Таня Свон – Мой любимый вожатый (страница 8)
– Не сниму, – уперлась я и тоже сделала шаг ему навстречу. Ну а что? Не только Денис может строить из себя альфу.
Наши прямые, наполненные вызовом взгляды встретились. Мы не отворачивались и продолжали упрямо сверлить друг друга глазами. Не знаю, сколько бы еще продолжалась игра в гляделки, если бы Денис не сжульничал.
– Тогда я сам сниму, – сказал он низко, почти утробно, и острые уголки его губ медленно поползли вверх.
Я тут же встрепенулась и отвела взгляд, отшатнувшись. Но Денис оказался очень ловким и достаточно сильным. Он легко поймал мои запястья и, несмотря на сопротивление, почти без усилий завел их над моей головой.
Вместо крика из груди вырвался рык. Я старалась высвободиться из стальной хватки, металась, как пташка в силках… И даже не подумала, что так делаю себе только хуже. Пока я пыталась вырваться, бойцовка чуть сползла, полы раскинулись, представив чужому взору мое почти оголенное тело. Я поняла, что совершила ошибку, когда Денис резко замер, а его взгляд опустился вниз.
Мы оба застыли: Денис от неожиданности, а я в смятении. И ведь сделать ничего не могла, а заведенные за голову руки как нельзя кстати способствовали лучшему обзору тела, прикрытого лишь крохотными лоскутками белья.
– Прости!
Денис отпустил мои руки так резко, что я чуть не упала. Отшатнулась, запахнула бойцовку и выкрикнула:
– Извращенец! Только скажи что-нибудь, и я сотру эту улыбочку с твоего лица!
– Какого черта ты вообще ходишь голая в моей бойцовке?!
– Я тебя просила выйти!
– Еще меня извращенцем называешь? – не слыша меня, возмущался Денис. – Странно слышать такое обвинение от девушки, которая встретила гостя в нижнем белье!
– Ты глухой или тупой?!
– Да и явиться на мероприятие в мокрой белой футболке… – Мои слова он опять пропустил мимо ушей. – Это же ужасно пошло и банально! Если бы я тебя не спас…
– Чего? – протянула, едва сдерживая смех. – Спасителем себя возомнил? Достал.
– Чем это? – обиженно вопросил Денис.
– Выходить ты, похоже, не собираешься, да и меня уже видел, так что пофиг.
Сказав это, я сняла бойцовку, скомкала ее и швырнула вожатому в лицо. Вот так! Потому что нечего пялиться!
– Все. Ты получил, что хотел. Выметайся уже скорее, сил нет тебя терпеть.
Денис оторопело уставился на меня. Я же с раздражением скрестила руки на груди, даже не понимая, что так акцентирую на ней и без того пристальное внимание парня.
– А ты знаешь, чего хочешь, – протянул он с одобрением напополам с обидой. Похоже, его сильно задел мой трехочковый. – Знаешь, такие девушки очень даже…
Договорить Денис не успел. Дверь в мою комнату распахнулась без предупреждающего стука.
– Что здесь происхо…
Несказанные слова застыли на губах серой, как туча, Буч, когда она увидела открывшуюся перед ней картину. И я бы могла попытаться доказать, что ничего такого здесь не происходит, что между мной и вожатым ничего нет, что мы просто ссоримся…
И это могло бы сработать, если бы на мне было чуть больше одежды.
– Ясно, – бесцветным голосом заключила Буч.
Она скользнула по мне потемневшим взглядом, проигнорировала Дениса, что обернулся на гостью через плечо, а затем вышла из комнаты, оглушительно хлопнув дверью.
Едва снаружи все стихло, Денис оглянулся и одарил меня странной, но довольной улыбкой. Правда, мои мысли ускакали вслед за Буч. Если та захочет, то легко распространит слухи, которые пустят корни благодаря лагерной журналистке.
– Моей репутации конец, – быстро смирившись с неизбежным, выдохнула я.
Денис хмыкнул, привлекая мое внимание:
– Конец твоей репутации настал еще вчера, – напомнил он. – Так что тебе нечего терять. Да и вообще…
Тут он затих, постучал пальцем по подбородку, будто что-то вспоминая, а затем спросил:
– Напомни, как тебя зовут?
От абсурдности ситуации я не смогла сдержать слабого и хриплого смеха. Еще никогда я не представлялась парню, стоя в подобном виде! По логике вещей, последовательность должна быть обратной: сначала знакомство, влюбленность, а уже потом – долой одежду. Но с Денисом ситуация давно вышла из-под контроля.
– Яна, – ответила, хотя стоило бы без предисловий послать придурка куда подальше. За горизонт, например.
К моему удивлению, возмущение погасло на фоне другого чувства… Мне было весело.
