Таня Нордсвей – Монстры царства стали (страница 31)
– Что, простите?
– Ничего, Ваше Высочество, – ответил ей златокудрый красавец и улыбнулся, накрыв ее ладонь своей. – Полагаю, мне надо представиться. Принц Солар Эферонский.
Когда он наклонился, Рэйна увидела, как его копна кудрей качнулась, и их прорезали острые кончики фейских ушей.
– Принцесса Селилуна Валийская, – ровно и будто не своим голосом сказала Рэйна, хотя он и так прекрасно знал, кем она являлась. Очередность их прибытия и их титулы вместе с именами были отосланы в Скайферон накануне бала.
– Очень приятно с вами познакомиться, Ваше Высочество, – улыбка принца походила на теплое солнце, ласкающее тело ее тело и разум. – Вы великолепны.
– Благодарю, мой принц, – ответно обворожительно улыбнулась Рэйна. Ей надо было срочно вернуть себе способность ясно мыслить. У нее вдруг появилось ощущение, что что-то скоро произойдет. Странное предчувствие. И она постаралась отогнать его как можно дальше.
Она уже рядом с принцем, осталось лишь найти его брата и заманить в укромное местечко для убийства. Все шло по плану. Как же иначе?
– Полагаю, чтобы загладить свою вину перед вами, недостаточно будет простых слов, – все так же улыбаясь, сказал Солар, продолжая держать ее руку в своих ладонях. – Разрешите пригласить вас на танец?
Отлично. Танец, так танец. Конечно, она не сумеет должным образом осмотреть присутствующих гостей, но таким образом отведет от себя подозрения.
– Но ведь бал еще не начался и никто не танцует? – вопросом на вопрос ответила Рэйна.
И все-таки жар расползался по ее телу, подобно змее. Дыхание сбивалось, пульс учащался. Девушка каждой клеточкой своего тела предчувствовала беду. Но что могло пойти не так?
– Бал начнется, когда я скажу, – сказал Солар и кивнул музыкантам, расположившимся у стены, и те заиграли музыку. Центр зала тотчас освободился от народа, и принц повел ее туда. – Так что, вы согласны?
Выбросив из головы все лишние мысли и сомнения, Рэйна ослепительно улыбнулась Солару.
«Все будет отлично, красотка», – сама себе сказала Рэйна и после произнесла уже вслух:
– Разумеется, Ваше Высочество.
Краем глаза она увидела, как скрежетнули зубами от злости Глафира и ее новая подружка Агния, мимо которых они с Соларом прошли. Недолго им осталось быть «подругами» – еще чуть-чуть, и начнется охота на главный трофей этого состязания: златовласого принца, который сейчас вел ее танцевать.
Этот танец разучивали все девушки из высоких сословий вместе с общим языком, на котором они сейчас все и разговаривали. Движения не были быстрыми, но местами присутствовали моменты, где танцор кружил свою даму.
Танцевал эферонский принц превосходно, уверенно ведя Рэйну в танце.
Раньше она любила танцевать, ощущая в такие редкие моменты свободу. Сейчас же… она не чувствовала ничего, ровно с того момента, как решилась на эту затею.
И сейчас они с принцем будто танцевали на самой ее грани. Ей стало еще труднее дышать.
Рука Солара крепко обнимала ее за талию в то время, как они кружились по залу. Принц не сводил с нее взгляда, а девушка старалась не показывать и доли своего внутреннего состояния златокудрому красавцу. От ее игры на этом балу зависело все. И она это прекрасно понимала.
– Как прошла ваша дорога? Надеюсь, ничего не случилось, из-за чего вы могли запоздать?
– Нет, Ваше Высочество, ниче…
Рэйна оборвала фразу на полуслове, в мелькании танцующих и блеске камней увидела то, что заставило ее сердце замереть.
К тому моменту принц уже качал ее в своих руках в медленном танце. Но Рэйна уже смотрела не на него, а на изумрудные глаза, которые узнала бы из тысячи.
– Селилуна? Селилуна, что-то случилось? – услышала она голос Солара будто из-под толщи воды.
Весь мир для нее будто бы перестал существовать.
Пепелище, в которое превратилось ее душа, колыхнулось.
Рэйна безотрывно смотрела в знакомые глаза, а после, когда в танце зрительный контакт разорвался, она ощутила, будто земля уходит из-под ее ног.
А после очередного круга танца, когда она вновь встретилась взглядами с
– Ах, вы, наверное, смутились от взгляда моего брата Равена, – сказал Солар, когда заметил, кто на них смотрел. – Не беспокойтесь, он только внешне такой… мрачный. На самом деле он не такой, каким кажется на первых порах.
