Таня Нордсвей – Монстры царства стали (страница 49)
– Конечно, – елейным голосом произнесла Рэйна вслух, натянуто улыбнувшись. Она надеялась на то, что сидящие рядом Солар и Йен не услышат, как сильно бьется ее сердце. – Прошу.
Саргон принял из ее рук баночку с солью, и их пальцы соприкоснулись. Тело Рэйны в ту же минуту пронзил электрический разряд от неожиданного жара кожи принца.
– Благодарю.
«Люблю, когда ты подчиняешься мне».
Рэйна чуть не подавилась воздухом от его наглости!
– Равен, кажется, ты смущаешь нашу гостью, – вмешался в их переглядывания Солар, и Рэйна про себя описала крайне непристойными словами сложившуюся ситуацию. Это же надо быть такой глупой!
– Я не… – было начала Рэйна, но оборвала свою фразу, понимая, что ее никто не слушает. Солар буравил взглядом Саргона, пропуская ее слова мимо ушей.
– Разве? – между тем поддел брата феец. – Боишься, что я у тебя ее уведу? Надо же, какая у тебя низкая самооценка, братец.
Арран поперхнулся вином и закашлялся. Солар ничего не ответил, лишь поджал губы. Данте что-то пробормотал себе под нос, а потом сказал чуть громче:
– Пожалуй, я пойду. Спасибо за вкусное угощение.
– Данте, ты куда? – шикнул на него Йен.
– Я наелся.
Саргон откинулся на спинку стула, поигрывая вилкой и медленно прожевывая кусочек мяса с приправами.
– Солар, я не голоден и тоже пойду, – Йен вскочил из-за стола и пошел за Данте, который уже к тому моменту вышел из дверей.
Рэйна окончательно перестала что-либо понимать. Между Саргоном и наместниками случилось какое-то разногласие? Вроде на балу они вели себя дружелюбнее друг с другом. Или то были лишь маски учтивости?
– Кто-нибудь еще желает удалиться? – Саргон обвел рукой стол, выгнув черную бровь. – Я-то тут еще посижу. Пожалуй, у меня появилось желание отведать десерта.
– Да, пудинг сегодня просто превосходный, – отметил Хоакин, и вновь Рэйна почувствовала волны холода, исходящие от Саргона.
«Что происходит?» – она решила задать ему вопрос мысленно, даже не надеясь на ответ Саргона. Но он ее удивил – тот прозвучал в ее голове практически сразу.
«Да так… играем в кошки-мышки. Наслаждайся вторым актом и кушай десерт, моя принцесса».
– Мой дорогой братец, – елейно обратился к Солару вслух Саргон. – Ты ранее говорил, что я смущаю нашу гостью, а сам допускаешь ее пустую тарелку. Тоже мне, гостеприимный хозяин!
На этих словах Саргон изящно поднялся с места и, совершив переброс, оказался за спинкой стула Рэйны. Его запах окутал ее, когда он наклонился и стал наполнять ее тарелку шоколадным десертом с лаймом и орехами на глазах у своего брата, Аррана и Хоакина. Девушка опешила.
Арран наблюдал за ними с еле заметным удивлением, отразившимся на его лице. Ему в противовес Хоакин ухмылялся каким-то своим мыслям.
– Полить карамелью, Ваше Высочество? – жарко шепнул ей на ухо Саргон, обдав ее волной желания.
– Да, прошу, – сама не ожидая от себя этого, выпалила Рэйна. От тела Саргона шло тепло, что плавило ее.
Саргон подцепил пальцем небольшой графинчик с карамелью и аккуратно полил десерт на ее тарелке. После, наполнив кубок Рэйны, вновь совершил переброс прямо на свое место.
– Спасибо за заботу о
– Всегда к твоим услугам, братишка, – улыбнулся Саргон и мысленно добавил Рэйне:
«Ешь».
Недовольно стрельнув на него глазами, Рэйна таки взяла чайную ложечку в руку. Когда вкус десерта растекся на ее языке, она чуть было не застонала от того, насколько он был вкусным. Особенно с политой карамелью.
В этот момент девушка заметила, что Саргон положил себе такую же порцию.
«Я знал, что тебе понравится, – мурлыкнул мужчина в ее мыслях. – Это мой любимый десерт. Называется Шоколадно-лаймовое удовольствие».
«Очень вкусно».
«Кушай, пока кислые мины наших товарищей, собравшихся здесь, не заставили обед подойти к концу. И не заставляй меня вставать снова, чтобы покормить тебя с ложечки».
Рэйна зачерпнула еще порцию десерта, понимая, что даже если бы хотела сопротивляться его повелительному тону, то не смогла бы противиться искушению. Поэтому она просто откинула эти мысли о подчинении Саргону, продолжая закладывать в рот ложку за ложкой и пытаясь не замечать одобрительного взгляда Саргона.
