Таня Туманная – Принцесса для Тёмных Земель (страница 9)

Мой супруг улыбнулся мне радостно. Не похоже, чтобы он планировал продолжать.

- А мир-то вам зачем?

Он посмотрел на меня с искренним недоумением.

- Жить спокойно. Мы не так давно избавились от теневых демонов. Мало кто хочет и дальше погибать За-Рекой. Даже Цаагал, из-за которого вы напали на нас двадцать лет назад, не планировал войны.

В детстве у меня, само собой, была нянька. Пытаясь воспитать из вредного ребёнка приличную королевскую дочку, старуха частенько бранилась, мол, знаешь, что делают с непослушными принцессами? Их отдают Тёмному Властелину!

Конечно же, ей пришлось описать мне и то, что делает с принцессами этот самый Властелин. Детали страшилки всё ещё иногда снились мне в кошмарах.

Самое ужасное, что большая часть оказалась правдой.

Я не стала сдерживать отвращение.

- А что же он, прости меня Принц Ясности, планировал, мучая принцессу Энии? На что рассчитывал?

- Что она ненужная, — без тени сомнения ответил мне мой супруг. Я поперхнулась и шокировано на него посмотрела.

Джархан с видимой неловкостью потёр руки и слегка кашлянул:

- Я не имею в виду, что он прав. Но я знаю: Цаагал не думал, что вы нападёте на него из-за этого.

- Почему? — взяла я себя в руки и спросила максимально ровно.

- Такие у нас порядки. Мы долго жили с демонами. Они забирали людей. Тех, кого любили, мы прятали, выкупали или вымаливали. А тех, кого нет — отдавали. Цаагал думал, что может делать с вашей принцессой то же, что делали с нашими людьми демоны, раз уж ему её отдали.

Я хватала ртом воздух, не в силах подобрать слов. Мораль местных была предельно ясной, но выходила за рамки понимания нормального человека. Наконец, я выдавила сипло.

- Надеюсь, ты сообразительнее.

Он посмотрел на меня сверху вниз. Слуги заранее растопили камин. Чадящие светильники я приказала оставить снаружи, и потому пляшущее пламя было единственным освещением в комнате. Тёмные провалы глазниц Джархана показались мне донельзя зловещими.

- Да. Мы следили за вами. Слали шпионов. Многих вы ловили, но некоторых нет. Я знаю, что ты должна остаться живой, невредимой и иметь здравый рассудок. Мне сто́ит отпускать тебя домой время от времени, чтобы ты успокаивала родных. Но делать это так, чтобы потом ты возвращалась. Я ещё не понял, как я должен этого добиться, но разберусь, если ты дашь мне время до декабря, — говорил он так, будто читал с книги.

Мне стало зябко.

- Кто я здесь?

- Ты моя супруга, — сказал Джархан твёрдо, — я не могу дать тебе власти. По крайней мере сейчас. Твои бытовые приказы слуги будут выполнять незамедлительно и со всем старанием, а если захочешь чего-то необычного, то обращайся ко мне. Потом посмотрим.

- Какие у вас вообще законы о престолонаследии? — не понравилась мне абстрактность ответа и все эти «сейчас» да «потом».

Джархан пожал плечами:

- Сложный вопрос. Ещё тридцать лет назад Властелина назначали демоны из числа своих любимчиков. Он и занимался-то тем, что сервировал для них стол повкуснее. Потом мы решили сделать власть наследственной по вашему образцу, но, по большому счёту, изменилось немногое. У Цаагала было много потомков. Сейчас друиды и главы кланов договариваются между собой, кого из его детей они хотят видеть на троне. И как долго.

Немного помолчав, Джархан добавил:

- Нам тяжело дались последние войны. Если бы эта земля не была пропитана нашей кровью на метры вглубь, то мы бы уже проиграли. Нам нужен мир. Я его пообещал. Не справлюсь, и от меня избавятся.

- Хорошая мотивация, — вздохнула я и, повинуясь внезапному импульсу, положила ладонь ему на руку, — Сочувствую.

Он посмотрел на меня с удивлением и резко поднялся на ноги. Потёр руку, как будто я чем-то её вымазала.

- Не обижай Сарано, пожалуйста. Она старается, — попросил он мягко.

- Не отгрызть кому-нибудь голову? — пошутила я.

Джархан не улыбнулся.

- В том числе.

Затем он ушёл, а я осталась в комнате одна.

Глава 5

Лилит

Вскоре после ухода моего супруга за окнами послышались скулёж, рычание и звуки возни. Я догадалась, что Джархан пошёл за волками. Обычно животных, как объяснили мне во время экскурсии, свободно пускали в замок, но сейчас, ради моего спокойствия, попытались оставить снаружи. Виконт Шеффрский со смехом рассказывал, как долго и тщательно слуги отдраивали комнаты от шерсти и запаха псины перед моим приездом. Вежливо поблагодарив хозяев за старания, я уверила их, что животные в замке — это последнее, чем меня можно расстроить. Только завидовать буду по-чёрному.

