Таня Соул – Невеста каменного лорда (страница 10)

– Именно, – согласилась надзирательница. – Но это не значит, что можно забыть о правилах. Только в качестве исключения, Ваша Светлость, сегодня я оставлю вас с Эмили наедине, – она взглянула на меня оценивающе и, кивнув собственным соображениям, поднялась из-за стола.

– Не засиживайся, – велела она мне и наконец-то удалилась.

Мы же с лордом Грэмтом вдвоём направились в гостиную.

– Почему вы попросили госпожу Гийер удалиться? – поинтересовалась, не найдя его поведению логичного объяснения.

– Вы говорили, что её компания вам не по душе, – ответил он так, будто я спросила о чём-то очевидном.

– Сделали это для меня? – переспросила я, силясь поверить в услышанное.

– Леди Мунтэ, – лорд Грэмт наклонился ко мне так близко, что между нами оставалось не больше полуметра, – даже у моего, как вы это называете, равнодушия есть предел. Я не слепой и вижу, что происходит. Если госпожа Гийер вновь перейдёт черту, обязательно расскажите об этом мне. Думаю, я смогу поставить её на место.

– Отправите её обратно в Эргейб? – невольно усмехнулась.

– Возможно, – ответил он со всей серьёзностью.

– Ваша Светлость… – начала я, но лорд Грэмт меня перебил.

– Алан, – сказал он. – Вы можете называть меня по имени.

– Наверно и вам тоже хотелось бы называть меня по имени? – поинтересовалась, не веря, что спрашиваю его об этом.

– Мне было бы… – он запнулся. – Мне было бы это приятно, – закончил уже более уверенно.

– Что ж, – кивнула я. – Пожалуй, так и правда будет лучше, – стоило этим словам сорваться с губ, как я вновь ощутила удушливую неловкость, за которой последовало чувство вины. Я оставила родной дом и возлюбленного всего пару дней, но уже преспокойно сидела наедине с нежеланным женихом и позволяла ему называть себя по имени.

– Лорд Грэмт… Алан, – поправила себя, – пожалуйста, не поймите мои расспросы насчёт госпожи Гийер неправильно. Какими бы ни были наши с ней отношения, она ваш лучший союзник. Поверьте, если она покинет этот замок, вы останетесь наедине с неизбежным поражением.

– А если не покинет? – спросил он.

– Тогда в поражении у вас будет компания, – усмехнулась я, за что удостоилась очередного внимательного взгляда лорда Грэмта. Он жёг и пробирал до костей одновременно. Будто жених смотрел в глубину моей души, минуя не интересовавшее его тело. И столько в том взгляде было голода, столько желания, отчаянного, тоскливого, что мне захотелось прикрыться. Отгородиться от него или вовсе уйти.

– Сегодня вы ведёте себя иначе, – сказала, не выдержав.

– Вы тоже, – лорд Грэмт наконец отвёл взгляд и отвернулся к зажжённому камину.

– Потому что мне было интересно, – ответила, взвешивая, раскрывать ли карты сейчас или подождать, когда партия будет доиграна. Но наш задушевный разговор настолько выбивал меня из колеи, что изображать из себя счастливую невесту больше не было сил. – Хотела убедиться, что в вас можно вызвать хоть какие-то чувства, – ответила, разрушив дружелюбную атмосферу между нами.

Лорд Грэмт напряжённо замер и вновь взглянул на меня, но на этот раз в его взгляде читалась боль. Не такая, на которую способны обычные люди, но приглушённая и едва заметная. Однако я безошибочно её разглядела.

– Вам удалось? – спросил он сдавленным голосом.

– Да, – ответила, ощущая, как на душе делается гадко от собственного поведения. – Иногда вы становитесь похожи на человека, – вновь попыталась его уколоть и даже догадывалась, зачем так поступила.

Его равнодушие с нашей самой первой встречи не давало мне покоя. Я реагировала на него, словно бык на красную тряпку. Мне хотелось разорвать его бесчувственность в клочья, тряхнуть его так сильно, чтобы наконец разбудить. Именно поэтому я с такой лёгкостью нацепила на себя яркое платье и улыбалась во время ужина, потому же осыпала жениха обидными словами. Боль – это тоже эмоция.

Как и в прошлые разы, лорд Грэмт повёл себя непредсказуемо. Он мне улыбнулся. По-настоящему. Так, как не улыбался раньше.

– Если даже вы рассмотрели во мне что-то человечное, тогда для меня ещё не всё потеряно.

Мои щёки вспыхнули от стыда.

Лучше бы он ответил мне оскорблением, как делала это Лукреция, или укорил и пожурил меня, как отец и братья. Зачем он отреагировал именно так?

– Не думайте, что это что-то изменит, – испугавшись происходящего, я попыталась стереть с губ жениха несвойственную ему улыбку. Но мне не удалось.

– Всё уже изменилось, – ответил он.

От его слов меня в очередной раз бросило в жар и захотелось немедленно сбежать из этой душной гостиной. Лорд Грэмт, заметив мой направленный к выходу взгляд, поспешил перевести тему.