В ее голове была предательская пустота. А тело продолжало гореть.
Это все было неправильно.
– Итак, братишка, – улыбка Саргона не предвещала ничего хорошего. – Не поделишься ли новостями? Давно мы не собирались все вместе за столом
– Ты в курсе всего, что происходит, брат, – Солар откинулся на спинку своего кресла, болтая вино в своем бокале. От него исходила уверенность и веяло нерушимым спокойствием.
Солар поднял взгляд на брата, который с интересом рассматривал его лицо, подмечая малейшие изменения. Хоакин, сидевший чуть поодаль от Саргона, наблюдал за ходом разговора, с ухмылкой расправляясь со своей пищей на тарелке, иногда лениво скользя взглядом по девушке.
Обед с хищниками – так бы Рэйна описала происходящее, которое разворачивалось за столом. Никогда ранее она еще не ощущала огромную пропасть между их расами: человеческой и фейри. И никогда она еще не понимала так явно то, что рядом с ними она лишь «хрупкая ваза» для украшения интерьера.
– Со-ола-ар, – протянул Саргон. Его рот приоткрылся в наигранном удивлении, а черные брови взметнулись вверх. – Кажется, я понимаю причины такого твоего ответа. – Он неожиданно переключил внимание на Рэйну, которая сидела за столом как мышь, прилежно играя свою роль. – Ты не доверяешь своей будущей невесте?
Кусок десерта застрял у Рэйны в горле на этих словах. Она почувствовала, как воздух тут же наэлектризовался: напряжение за столом нарастало.
В какую игру играл Саргон? Почему он так резко взвинтил ставки?
И что, черт возьми, вообще происходило в головах этих фейри и между двумя братьями?
Рэйна не понимала ничего, кроме того, что попала в очередную дворцовую шахматную партию. И что вместо роли пешки ей сейчас предлагали в будущем роль королевы.
Мышцы Солара словно окаменели. Рэйна почувствовала, как сила, сокрытая в нем, колыхнулась, но он быстро усмирил эту вспышку. Их с Саргоном взгляды скрестились, и Рэйна затаила дыхание.
Контраст двух братьев был настолько разителен в тот момент, что она даже засомневалась, что они – одна кровь.
Солар был воплощением света и золота от кончиков кудрей до мускулистого тела, запертого в сияющий парадный камзол. Его волос касалась солнечная аура.
Саргон же, напротив, источал из себя тьму. Его темные волосы не блестели на свету, а сильное, гибкое тело было готово к любой атаке.
Свет и тьма. Лев и пантера. Праведность и грех.
Кого бы она выбрала?
– Я полностью доверяю Луне.
Слова Солара, прозвучавшие в зале, были громом среди ясного неба. Хоакин, все это время наблюдавший, как и Рэйна, за происходящим, закатил глаза. Кажется, он был этим фактом недоволен. Зато Рэйну это поразило и крайне обрадовало.
«Можешь не благодарить за то, что я толкнул тебя в жаркие объятия братца, о чем ты и мечтала», – раздался голос Саргона в ее голове. Он на нее даже не смотрел, но ей было достаточно его плутовской улыбки, чтобы почувствовать его торжество за победу в затеянной им игре. «Полагаю, будешь за это моей должницей, сладкая».
«Ты никогда не делаешь то, что тебе невыгодно. В чем же твоя выгода здесь?»
Саргон повернул голову в ее сторону и взглядом пригвоздил ее тело к стулу. Почему, сидя рядом с тем, кого ей необходимо было на себе женить, она плавилась от одной мысли о другом мужчине?
«Моя выгода в тебе, дорогуша. Мне нравится наша неожиданно начавшаяся в саду игра. Быть может, заключим пари?»
Вновь посмотреть на Саргона было плохой затеей – все ее тело снова окатила жаркая волна желания. От каждой клеточки тела этого дьявола веяло безудержным сексом, который сполна обещали его темные глаза.
– Тогда, раз мы всем сидящим здесь в полной мере доверяем: продолжим наш занимательный разговор?
Сидеть ровно и прямо, ничем не выдавая своего состояния, было сродни пытке. И, главное, Саргон прекрасно об этом знал – она это понимала. А если не знал, то догадывался.
«Пари?»
Вести один разговор мысленно, а другому внимать слухом было делом крайне сложным. Но для нее, а не для Саргона. Тот, как ни в чем не бывало, продолжал отвлекать на себя внимание Солара, Хоакина и Аррана, пока Рэйна собирала по крупицам свою выдержку.
«Да, пари. Условия очень простые, но ты можешь подумать, стоит ли тебе принимать их».
«Я подумаю насчет того, нужно ли оно мне вообще».
«Ты же не знаешь условий».