Таня Нордсвей – Монстры царства стали (страница 39)

Погладив свою кобылу, Рэйна с грустью вспомнила о Сутаре, которая осталась в Маджаре. Как там поживает ее свободолюбивая кобылка?

Ко второму неудовольствию девушки (помимо того, что рядом с ней теперь вертелся этот противный высокородный феец) седло на кобыле было женским. А Рэйна ненавидела такие седла.

Да, она умела на них ездить – в прошлом это было частью ее обучения. Но в таком седле можно было забыть об удобстве. Хотя на ней и так было платье, поэтому любые протесты были бессмысленны.

Рэйна отказалась от помощи Хоакина и самостоятельно забралась в седло. Конюх-фейри подвел наместнику его серого коня, и они, наконец, выехали из конюшни на свежий воздух. А стоило им оставить за спинами огромные золотые ворота дворца, как Хоакин решил завести с ней разговор.

– Чудная погодка, не находишь?

– Да, погода хороша, – подтвердила Рэйна, вцепившись руками в поводья, что не мог не заметить со своим фейским зрением Хоакин. – Люблю солнце и тепло.

Вранье. Она предпочитала вечернюю прохладу и звезды над головой. Солнечный свет месяцами резал ее сродни ножа мясника, в нем были видны все ее пороки. Еще несколько недель назад единственным ее спасением была темнота. Беспроглядная и беспробудная.

Сейчас мало что поменялось, но теперь ее роль предусматривала иные приоритеты. Одним из них была ложь.

– Прошу прощения за то, что помешал вашей с принцем прогулке. Как я понимаю, этим я тебя обидел.

Очень плохо, что он это ощутил по ее настроению. Ей нужно было собраться и расположить его к себе, раз подвернулась такая возможность.

– Я не обижена, – возразила Рэйна. – Тем более, как можно таить обиду на того, кто лишь принес весть, а не является ее причиной? Так что не стоит извиняться.

Как бы ей ни хотелось – Рэйне придется сгладить все углы, несмотря на ее отношение к нему.

– Рад, что на меня не держат зла, но все равно полагаю, что мне стоит загладить свою вину. Есть пожелания, что нам стоит посмотреть в первую очередь?

– Доверяю твоему вкусу.

Хоакин направил их коней по одной из улочек, и Рэйна с усилием оторвала все свои мысли от наместника, чтобы, наконец, восхититься красотой Скайферона.

Столица королевства фейри была еще краше Маджара, который поразил Рэйну до глубин души. Однако присутствие того, кто скользил по ее спине липким взглядом, приглушало зеленые и золотые цвета пейзажа вокруг. Кем был этот Хоакин? Почему она не расспросила Кассию о способностях и магии наместников, если это, конечно, не было секретными данными?

Сидя в неудобном женском седле, Рэйна жалела об упущенных возможностях. Единственное, на что она могла надеяться, так это то, что Хоакин не обладал телепатическими способностями и не мог влезть в ее голову. Иначе весь ее план бы рухнул, как карточный домик.

– Знаешь, что меня действительно притягивает в твоей личности, Луна Валийская?

– Что же?

– Твое прошлое в качестве Тени принцессы Канны. То есть, твоей родной сестры.

Рэйна повернула голову на Хоакина. Ее взгляд прошелся по темно-синему камзолу, плотным темным штанам и высоким сапогам, ни на чем не задержавшись.

– Это действительно вызывает интерес?

– Разумеется. Ведь ты единственная высокородная девушка среди присутствующих во дворце претенденток, кто помимо веера в руках учился держать меч.

– Как я полагаю, – Рэйна перевела взгляд на дома из камня и шумную главную улицу вокруг, где на них смотрели прохожие, – обо мне уже известно слишком многое. Гораздо больше, чем я бы могла рассказать сама.

– Да, но это не уменьшает моего интереса к твоей личности.

Они проехали возле живописного городского фонтана, окруженного зеленью, и свернули в парк. Всюду слышался детский смех и гуляли женщины с детьми. Ни одной человеческой – все фейри. Их острые уши и разнообразие всевозможных оттенков кожи привлекало гораздо большее внимание Рэйны, чем безупречно чистые дороги и дома, чьи фасады украшали виноград, плющ и розы.

– Интерес – это хорошо или плохо? Что мне думать о такой формулировке твоих слов?

Мальчик с рожками на голове и девочка с острыми, как у пираньи, зубами, смеясь, пробежали мимо. Рэйна и ее человеческая природа здесь, в городе фейри, терялись. В мире, где все дышало магией и бессмертием.

– А ты умна, – Хоакин поравнял своего серого коня с ее белоснежной кобылой. – Ты мне нравишься больше всех, принцесса Селилуна.

– Рада слышать. Но мой интерес сфокусирован на ином мужчине. Полагаю, это предельно ясно.

– Я и не претендую на место Солара в твоем сердце, – улыбка на его губах странно смотрелась в сочетании с безжизненными глазами. Ветерок трепал его волосы. – Я, наоборот, хотел бы помочь тебе в обмен на пару фактов из твоей жизни.