Я потрясенно уставилась на Дениса, что по-прежнему стоял в центре комнаты, и вздрогнула от его взгляда, который вдруг стал спокойным и внимательным. Денис будто понял что-то без слов.
– Я в тебе не ошибся, – заключил он, снова натянув нахальную улыбку.
– О чем ты? – спохватилась я, когда парень уверенно направился в мою сторону. Думала, он опять попытается меня поймать, но Денис прошел мимо, устремившись к окну.
Вместо ответа он забрался на подоконник, без разрешения открыл окно и свесил ноги на улицу. От прыжка с первого этажа никто, конечно, не пострадает, но в чем проблема воспользоваться дверью? Или Денис просто хочет позлить Буч, которая, я уверена, сторожит коридор? Да и другие ребята из штаба, без сомнений, уже в курсе последних сплетен и наверняка следят за развитием событий.
– Эй! – грозно окрикнула я, и наглец все-таки обернулся.
– Знаешь, как ребятня в моем отряде говорит? На «Эй» зовут коней, – продекламировал вожатый с серьезным видом. Для пущей важности оставалось разве что палец поднять. – А я, вообще-то, Денис.
«А я, вообще-то, знаю», – едва не слетело с языка, но успела его прикусить. Нечего потакать самолюбию этого чудака, которое и без того раздуто настолько, что остальные качества атрофировались.
Наши взгляды, мой прожигающий и его насмешливый, скрестились, будто сабли.
– Вали уже, – проскрипела, напоровшись на очередной бесстыдный взгляд.
– А ты наслаждайся каникулами и не грузись, – подмигнул Денис. – Ты здесь всего на несколько недель. Никого из этих людей, – он махнул рукой, очерчивая широкий полукруг и имея в виду весь лагерь, – после этого лета ты больше никогда не увидишь. Так зачем печься о какой-то репутации, отношениях?..
Его слова всколыхнули во мне волну неоднозначных чувств. С одной стороны, я противилась такому заявлению. А с другой… Уже нарушила правила, когда в первый же день командировки пошла купаться. Подыгрывала Денису, хотя могла сразу закричать и позвать на помощь. Мне бы не пришлось ссориться с ним и оставаться в одном белье. Но нет!
И все-таки я переняла от мамы больше, чем хотела бы.
Денис прав, и, похоже, лето вдалеке от дома развязало мне руки. В моих силах остановиться, думать только о работе и блюсти местный закон. Но я уже стою перед едва знакомым парнем почти раздетая, а он выпрыгивает из моего окна как подросток, чтобы позлить случайных зрителей иллюзией нашей близости.
И самое ужасное – я ни капельки не против.
Наверное, эти мысли были написаны у меня на лице, потому что Денис вдруг расплылся в довольной улыбке. Затем он коротко отсалютовал мне на прощание и выпрыгнул в окно.
Глава 6
После ухода Дениса я еще минут пятнадцать не могла успокоиться. Чувствовала себя так, будто по венам течет не кровь, а жидкий солнечный свет.
И как все это понимать?
Не выгнала парня, который открыто разводил на эмоции, не позвала на помощь и даже не попыталась действительно оказать сопротивление, а предпочла лишь сыграть его.
Глупо врать себе – это самое бесполезное занятие. Проще признаться – мне понравилось играть с огнем – и уже без иллюзий и самообмана думать, что делать с этим выводом дальше.
Денис излучал особую энергию, которая манила к себе магнитом. Он дерзкий, самоуверенный, напористый. А еще – беззаботный и легкомысленный.
Как он сказал? Зачем печься о репутации и отношениях?
Еще несколько минут я валялась в кресле, пустым взглядом уставившись в потолок, и думала о словах Дениса. Вспоминала о маме. Думала ли она так же, когда закрутила служебный роман на другом конце страны, а потом просто сбежала? От меня, от папы. Она говорила, что жизнь дана, чтобы наслаждаться ею, и я безоговорочно верила… Пока ее счастье не стало стоить мне моего.
И, похоже, где-то глубоко в сердце я все же простила маму за ее побег или же бесконечно этого желала, потому что сейчас ее кредо не рождало в душе отвращения. Наоборот, мне хотелось понять, действительно ли мимолетное наслаждение может оказаться ценнее привычной жизни? Ценнее морали?
Может, я искала матери оправдания? Жаждала представить себя на ее месте и понять – испытывала ли она сожаление, когда ради минутных слабостей отворачивалась от всего остального?
Шумно выдохнув, я резко поднялась на ноги и решительно двинулась к шкафу. Не нравится мне эта революция, которую в моем сердце устроил Денис…
Я быстро оделась, чтобы как можно скорее оказаться на улице. Мне необходимо прогуляться, освежить мысли, глотнуть свежего воздуха и шелестом волн заглушить чужой голос в мыслях.
«Я в тебе не ошибся», – повторял он раз за разом, и я утопала в водовороте слов.