Таня Фрей – Хранители. Посвящаемая (СИ) (страница 18)

— А где Миранда? — вспомнив о наличии Наставницы, живо поинтересовалась девушка. Энсел с укором посмотрел на неё, будто бы она в чём-то провинилась.

— Поверь, здесь все всегда заняты делом. Ну или почти всегда.

Сандра улыбнулась последней фразе. Уж эти слова были правдивы не только для Штаба, но и для всего мира в целом. Это ей тут пока и нравилось: многое можно было сопоставить с обычной жизнью, если призадуматься.

***

Хранилище мыслей расположилось на четвёртом уровне. Всего их оказалось восемь. А ведь каждый этаж был не два и не три метра в высоту, а где-то примерно пять. Сандра уже даже не успевала всему удивляться. Либо это была чересчур хорошо сделанная иллюзия, либо правда. И проще было верить во второе.

Всё же она бы быстрее восприняла существование школы магии, чем существование Хранителей.

Энсел подошёл к железной двери с круглым окошком и нажал на кнопку рядом с ней.

— Звонок? — чуть не поперхнулась от увиденного девушка. — Серьёзно?

— А что ты ещё предлагаешь?

Она задумалась.

— Ну мало ли, может, вы все тут телепатией обладаете.

— Нет, к сожалению, до такой степени технологии Хранителей ещё не дошли.

А может, это было очень даже и к счастью. По крайней мере, не надо было бояться быть услышанным, пока молчишь.

Спустя недолгое время в окошке появилось лицо пожилого человека. На вид ему было лет шестьдесят. Маленькие глаза его чуть прищурились, тонкие губы едко дрогнули. Лоб словно покрылся большим слоем морщин и складок.

— Кто здесь? — раздался его хриплый голос.

— Альфред, я привёл Посвящаемую.

Дверь с лязгом открылась, и старик хитро улыбнулся, увидев гостей, а потом поманил Сандру внутрь. Она обеспокоенно посмотрела на Энсела, и тот кивнул в знак одобрения, словно хотел сказать: «Всё будет в порядке, Сандра. Альфреду можно доверять.» Не только можно, но и нужно. Хотя, будь её воля, она бы никому здесь не доверяла. Не проще было бы сбежать, пока ещё не слишком поздно? Шутка. К сожалению, отсюда уже нельзя было улизнуть. Или же к счастью. Будущего она предвидеть, увы, не могла.

Она прошла внутрь. Хранилище и впрямь походило на склад: в огромном зале с теперь уже зеленоватыми стенами стояли ряды стеллажей. То туда, то сюда сновали люди в белой форме. Очевидно, они и были теми Сотрудниками, о которых говорила Коллендж на церемонии. Альфред грубо взял её за руку. Сандра инстинктивно попыталась вырваться, однако его хватка была железной. Он повёл её за угол, где находилась ещё одна дверь. И на какое-то время ей пришлось сдаться.

Но сдаваться навсегда Сандра не собиралась. Не добровольное поражение было её целью.

Глава 8. «Все секреты»

Стол, два стула и голые стены — вот что находилось в небольшой комнате при Хранилище.

— Чай, кофе?

Девушка покачала головой. Мало ли, вдруг здесь всё было отравлено? Старик присел напротив неё и сделал глоток чая. Затем откинулся на спинку стула и склонил голову набок. Сейчас он очень походил на одного филина, которого Сандра видела в зоопарке, когда ей было восемь лет. От этой мысли она едва сдержала смех — в итоге она издала какой-то странный тявкающий звук. Альфред даже не обратил внимания.

— Страшно? — насмешливо спросил он.

— Когда-то я вообще не знала этого слова. Спасибо, что научили, — съязвила девушка и обвила себя руками: создавалось ощущение, что эта комната использовалась и как холодильник, только вот объектов, нуждающихся в срочном охлаждении, как-то не наблюдалось. Тут уж не спасал даже её любимый чёрный пиджак. А вот Альфреду будто бы было абсолютно всё равно: несмотря на то, что на нём была лишь белая водолазка да джинсы, он совершенно не подавал виду, что ему холодно. Однако Сандре становилось ещё хуже при виде помещения. Её будто бы привели на какой-то допрос. Серые стены, отсутствие окон, яркое освещение — всё, как во всяких детективах.

— А почему ты боишься? — будничным тоном поинтересовался Альфред. Девушка широко распахнула глаза, словно спрашивая: а разве тут может быть не страшно? Хотя и сама понимала — может. Живут же здесь некоторые, работают.

— Хотя бы потому, что вчера я дала клятву в случае чего отдать жизнь за Хранителей, — призналась она. — Что, если этот случай наступит через пару минут?

— Это не дело, — покачал он головой.

— Что именно?

— Жить каждую минуту в постоянном страхе, — медленно проговорил Альфред, будто задумавшись. — Ты же понимаешь, что не живёшь, правда?

— Только тогда, когда я нахожусь здесь, — возразила Сандра. И это была чистейшая правда.

