Таня Нордсвей – Рождество у Уоллесов (страница 2)
Рука Алекса скользнула в мои трусики, я задохнулась от переполняющих меня в этот момент ощущений. Наши языки сплелись, моя кожа вспыхнула от экстаза и…
– Алекс… мне нужно… – начала пытаться выдавить из себя что-то членораздельное я в перерывах между стонами, когда он вжался своими бедрами в мои.
Получалось так плохо, что я сама с себя была недовольна. Мозги превратились в кашу, ведь тело теперь слушалось только Алекса. И зависело от его прикосновений.
– Да, моя сладкая? – его тяжелый стон в мои губы чуть не толкнул меня на грань.
– Мне нужно бежать… – ответила я, сама поражаясь тому, что вообще еще имела силы на сопротивление.
– Моя Ливи сейчас только моя. Я не буду её ни с кем делить.
– Но Алекс, меня ждет Несса…
– Пять минут.
– Это выйдет во все пятьдесят.
За это время я уже успела стянуть с Алекса рубашку и все дальше и дальше в своих мыслях уходила от того, чтобы убегать на встречу с подругой. Тем более, что мое изголодавшееся тело так соскучилось по Алексу, что я была готова наброситься на него прямо здесь, в коридоре. И от этих противоречий я разрывалась, умом понимая одно, а телом – абсолютно другое.
– Ничего страшного. Скажешь, что тебя искусил пирог и ты задержалась покушать.
Кажется, и у Алекса заплетались мысли. Потому что он нес какую-то чушь, а я её поддерживала:
– Ммм, – протянула я, закусывая губу и запрокидывая голову, открывая Алексу шею для жарких, влажных поцелуев. – А пирог был горячим и мне пришлось есть его неспеша…
– Именно, моя дорогая. Сначала медленно. А потом быстро. И снова медленно…
Пальцы Алекса вторили его словам, проникая в меня глубже и глубже, отчего я практически перестала понимать речь будучи на волнах удовольствия.
– Предлагаю продолжить в спальне, – видя мою капитуляцию, вынес вердикт Алекс. – Поиграем в тайного Санту. Ты будешь моим подарком, а я буду тебя распаковывать. Как тебе такая идея?
– Мне нравится эта ролевая игра, – ответила я, будучи уже согласной на все, лишь бы он не останавливался. Если бы Алекс сделал это, я бы просто не выдержала.
– Хорошо.
От его греховной улыбки я чуть не достигла финала.
Сглотнув, я вся сжалась. Протестуя, когда его пальцы выскользнули из меня и оказались на моей талии.
– Тогда держись крепче, – сказал он, стрельнув на меня своими темными омутами, полными желания. И, перебросив меня через плечо, Алекс утащил меня в спальню, захлопывая дверь прямо перед носом любопытной Оливочки. Моментально обрезая все мои пути к бегству на встречу с подругой и завладевая мной целиком и полностью.
Запыхавшаяся и раскрасневшаяся, я ввалилась в пустующую студию танца сильно опоздав. И надеясь на то, что завалившая в последние полчаса сообщениями Несса не станет сжигать меня на ритуальном костре сразу, как только увидит.
Но, кажется, я сильно в этом ошибалась.
– Оливия Элизабет Браун!!! – я услышала оглушительный вопль и вздрогнула. Разворачиваясь к разгневанной рыжей фурии, которая уже вышагивала ко мне с явным намерением раздать звезлюлей, отчетливо читающимся на её раскрасневшейся физиономии. – Ты опоздала! На целых…
Несса остановилась лишь на секунду, чтобы свериться со своими часами на руке, и следом огласить:
– На два с половиной часа!
И тут же продолжила свое наступление на меня, вынуждая пятиться к дверям.
– Прости-прости, моя самая лучшая и невероятная Несса, – сразу залепетала я, тут же начиная извиняться. – Я…
– Меня не интересуют подробности твоей личной жизни с Алексом, Браун! – вскрикнула Несса, аж подпрыгивая на месте от клокочущей в ней ярости. Словно догадываясь, чем именно я занималась вместо того, чтобы ехать к ней в студию. – Если ты не скажешь мне дату вашей свадьбы, я тебя точно не прощу. И вообще, знаешь, каково мне было сидеть здесь все время одной, а?
Я уже почувствовала всю тяжесть своей вины, как вдруг…
– Олененок, я пойду? – холодным тоном уточнил Эйден, появляясь из-за той же двери, откуда ранее и выбежала Несса. На его шее я заметила следы засосов, отчего все мои извинения тут же застряли в горле. Равно как и у Нессы, которая явно тут не скучала эти два с половиной часа.
– Представляю, каково тебе было тут… одной, – многозначительно протянула я, наблюдая, как Эйден спокойным шагом покидает студию и как краснеет Несса уже не от гнева, а неловкости. – Мне кажется, или сегодня наши мужчины сговорились нас отвлечь?
О том, как именно мы с Алексом отвлекались до тех пор (в том числе в машине), пока он меня быстро не подбросил до студии, я старалась не вспоминать. Но получалось плохо, ведь на моей коже до сих пор оставались прикосновения Алекса, горящие словно клеймо.