– Ваш брат? – эхом повторила Рэйна, не особо вникая в смысл слов. – Но ведь вы с ним абсолютно не похожи.
Она безотрывно смотрела на него и на такие знакомые черты. Теперь Рэйна тонула уже не в свете, а во тьме. И это падение в черные пучины было безвозвратным, очищающим и неутомимым.
Саргон немного изменился с их последней встречи: волосы стали короче, скулы острее, лицо притягательнее. Вот только вкус на черные цвета в одежде остался неизменным, как и любовь к богато расшитым нарядам.
Его глаза остались прежними – такими же искрящимися озорством. Но это были не все изменения в нем.
Теперь его кожа лучилась бессмертной красотой и здоровьем, а тени, сгущающиеся вокруг волос, стали гораздо темнее. И сам он теперь был высокородным, невероятно привлекательным…
– Мы с Равеном родились от разных матерей, поэтому у нас общая кровь только по отцу, – продолжил Солар, и только сейчас Рэйна четко услышала и поняла каждое сказанное им слово. – Поэтому мы внешне мало чем похожи, это признают все. Но он мой брат.
Настоящее имя Саргона, данное ему в этой жизни, было
Рэйна второй раз за танец ощутила, что вновь ушла в себя, но теперь причина для этого была гораздо весомее.
Выходит, она явилась сюда, чтобы убить его.
– Благодарю вас за танец, Ваше Высочество, – Солар вновь поцеловал тыльную сторону ее ладони. – Простите, если утомил с дороги. Я сейчас принесу вам попить…
– Спасибо, принц Солар, – поблагодарила его Рэйна. Она до сих пор ощущала себя потерянной в тумане. – Но здесь слишком душно. Полагаю, что я лучше пойду проветриться.
Принц улыбнулся ей и указал на четыре высокие колонны по левой руке, явно намечая очередной выход из зала.
– Там находится наш зимний сад, Ваше Высочество. В саду прохладно и тихо, вы сможете там отдохнуть на время от шума толпы. Проводить вас?
– Нет, благодарю, – ответила Рэйна и покачала головой, присев в реверансе. Ей не нужно было излишнее внимание остальных претенденток. Ведь те уже прожигали ее со всех сторон нелестными взглядами. Пусть пока она отлучится, принц найдет себе новую красавицу и забудет о ней. Рэйна знала, что к концу сегодняшнего мероприятия он должен раздать приглянувшимся дамам девять роз для тех, кто ему понравился больше всех. И те девять девушек останутся во дворце, а остальные вернутся обратно в Катар. – Спасибо. Тогда я, с вашего позволения, удалюсь.
Получив в ответ улыбку Солара, Рэйна направилась в указанную сторону. Одной находиться в пустом саду она не боялась. Но ей и не пришлось.
Стоило ей оказаться в прохладе помещения, как она ощутила его присутствие. Даже цветы вдруг перестали благоухать. Зимний сад окутали его тени, лаская кожу Рэйны.
– Привет, принцесса.
Его голос, словно шелком обвивший ее голые плечи, заставил ее выдохнуть. Рэйна не видела его, потому что стояла к нему спиной.
– Ну привет,
Она сделала акцент на его имени, а сама поджала губы. О Небеса, за что ей такое наказание!
– Рада меня видеть? – по его голосу, ставшему громче, Рэйна поняла, что он подошел ближе. Шагов его она не слышала – они тонули во тьме. –
Ее имя коснулось ее кожи теплым шепотом. Девушка прикрыла глаза.
Ей необходимо что-то делать. Рэйне надо было…
– Вот мы и…
Рэйна не дала ему договорить, резко развернувшись, вскинув голову и выпалила:
– Мне обещали заплатить за твою смерть.
Саргон застыл, но на его лице из эмоций ничего не отразилось. Совсем ничего.
Рэйна получила возможность рассмотреть его поближе, стоя практически в паре сантиметров от него.
Если они с Соларом и вправду были братьями, то оба имели только одну общую черту – невероятную мужскую притягательность. Но если Солар был обаятельным, и от него исходило тепло… Саргон в сравнении с братом обладал порочной, дьявольской и темной красотой. Греховной, запретной и такой манящей.
Дьявол во плоти, демон-искуситель, повелитель ночи, продолжающий на нее смотреть безотрывно, подмечая каждую мелочь. Она не могла себе признаться, что невыразимо скучала по его чертам.
Когда сердце Рэйны пропустило предательский удар, он вдруг улыбнулся.
– И сколько же за мою голову предлагают?