрал её номер, но от этого ответ не поменялся как и предыдущие сотни раз.

" Абонент недоступен".

Швырнув телефон на семью, про себя чертыхнулся.

Что ты делаешь со мной, Вика? Я же просто хочу с тобой поговорить. Хочу в очередной раз извиниться. И плевать что ты не простишь. Я попрошу ещё. Буду просить сколько нужно, только ответь. Только поговори со мной.