Таня Лаева – Падший (страница 6)
– Мисс Николь Ле Бре… красиво… – мечтательно произнес босс, а я аккуратно поправила.
– Я вообще-то миссис уже как четыре года.
– Это быстро поправимо.
Я поставила чашку и перед тем, как приступить к чтению, задала вопрос, который почему-то не спросила перед подписанием сделки с этим желтоглазым дьяволом с огромной тату, заползающей на его мощную шею
– Про что твоя книга?
– Про заключение договоров купли-продажи.
– Но я же не юрист, Майкл. Боюсь, я не смогу тебе помочь.
– Это художественное произведение, – пояснил хитрец, – и ты же даже не уточнила продажи чего.
– И чего же?
– Человеческой души.
– Очень интересно… – недоверчиво усмехнулась я, – пытаешься переписать в прозу Фауста? Ты знаешь, что мало кто решался на такие откровенные произведения.
– Не совсем, хочу написать что-то вроде мемуаров… – рассуждал великий творец, – А тебя это не удивляет?
– Нет… – совершенно откровенно я ответила, а Майкл удовлетворенно хмыкнул, – Это моя любимая тема. Но я так понимаю, это будет некая метафора или аллегория. Ты же не можешь написать о том, чего никогда не видел и назвать это мемуарами.
– Ты не узнаешь, пока не прочтешь.
Я с трудом оторвалась от его красивого мужественного лица и глубокого взгляда. Сосредоточившись и положив первую главу на колени, я стерла улыбку и начала вникать в написанный текст.
– Читай вслух, – скомандовал таинственный ночной гость.
Часть 1. Падший. Глава 5. Ники
Майкл.
Я внимательно изучал свою новую подчиненную под ее окутывающий мой слух нежный тихий голосок. Впервые мне был настолько интересен человек… девушка… такая несовершенная, но такая завораживающая.
Я прислонился пальцами к виску, заглянул в увлеченную чтением белокурую "француженку" и увидел маленькую пухленькую девочку по имени Ники, шлепающую по лужам под проливным дождем. Я смотрел, как она засыпала каждый день с книжкой в обнимку, как убегала с уроков на открытие всевозможных выставок. Потом наблюдал за уходом из жизни ее матери, за беспробудным пьянством отца.
Картинки студенческих будней сменялись бессонными ночами, проводимыми на работе, чтобы оплатить обучение в университете. Потом свадьба с рыжим недоноском, выпускной, и отказ от блестящего предложения, которое изменило бы ее жизнь, позволяя заниматься любимым делом. Ради кого? Ради никчемного выблевка, который четыре года отравлял жизнь и внутренний мир Николь.
Она всегда искрилась словно бенгальский огонек, всегда заливисто смеялась и шкодничала по мелочам до того… до того, как вышла замуж за это ничтожество. Я дошел до сцены измены и выключил канал.
За двадцать пять лет ее полосатой жизни, в которой преобладал черный цвет, было всего два мужчины?! Можно даже сказать, что один, закрывая глаза на отчаянную связь с малолетним имбецилом.
Я никогда не варил никому кофе, не будил никого посреди ночи, не был смущен видом совершенно обыкновенной хлопковой пижамы… и мне никогда не было так легко и свободно. И я твердо решил взять отпуск.
– Майкл…
Я вынырнул из своих мыслей и вернулся в реальность, где мой агент, видимо, была готова вынести вердикт моей рукописи и ждала неизвестно сколько моего включения.
– Ну что скажете, мисс Ле Бре?
– Скажу, что это очень грамотно составленная инструкция по заключению сделки с Дьяволом. Все написано правильно и описано даже слишком реалистично, словно рутина… не хватает эмоций, чувств, понимаешь?
– Принимается, и что же ты предлагаешь?
– Я предлагаю ввести героя. Твоему демону нужен клиент, который мог бы вызвать у него отклик, а какой решай сам. Что это будет: злость, доброта, ненависть …, – она набрала воздуха и застенчиво добавила, – Или любовь.
– Или, – усмехнулся я.
– Что?!
Она рассмеялась, собирая в стопку мой бездушный "шедевр" и протягивая обратно мне. Я забрал слегка помятые страницы, которые она заигрывающе придержала пальцами, чтобы я их вырвал у нее из рук.
Ники откинулась на спинку стула и потерла уставшие глаза, сладко зевая. Я поднялся с дивана, осматриваемый девушкой с ног до головы мерительным взглядом. Когда наши глаза встретились, она залилась нежно-розовой краской и снова смотрела на меня своими пасмурными большими глазами полными восхищения и… влюбленности… она была влюблена.
– Спокойной ночи, Ники.
******************************************
Я лежал в кровати, совершенно не нужной для меня, и смотрел на ненавистный светящийся миллионами огней город вдалеке… так долго я еще не гостил в этом мире без перерыва, я не выдерживал более дня.
Мы пребывали в одном городе не более месяца, и в стране не более года. Все время в пути, и в каждом чертовом месте творилось одно и то же: жажда богатства, власти, славы… и, конечно же, любви. Все человеческие беды были из-за нее. Любовь к деньгам, пристрастие к выпивке или наркотикам, к азартным играм… ну и конечно же к женщинам. Одна Елена Троянская погубила целое непобедимое царство.
А мифология? Мужчины совершали подвиги, открывали новые земли. А что делали женщины? Медузы превращали героев в камень, сирены терзали на части и пожирали, русалки заманивали и топили. Мудрый сфинкс и свирепая гарпия, самоотверженный грифон и пожирающая людей ехидна. Все существа женского пола были пленительно привлекательны, но они были чудовищами под маской красоты.
Я так хотел хоть раз увидеть дивный сон, в котором я беру за руку влюбленную белокурую девушку и веду по заснеженному парку к замерзшему озеру, любуясь наступающей ночью и великолепием сияния звезд. Мои мысли снова вернулись к Николь.
Зачем я только пошел к ней посреди ночи? Зачем привез? Почему хочу скорее увидеть ее и часами говорить обо всем на свете. Рассказать о мирах, которых она никогда не увидит. Или просто смотреть на нее.
Я быстро оделся и вернулся в свой кабинет, открывая ноутбук и придумывая героя, который так внезапно нарисовался в моей унылой обители.
– Майк, с тобой все в порядке?
В помещение вошел Сантана, неподдельно обеспокоенно осматривая мой заполошный вид. Я лишь кивнул, не в силах оторваться от своей же книги.
– Что ты делаешь?
– Книгу пишу.
– Ты серьезно? – чуть громче спросил Тони, – Я думал, ты шутишь.
– Серьезней не бывает, и я никогда не шучу. И отмени всех на завтра и на послезавтра… и на неделю. Я буду занят.
Я оторвал взгляд от экрана на моего помощника, и в этот момент мне показалось, что кожа с его суженных глаз сейчас порвется и даст трещину до самых висков, как он таращился на меня.
– Майкл! Но это же немыслимо?! Это из-за девчонки?
– Нет! Я устал! Я все сказал! Все отмени! – грозно отрезал я, и вставленное перо завибрировало в чернильнице.
– Ты?! УСТАЛ?! – не унимался друг, – А прием?! Послезавтра у нас прием.
Черт… собрание лизоблюдов и конченных ублюдков.
– Прием будет, и я приду не один.
Сантана повесил голову и безнадежно покачал ей, и я мог его понять.