Дома она не чувствовала себя так, как здесь. Когда она говорила с Маркусом, то и то не думала ни о каких Хранителях всерьёз. И если бы ей тогда всучили напоминание о возможной скорой смерти, она бы отправила его к чёртовой бабушке, залившись смехом.

Но не здесь. И не сейчас.

— Это и делает тебя столь удивительной, Девушка-буря.

Слова оказались такими же внезапными, как непонятно откуда упавшая бетонная плита.

— Откуда… откуда вы знаете моё прозвище? — ошеломлённо спросила Сандра и, сама того не заметив, побледнела. Уж об этом она точно никому здесь не говорила, а главное, не собиралась говорить.

Альфред хитро сощурился и улыбнулся. Вернее, всего лишь скривил губы, ведь улыбка — слишком доброе слово для всего происходившего.

— Сандра Джозефин Вайтфейс, — начал он, выделяя каждое слово. — Девушка, известная в узком кругу знакомых своими эмоциональными всплесками. Получила своё прозвище, когда ей было двенадцать лет. У неё не так много друзей по той причине, что не каждый способен её понять. В свободное время она играет на флейте, читает книги, смотрит сериалы, гуляет со своим лучшим другом, хотя, наверное, не совсем другом, а…

— Хватит! — воскликнула девушка, стремившись вовремя остановить старикана. Чего он добивался? Проник в её самое потайное нутро, а теперь хотел отравить его своим ядом? Нет, она не посмеет подпустить кого-либо к самому сокровенному, считала она. Это ведь гораздо хуже, чем если бы перевернули весь её дом верх дном — сейчас без зазрения совести копались в её душе. Ещё и эта нахальная улыбка. Так обычно гримасничают подростки, которые считают себя крутыми, едва обидев бездомного котёнка, ведь тот слаб и не может дать отпор. Но Альфред уже давно не был ребёнком.

— Откуда вам всё это известно? — она еле выдавила из себя эти слова: к горлу подступил тяжёлый ком.

— Поверь мне, нам известно о тебе всё. — Понизив голос, он добавил: — Даже то, что после твоего первого концерта ты очень долго рыдала, потому что провалилась.

Начала повторять один кусок, а потом спросила организаторов: «А можно заново начать?». Ей было десять лет; она до сих пор стыдилась, что вела себя тогда, будто ей было четыре года и она разбила коленку. Хотя когда она и правда её разбила, то ревела не сильно. В детстве она вообще была намного спокойнее, чем когда выросла. И мама этому дивилась, считая, что всё должно быть наоборот.

— Какого чёрта! — Сандра вспыхнула и потянулась к кольцу. Стало ясно одно: пора было уходить.

— Здесь телепортация не действует, — заметил Альфред, сложив руки на груди.

— Отлично, значит, я пойду туда, где она действует! — решительно заявила она. Только решимость её была вызвана одним чувством. И чувство это — страх.

Сандра вскочила и направилась к двери. Дёрнула за ручку. Но та не поддавалась. Девушка отчаянно забила кулаками по железу, но это было бесполезно. На костяшках только появилась кровь.

— Помогите! — завопила она, понимая, что находится на грани истерики.

— Мы не желаем тебе зла, Сандра, — спокойным голосом заявил старик.

— Тогда чего вы добиваетесь?

— Доверия, — он взял её за руку и отстранил от двери. — Зачем нужно кричать, когда можно просто попросить? Зря только костяшки сбила.

Он открыл дверь и рукой указал Сандре на выход.

— Дамы вперед.

Она разъярённо посмотрела на собеседника, толкнула ногой стул, дождавшись, когда он завалится на бок, и вышла. Правда, выйдя, она не избавилась от назойливого старика.

— Иди за мной, — приказал он.

— Зачем? Кто вы вообще такой?

— Хранитель мыслей.

О да, это многое проясняло.

Раз она не могла сопротивляться, то, что ж, она готова была попробовать повиноваться, хотя главное, что она ненавидела — это играть по чужим правилам. Но, к сожалению, без этого в жизни обойтись нельзя.

Сотрудники с планшетами двигались как механические фигуры. Когда-то у Сандры была музыкальная шкатулка. Когда её открывали, начинала играть музыка, и по нарисованному льду принималась нарезать круги маленькая фигуристка. Так и здесь: их движения были до такой степени предсказуемы, что казалось, будто ими кто-то… управлял.

Все здесь было слишком совершенно, слишком нереалистично. Ведь в этом-то и суть реальности — в изъянах. А здесь их не было. Хотя, Сандра начинала в этом сомневаться, едва смотрела на Альфреда. Видимо, человеческие взаимоотношения — это их слабая сторона.

И вообще забавно всё это получалось. С одной стороны, всё реалистичнее некуда, с другой же — полная искусственность.

— Иди к стеллажу номер тридцать, там обещали новую поставку, — повелел Альфред и отошёл.

Сандра скривилась и, найдя глазами нужный отсек, направилась туда. Несколько мгновений назад она ненавидела весь этот мир; сейчас же это чувство чуть-чуть погасло на фоне другого — недоверия.