Получается, что он не просто так решил увязаться с ней на прогулку?

– Я не заключаю союзы и не нуждаюсь в сторонней поддержке, благодарю. У меня есть заинтересованность в честности в данном нюансе, – мелодично лгала Рэйна, не скупясь на выражения. Этот разговор мог быть специально затеян для проверки, которую ей ни в коем случае не надо было провалить, если она не хотела потерять принца.

– Исключительный интеллект, – отвесил ей комплимент Хоакин. – Знаешь, ты меня интригуешь еще больше.

– У меня и в мыслях не было как-то интриговать, – девушка решила поставить на этом вопросе точку. – Я лишь четко собиралась дать понять по поводу моего отношения к тому, что вы предлагаете, – она выдержала его липкий взгляд, ни разу не моргнув. – И я не продаю информацию, как какая-то торговка. Прошу меня простить. Полагаю, я немного притомилась от дороги. Может быть, направимся сразу в «Золотую реку»?

Хоакин еще на мгновение задержал на ней оценивающий взгляд, а после улыбнулся и отсалютовал ей:

– Разумеется, принцесса. Прошу следовать за мной. Я все четко понял на ваш счет и надеюсь, что наш разговор не задел вас.

С того места, где они сейчас находились, можно было в полной мере насладиться видом на высокие, острые шпили эферонского дворца, которые нависали над городом золотой громадой, захватывающей дух.

– Ничуть.

– Отлично. – Их кони свернули на одну из улочек Скайферона. Нос Рэйны уловил запах ароматной выпечки и жареного мяса, и во рту тут же скопилась слюна. – Жаль, конечно, что не удалось в таком случае пригласить вас на одно мероприятие, которое вряд ли упомянет Солар из традиций и принципов вашего происхождения.

– Какое мероприятие? – мысленно ругая себя за то, что попалась на его удочку, уточнила Рэйна.

– День рождения Солара приходится на Литу, – Хоакин хитро улыбнулся. – Это совсем скоро, буквально через несколько дней.

Лита… что-то знакомое. Рэйна мысленно посчитала дни и подтвердила свои догадки: значит, Литой назывался день летнего солнцестояния.

– И?

– Он родился в самый разгар летнего солнцестояния. Магия света притянулась к нему, приумножив его собственную. У смертных этот праздник не отмечается, а в нашем мире он так же нам привычен, как Ламмас, Самайн, Мабон, Самхейн, Йул, Имболк и Остара[12]. Праздник начинается довольно невинно, а вот ко времени, когда закат сливается с рассветом… приобретает иные краски, не приемлемые для смертных.

– Не приемлемые для смертных? – не поняла Рэйна.

– Они выходят за рамки придворного этикета, – уклончиво намекнул ей Хоакин. Все ясно: значит, на это время приходится тот самый разврат, которым их пугали в слухах про фейри. Девушка не стала позориться и уточнять, правда ли то, что фейри водят нагими хороводы на лугу и поют песни, завораживающие людей и лишающие покоя, после чего смертные больше не покидают их земли. Такие страшные поверия ей рассказывала Канна, которая любила все связанное с магией и волшебством. Хотя, исходя из таких баек, гуляющих в народе, было крайне странно, что многие девушки заявились во дворец принца, чтобы в возможном будущем стать его женой. – Фейри любят пиры, драки, музыку и любовь во всех гранях. Поэтому, скорее всего, на Литу придется коварный план сестры Йена – Мар – по обольщению Его Высочества. Как раз никого из других претенденток не будет.

Услышанное отрезвило Рэйну, вернув ее из воспоминаний о поверьях о фейри.

Мар? Значит, они с Йеном были в родстве. Хитрая чертовка решила ее обойти…

– Значит, смертные гостьи не приглашены на Литу? – аккуратно спросила девушка.

– Они могут прийти при высказанном принцу желании. Однако тем, кто пожелает прийти, стоит учитывать, что нормы поведения для балов и гуляний у смертных будут в этом случае не применимы.

– Это само собой разумеющееся, – кивнула головой Рэйна, закусывая губу и обдумывая полученную информацию. Врал ли Хоакин ей или говорил правду, она выяснит у Кассии, а позже – у Солара. – Благодарю за столь интересный экскурс в эферонские праздники, Хоакин.

– Всегда к вашим услугам.

Впереди мелькнула броская вывеска заведения «Золотая река», к которому они направлялись. Из его дверей выходили самые богато одетые гости, а через огромные окна на пол лился свет десяток люстр.

Позади них раздался цокот копыт, и Рэйна обернулась, встретившись взглядом с принцем Соларом. Тот грациозно спешился и кивнул Хоакину. Рэйна остановила лошадь и погладила ее по отливающей жемчужным блеском гриве.

– Хоакин, благодарю за то, что составил Луне компанию.

– Как Его Величество?

– Лучше, – бросил принц наместнику, не сводя глаз с Рэйны. – Тебе помочь, Луна?