Таня Хафф – Дым и тени (страница 23)
— Но Ли… — запротестовал он на ухо Генри, когда вампир присел рядом.
— Мы сделали для него все, что могли.
— А если зелье не сработало?
— Больше у нас все равно ничего нет.
— Но ЧБ…
— Ли Николас ему нужен. Ты — нет.
Неприятная, но все же истина. Место помощника режиссера получить было элементарно, куча народу ради этого обивали двери студий. А у Ли уже образовался быстрорастущий круг поклонников. Как Тони ни хотелось остаться с актером, желание сохранить работу оказалось сильнее.
Просунув голову и плечо под диван, он протянул руку и на сантиметр приподнял покрывало как раз в тот момент, когда кружок света снова осветил фигуру, лежащую на полу.
Он сам не знал, что ожидал найти, но уж явно не распростертого на спине Ли Николаса. Когда во всем здании отрубился свет, ЧБ несколько долгих минут искал фонарик, а потом проследовал в звуковой павильон под душераздирающие вопли сценаристки, чей порыв вдохновения заставил забыть о прозаических вещах вроде сохранения файла.
Охрана присоединилась к нему в районе женского туалета и снова оставила одного, когда чьи-то голоса отвлекли его от поиска электрощитка.
— Мистер Николас.
Актер застонал и согнул одну ногу в колене.
Он подошел поближе и посмотрел на него сверху вниз. Определенно пьяный. Желательно только пьяный. Все заготовленные слова растворились с лучах света от вспыхнувшей 6000-ваттной дуговой лампы. Но новые мгновенно появились, когда площадка почти сразу же погрузилась обратно во тьму.
— Идите к световому щиту, мистер Коури! Поверните самый большой регулятор света направо до упора, потом снова включите главный автомат-прерыватель!
Отдаленный голос охранника раздался откуда-то из темноты:
— Есть, сэр!
Когда перед глазами прекратили прыгать цветные пятна, ЧБ обнаружил, что Ли Николас уже сел и начал тереть глаза.
— Ох, моя голова… — он посмотрел по направлению света фонарика, — ЧБ, это вы?
— Я.
— А что вы здесь делаете? — он неуверенно повернул голову. — Ладно, неважно. Что я здесь делаю?
— Хотел спросить у вас тоже самое.
— Я просто… Я не… — он нахмурил брови. — Понятия не имею.
Молодой человек неуверенно поднялся на ноги. ЧБ прищурился:
— Вы все еще в костюме.
— Я в чем? — судя по паническому выражению лица, он не ожидал обнаружить на себе консервативную одежду Джеймса Тейлора Гранта, помощника вампира. За смущением последовало облегчение. — Иввини… Ижвините… Извините, ЧБ.
— Хорошо, — такая редакция вызвала бы интерес продюсера, но только не в данный момент. — Переодевайтесь, потом приходите в мой кабинет. Там и поговорим.
— Да. Конечно. Поговорим.
Он обвел фонарем всю площадку, потом догнал актера, целиком и полностью осознавая, как пугающе смотрелись его габариты.
— Должно быть, неплохая оказалась вечеринка.
— Я не помню никаких вечеринок, — Ли пошатнулся, чуть не рухнул на ЧБ, но сразу же был резко поставлен на ноги.
— Полагаю, из завтрашних газет мы все и узнаем.
— О господи…
— Да, помолиться никогда не помешает.
В ручейке жидкости, стекающем по подбородку Ли Николаса, мерцали искорки, которые по одной угасали и пропадали. У ЧБ было стойкое ощущение, что в бульварных газетах на этот раз окажется еще меньше правды, чем обычно.
Глава 6
Тони дождался, пока транслинковский автобус отъедет, и, прищуриваясь от утреннего солнышка, направился через перекресток к студии. Она выглядела совсем как и в сотню предыдущих утр. Вернее, как в тридцать из этой сотни, когда не шел дождь. Не было никаких таинственных сообщений о том, что он поджарил тень, обломал Повелителя теней и остановил вторжение. Никаких объявлений о добровольной сдаче. Никаких предложений мирного договора. Даже никакого «я сдаюсь, ты победил»!
Он взглянул на часы. 7:20. У него оставалось еще примерно четыре часа до нового открытия врат. Четыре часа до того, как он узнает, откроются ли они снова.
А если откроются?
Что тогда?
Он снова посмотрел в сторону студии. Ничто не говорило о том, что может произойти через четыре коротких часа.
