Таня Кель – Объект "Любимая" (страница 10)

Корсаков бесил своим контролем, но… я всё больше о нём думала, как о мужчине. Моя первая неразделённая влюблённость. А теперь он мой муж, и мы же можем стать настоящими мужем и женой. Если Алекс перестанет говорить, что я маленькая идиотка.

А эта Любочка! Какого чёрта она к нему подкатывает, если знает, что он женат? И Алекс почему соглашается? Я же сама видела его взгляд на мне.

Сейчас я начала жалеть, что полгода с ним боролась, ведь могли бы и договориться, так сказать, полюбовно.

Ваня даже рядом с Алексом не стоял.

Пискнул замок на двери.

– Ты ещё не ужинала? – Алекс зашёл в номер и заглянул в гостиную.

– Нет, ждала тебя, – растянула я губы в милой улыбке.

– Тогда собирайся, а ночью у нас вылет в Казань.

Я подскочила и максимально быстро переоделась и нанесла лёгкий макияж. Хотелось произвести на Корсакова хорошее впечатление и не заставлять его долго ждать.

Мой наряд он оценил, увидела по глазам и дёрнувшемуся кадыку, но промолчал.

Я почувствовала себя львицей на охоте.

Мы пошли в ресторан возле отеля. Не звезда Мишлен, но весьма недурственный.

Пока я боролась с салатом в своей тарелке, Алекс на меня поглядывал, а потом всё же спросил:

– Что на тебя нашло?

– А? – Я невинно захлопала ресницами.

– Ты ведёшь себя нормально. Без истерик, битья посуды и попыток побега.

– Повзрослела.

– За месяц?

Мои глаза сами собой закатились, но я сдержалась и постаралась ответить даже без цоканья.

– Подумала, что мы можем договориться.

Он вопросительно приподнял бровь, но я видела промелькнувшую тень улыбки и решилась.

– Ты говорил, что я веду себя по-детски. В поступках, с деньгами и в мыслях. И я подумала, раз всё равно ты меня увёз из столицы, и я перевожусь в другой вуз, то, может, дашь мне немного самостоятельности?

Протараторив такую длинную речь, я наконец подняла взгляд на Алекса и, не дождавшись от него ответа, занервничала. Резко протянула руку и, сцапав его бокал с вином, выпила залпом.

– Вот это было лишнее. – Он серьёзно качнул головой. – Что ты хочешь?

– Поменять специальность, – выпалила я.

– Исключено.

– Но ты даже не послушал!

– Твой отец хотел, чтобы ты стала юристом.

– Но я ужасный юрист! Ненавижу право. Я засыпаю, открывая конституцию.

– И кем ты хочешь быть?

– Художницей.

– Это не профессия.

– У меня законченная художка, и я могу сдать экзамены в училище, а может, даже сразу в институт. Я сегодня смотрела, что для этого надо. Я справлюсь!

– Нет, Агата, это несерьёзно.

– А зачем мне серьёзно? Почему я не могу заниматься чем-то для души?

– Работа должна приносить деньги.

– Ты же сам покупаешь полотна ради вложения средств! Сам знаешь, какие там цены!

На это ему было нечего ответить, и мы замолчали.

Я осторожно коснулась его руки:

– Алекс, пожалуйста, я стану хорошей женой. Послушной, как ты желаешь. Не буду перечить, совсем-совсем.

Он молчал, и я продолжила говорить:

– Буду делать, что ты скажешь. Ходить с тобой на приёмы, изображая красивую куклу.

– Это будешь уже не ты, – вздохнул он и, не дав мне продолжить, закончил: – Давай спокойно поужинаем.

Когда уже стояли в гардеробе, Корсаков, помогая мне надеть шубку, сказал:

– Я подумаю… Посмотрю на твоё поведение.

Не сдержав эмоций, я повисла на его шее и поцеловала в щёку, оставив след помады:

– Спасибо-спасибо-спасибо!

– Всё, прекращай, – улыбнулся Алекс. – Нам ещё на самолёт надо успеть.

Я же чуть не подпрыгивала от счастья, во-первых, я была уверена, что смогу уговорить Алекса. А во-вторых, мне нравилось наше хорошее общение. И Корсакову явно тоже.

Но всё испортилось в один момент.

К нам подошла женщина с розами. Я давно не встречала, когда подходят и предлагают купить цветы спутнице в ресторане.

– Не желаете подарить розу дочке?

Алекс нахмурился, всё хорошее настроение исчезло за мгновение.

– Нет, – буркнул он, таща меня за руку на выход.

– Он мой муж, – пролепетала я оборачиваясь.

– Извините, – смутилась женщина.

Но мне было плевать на её извинения, я видела, как Корсаков резко закрылся и опять провёл черту между нами.

До самого номера мы не разговаривали, вернее, все мои попытки что-то сказать он перебивал.

Зайдя внутрь, я не выдержала:

– Алекс, она же не знала!

– Но права! Я тебе в отцы гожусь, мы с Димкой сокурсники, и у меня вполне мог бы быть такой же ребёнок, как ты.

– Но я не ребёнок, мне уже двадцать! И совсем скоро будет двадцать один!

– Невелика разница, ты всё равно ведёшь себя по-детски. Думаю, тебе надо сначала получить диплом юриста, а потом уже делай что хочешь. Так будет правильнее.

Я аж растерялась:

– Но это ещё полтора года…