– Он первый начал, – буркнула Несса, отводя глаза. – Я не виновата.
О да, сталкер, которому сносила голову эта рыжая ведьмочка. И которого Несса с легкостью ставила на колени, вертя им так, как ей вздумается. Маленький манипулятор.
– Как и я, – быстро переложив всю вину на Алекса я. – Вообще не виновата. Тогда что, мир? Один – один?
– Ладно, – нехотя признала Несса, сужая свои глаза. – Но только в этот раз.
– Только в этот, – согласилась я, хотя мы оба знали, что это повторится. И мы снова друг друга будем прощать. Снова и снова.
Немного потоптавшись в пустой студии, я почувствовала себя неловко. А потом Несса объявила:
– Ну что, пойдем в «Клевер»?
– Давай, – быстро согласилась я, радуясь, что удалось избежать её гнева благодаря Эйдену.
Никогда бы не подумала, что буду рада тому, что секс с Эйденом отвлек Нессу от моего секса с Алексом…
Немного покраснев, я отбросила подальше мысли об Алексе. И тут же вспомнила про свой пакет, который настоятельно впихнул мне Алекс перед нашим расставанием, который должен был задобрить Нессу.
Я быстро стала вытаскивать из пакета Алекса контейнер со странным салатом, который делали только в России. Он назывался «оливье» и обычно его подавали к столу на Новый Год. Чувствуя приближающееся Рождество, Кейт его приготовила нам с Алексом вчера. В детстве я много раз пробовала оливье и в целом мне нравилось это блюдо с родины миссис Уоллес. Поэтому мы с Алексом решили угостить им и Нессу.
– Я принесла тебе оливье! – выговорив правильно название русского салата, я вытащила контейнер, слишком поздно заметив, что его часть с обильным количеством майонеза расплескалось по пакету. – Это блюдо из русской кухн…
Но договорить я не успела, потому что шокированная, застыла с контейнером в одной руке и с его крышкой во второй. Смотря во все глаза на маленький, недовольный черный комочек, находящийся прямо в контейнере и чавкающий кусочками колбасы из салата.
Слов я толком не нашла, глупо и закрывая рот, а еще не понимая, как наглый котенок проник в оливье. И когда, черт возьми, она успела это сделать?! Когда мы с Алексом целовались? Или в момент, когда ему пришла идея разложить меня на столе?..
Из размышлений меня вывел заливистый смех Нессы, которым она взорвалась, глядя на всю эту нелепую ситуацию.
– Не знала, что русские едят салаты с котятами!
– Выходит, Кейт что ли не шутила про суп с котом и какие-то пирожки с котятами… – протянула я, вспоминая странные поговорки Екатерины Уоллес. А потом отмахнулась от этой мысли.
В отличие от хохочущей до слез Нессы, мне было не до смеха.
А что, если после обжорства русским салатом у Оливочки будет понос?
– Видела бы ты сейчас свое лицо! Ха-ха-ха! – согнувшись пополам, не унималась подруга. – Это надо конечно такую рожу скорчить. И еще котенок в салате… Ой, не могу! Теперь ты точно сделала мой день. Еще скажи, что голодна и хочешь навернуть это оливье вместе с Чуненком… Я же правильно назвала это русское блюдо?
– Если честно, без малейшего понятия, – фыркнула я, вытаскивая облизывающегося котенка из салата. – Но кажется теперь в кафе мы пойдем втроем. Ты, я и мое коронное блюдо – котенок под русским соусом.
– Да уж, девчонки, вы даете, – наконец перестав хохотать как городская сумасшедшая, Несса соизволила мне помочь и забрала из моих рук Оливочку. А после шустро направившись к туалету, где котенка ждало мытье от майонеза и колбасы.
Что на счет меня, то я быстро избавилась от контейнера с остатками салата и пакета, выбросив те в мусорку. А затем я пошла следом, еле поспевая за деловой рыжей зажигалочкой, которая со скоростью метеора принялась намывать Оливочку, пока та еще не осознала происходящее и не начала царапаться.
Оперативно вымыв котенка и завернув в чистое полотенце, Несса хорошенько вытерла до суха пищащую от возмущения пиявку и быстро засунула ее в карман своей зимней парки. Парку Несса успела накинуть сразу, как только мы вышли из туалета, пока искала полотенце с мокрым котенком на вытянутых руках
– Ну что, пошли? – лучезарно улыбнулась мне подруга, не обращая ни малейшего внимания на вопящую мелочь в своей парке. – Как раз успеем на ужин к Даниэль и Харпер! Сегодня она анонсирует новый рецепт рождественского печенья с апельсином.
– А они будут не против нашему довеску? – уточнила я, намекая на притихшую в тепле Оливочку.
– Еще чего! Всю династию Чуненков крайне рады видеть в «Клевере»! – заверила Несса, стоило нам выйти на улицу, где уже темнело и в воздухе кружились искрящиеся снежинки.