А жаль. Потому что если бы хоть что-то выглядело иначе, если бы видны были доказательства существования врат или Повелителя теней, он бы смог сообщить обо всем соответствующим органам. В конце концов, двадцать первый век на дворе — наверняка кто-то уже подготовил план на случай вторжения из другого мира. Ну, кто-то кроме админов сайтов вроде ониидут. ком или пощупайменя. ком, у которых явно было слишком много свободного времени. Он сделал мысленную пометку потереть с компьютера куки со второго сайта — иначе ему до конца жизни будет приходить порно-спам.
К сожалению, единственными доказательствам грядущего вторжения были невидимые врата, от которых у него ныли зубы, волшебница, которая от всего отнекивается, и актер, который не помнил, что в него кто-то вселился. Правда на семнадцатой странице одной из газет напечатали размытую фотографию, на которой он выходил из библиотеки. Возможно, одно это уже могло послужить веским доказательством. А может и нет. На такое дело не повелся бы даже Фокс Малдер.
На светофоре сменился свет, и Тони перешел улицу, рассеянно потирая большим пальцем почти зажившую ранку на левом запястье. Две ночи подряд в квартире Генри — не самая удачная из его идей. В этом-то и была проблема. Все его идеи, касающиеся Генри, не были удачными. Он оставался слишком… зависимым. Да, конечно, логично бежать к Генри, когда все становилось совсем странно, — они друзья и все такое. Но позволить этому заходить дальше, поддерживать эту вампирскую идею — «все, к чему я прикоснулся, мое»… Его запястье заныло. И чем он только думал? Хотя на этот вопрос у него был один ответ. Тони предпочел его проигнорировать.
Генри уже не выйдет из этого дела. Если врата снова откроются, он должен об этом узнать. Но в следующий раз…
В любом случае, думать об этом было бесполезно, раз Арра искренне верила, что они и этот-то не переживут.
Арра.
Тони позвонил ей от Генри, чтобы все рассказать, но в конечном итоге ему пришлось оставлять сообщение на автоответчике. Он знал, что она стоит около телефона, слушает и не хочет ввязываться в это еще сильнее. Увы. Если врата снова откроются, он и спрашивать не будет.
Он задумался — а подействует ли шантаж?
Может, попробовать сыграть на чувстве вины?
Что- то надо было придумать. Если ему придется действовать без Арры и, более того, без 6000-ваттной дуговой лампы, то этому миру крышка.
Пройдясь по их вчерашнему пути, он покосился на мотоцикл Ли. Учитывая, сколько они вчера влили в него водки, скорее всего он добирался домой на такси. Ли сказал ЧБ, что ничего не помнит, и это было хорошо. Тони знал, что ему и так непросто будет взглянуть Ли в глаза после того, что произошло в гримерке, но еще и наблюдать его реакцию… По своему опыту он знал, что если парень-натурал на следующее утро вспомнит, как обнимался с геем, то он скорее свалит всю вину на последнего, да еще и начнет дергаться и злиться. И нет бы подумать,
В первый раз за время работы на площадке «Под покровом ночи» ему не хотелось видеть актера.
Просто он не не в состоянии взять в руки все это дело с темными волшебниками, тенями и вторжениями.
А вот с Ли взять мог вполне.
Как обычно с утра вся команда стояла около столика с едой, разобрав кофе и булочки. Плотники разговаривали с электриками, с водителями, с реквизиторами, с операторами. Этот столик был студийной Швейцарией. Нейтральной территорией. По негласному соглашению все раздоры оставались в звуковом павильоне, здесь соблюдался определенный уровень хороших мпнер. Люди, работающие по семнадцать часов в сутки, были рады сделать поглощение углеводов и кофеина как можно более приятным.
Тони схватил стаканчик с кофе и пошел за списком актеров. Вчера он в такой панике унесся за Ли, что не…
— Мистер Фостер, на минутку.
Пытаясь понять, что он сделал, Тони направился к световому щиту, где стояли Питер и Сордж с осветителем, пытаясь убедить себя, что они стоят там просто так. Режиссер не мог знать, что он был прошлой ночью у щитка, только если не проверил отпечатки пальцев.
Питер, приподняв брови до линии волос, протянул ему его список:
— Полагаю, это ваше.
Вчера он в панике унесся за Ли, вспомнил Тони.
Унесся до того, как Питер объявил окончание съемок.