– Завтра я должен буду доехать до крестьянских угодий. Вы хотели бы составить мне компанию? – его неожиданный вопрос застал меня врасплох.

Я знала, что на него стоило ответить отказом, но так сильно тосковала по лесам своего графства, что не нашла в себе сил отклонить предложение.

– Как думаете, мы можем отправиться туда без госпожи Гийер? – спросила и с замиранием дожидалась ответа.

Глава 6

:Алан Грэмт:

Её взгляд. Этот огонь в её взгляде – вот, что заставило меня вернуться за ней после провальных смотрин. Её мятежный и свободолюбивый дух, её способность глубоко чувствовать и бесстрашно делиться этими чувствами с другими.

Я опасался, что после приезда сюда её огонь погаснет. Что она заразится от меня холодностью и больше никогда не будет собой, жизнерадостной и своенравной Эмили Мунтэ. Но сегодня мои опасения рассеялись. На ужин она вышла прежней. Гордой, смелой и не покоряющейся обстоятельствам. В её непокорности и жизнелюбии была особая красота. Ни её платье, ни юное и стройное тело не радовали взгляд так, как огонь жизни в её ярко-зелёных глазах.

– Как думаете, мы можем отправиться туда без госпожи Гийер? – спросила она, взглянув на меня обнадёжено.

Наконец-то и я мог дать ей что-то, в чём она нуждалась, и не осмелился бы отказать, даже если бы она потребовала у меня жизнь.

– Непременно, – пообещал ей. – Я придумаю, чем занять вашу гувернантку.

За столь быстрое согласие невеста одарила меня едва заметным, но одобрительным кивком.

Когда угли в камине начали превращаться в золу, Эмили зевнула устало и в очередной раз взглянула на дверь гостиной. Держать её дольше я не мог.

– Уже поздно, – предложил ей оправдание для ухода. – Если устали, я провожу вас до покоев.

– Мы спим по соседству, – усмехнулась она. – Не обязательно провожать, можно просто пойти наверх вместе.

«Вместе», – одно это слово, будто камень, брошенный в покрытую ледяной коркой воду, бередило мою обездвиженную душу. Оно врывалось в привычную пустоту одиночества и наполняло её доселе немыслимыми звуками.

Дождавшись, когда Эмили войдёт в свои покои, я коснулся закрывшейся за ней двери и не мог поверить, что нас разделяла лишь она. Деревянную дверь, вставшую между нами, можно было легко открыть при желании.

От этой мысли мои онемевшие чувства снова пришли в движение, а грудь свело от прорвавшейся через немоту эмоции. Мне хотелось увидеть, как Эмили сама откроет для меня эту дверь. Я хотел этого так сильно, что в груди саднило.

Ночь, наполненная ожиданием, казалась бесконечной. С трудом я заснул, но уже спустя несколько часов, задолго до рассвета, вновь открыл глаза. Мне не спалось.

Дождавшись пробуждения слуг, нашёл управляющего и передал ему список дел, особенно настойчиво попросив отвлечь гувернантку.

– Займи её чем-нибудь, – велел господину Орно. – Пусть выберет постельное для подопечной, или новую мебель, или отправится с тобой на подбор прислуги. Леди Мунтэ, помимо гувернантки, понадобится личная служанка. Скажи, что в доме нет подходящей девушки. В общем, что бы это ни было, но госпожа Гийер должна быть занята до самого вечера.

– Будет сделано, Ваша Светлость, – поклонился управляющий. – Можете на меня положиться.

В крестьянские наделы я решил отправиться в бричке. Из неё Эмили сможет лучше насладиться пейзажем, да и ветер сегодня был не таким пронизывающим. Дождавшись, когда подадут экипаж, я постучал в комнату невесты.

Она выглянула и, взволнованно на меня посмотрев, спросила полушёпотом:

– С госпожой Гийер не возникло проблем?

– О ней не беспокойтесь, – заверил, подавая невесте руку. – Если вы собрались, то можем отправляться.

Она замерла в нерешительности, и спустя долгое мгновение коснулась тонкими пальчиками моей открытой ладони. Я осторожно положил её руку себе на локоть. Каждое движение, каждый шаг мне приходилось взвешивать, чтобы ненароком не разрушить происходившее волшебство и не спугнуть невесту.

Всю дорогу до крестьянских угодий я не мог оторвать от Эмили глаз. Столкнувшись с несправедливостью и оказавшись в ненавистном ей месте, даже после такого она не могла долго грустить и во все глаза смотрела на с таким трудом сохранённые крестьянами растения. Её тяга к жизни меня поражала и пробуждала во мне давно уснувшую надежду. Казалось, если я задержу Эмили чуть дольше, проведу с ней чуть больше времени, то её огонь обязательно перекинется и на меня.

Мы проехали вглубь яблоневого сада и остановились у домика старшего садовника.

– Можете пока погулять, – обратился к Эмили, подавая ей руку и помогая спуститься с брички. – Мне нужно кое-что обсудить с садовником, а после мы продолжим осмотр.