Сейчас Джархан заберёт питомцев в свою комнату. Если, конечно же, постель уже не занята какой-нибудь миловидной, чересчур брезгливой особой.

Эта мысль меня злила. Отправляясь сюда, я даже не задумывалась о том, что Тёмный Властелин может мне понравиться.

Последним, кто нравится мне, был жених моей младшей сестры. Сара была ещё совсем девочкой, когда Крис переехал к нам. Он любил животных, любил прогулки по реке на лодке. Мы были почти ровесниками, и нам было, действительно было интересно вместе.

Помню, как я спрашивала у отца почему не я. Я тоже принцесса и по возрасту подхожу больше, почему Крис приехал не ко мне? Отец нёс какую-то чушь, ссылаясь то на мою роль потенциальной наследницы, то на друидов, то на родителей Криса. Чуть позже Найли выяснила для меня правду.

Когда Крису показали мой портрет, то первой его реакций было «а нет ли у Его Величества других дочерей?»

Не помню, чтобы я плакала об этом. Внутри будто вымерзло всё, что касалось противоположного пола.

А теперь вот, кажется, оттаяло. Очень не вовремя.

Закрывая глаза, я видела лицо Джархана, подсвеченное бликами пламени.

Чего стоило мне накраситься и одеться наряднее? Научиться делать причёски? Почему я не забрала сшитые матерью платья?!

Заткнув рот подушкой, я зло рассмеялась. Что за чушь! Помнится, на портрете, отправленном Крису, я была не только собрана лучшими мамиными модистками, но и слегка приукрашена льстивой кистью художника. Не помогло! Если даже на портрете не помогло, то что говорить о жизни. Графиней Станской — безупречно-хрупкой куколкой с нечеловечески серым лицом я всё равно не стану, что бы я с собой не делала. Проще смириться и не тратить время. Да, пускай и не выйдет из меня красавицы, но хоть снисходительную жалость не буду вызывать бесполезными попытками.

Решить было проще, чем сделать...

Мне стало дурно, душно и тесно в убогой комнате. Давил низкий потолок, раздражал горьковатый запах трав, которыми, судя по всему, отмывали пол и стены. Постель была слишком мягкой, постельное бельё грубым, а звуки из окна — громкими.

Меня бесило абсолютно всё, и справляться с этим я умела лишь двумя способами.

Никого из моих питомцев под рукой не было.

Лес был чужим и отказывался отзываться мне, но это всё-таки был лес. Прогулки на природе всегда успокаивали меня.

Я подошла к окну и распахнула ставни. В комнату хлынул прохладный воздух, пахнущий животными и дымом. Я поёжилась. Здесь было холоднее, чем дома и одежду, подобранную для наших температур, стоило бы сменить на что-то потеплее. Матушка, насколько я помнила, положила мне тёплый плащ и несколько камзолов из плотной шерсти.

Я посмотрела на сундук. Копаться в нём мне было лень. Так пойду. За час-два серьёзно я не замёрзну и тем более не заболею.

Осталось решить одну маленькую, совсем пустяковую проблему.

Рядом с моими окнами рос шиповник. Я попыталась отломить веточку в локоть длинной осторожно, но у меня, разумеется, не вышло. Шипы чувствительно поцарапали мне пальцы. Я зашипела зло, но дело закончила и вернулась с добычей к своему сундуку. Вытащила расчёску, на которой оставались мои волосы.

Законы Рубежных королевств не позволяли мне войти в полную силу, но ряд мелких фокусов я освоила без ведома и помощи наставников.

Настоящий друид никогда не потеряется в лесу. После инициации те начинали особенным образом чувствовать землю и направление. Развлекая меня и Найли, один из придворных друидов, помнится, угадывал, из какой части замкового сада мы срывали внешне совершенно одинаковые травинки.

Неофиты так не умели. В незнакомом лесу я могла потеряться. Такого позора мне, само собой, не хотелось.

Поцарапавшись ещё пару раз, я свернула ветку шиповника в узел. Начала накручивать на растение снятые с гребня волоски.

Пальцы покалывало, но магией, а не колючками. С каждым оборотом волоса я привязывала себя к ветке. Тянула что-то внутри себя. Было больно. Инициированные друиды, как признался мне как-то один из них, редко использовали свои собственные силы. Вся суть состояла в том, чтобы черпать их из природы, лишь преобразуя нужным образом.

Но чтобы колдовать по-настоящему, требовалось пройти инициацию. Неофиты могли пользоваться лишь своей собственной магией, чьи запасы, как правило, были более чем скромными.

Колдовство самоучки рвалось от любого неосторожного движения, но я была аккуратна. Оборот за оборотом я закрепила свои волосы — и тончайшую нить своего дара — за узел шиповника. В высшей степени бережно положила самоделку на стол. Настоящие амулеты можно было кинуть в бурную реку, а затем отыскать спустя километры порогов. Мой сломается, если я уроню его со стола — соскользнут обороты волоса, а с ними разойдутся и неумелые чары.

Но раз уж теперь по моей комнате не бегает невоспитанная волчица, то и ломать амулеты некому.