Танна – Второй шанс на счастье (страница 14)

Я беру и пытаюсь прочесть. Буквы прыгают и расплываются. Что это? Завещание?

— Мой сын передал тебе все активы и недвижимость, которой владел, за месяц до смерти. Не знаю, как ты выпросила его подписать эту чушь, но могу сказать, что не получишь ни копейки. Более того, я затаскаю тебя по судам, и ты останешься ни с чем.

Его голос звучит так, будто он меня готов убить. Вот прям сейчас. В этот момент.

— Я не знала… Мне ничего не нужно — бормочу я, а из глаз потихоньку бегут слезы. Он саркастически смеется.

— Не вешай мне лапшу на уши. Я знаю таких как ты.

— Мне ничего не нужно. Я готова прямо сейчас написать отказ от всего — стираю слезы рукой, и прошу листок и ручку. Он выглядит довольным, так, будто ничего другого и не ожидал. Одно ему не дано понять — я делаю это не из страха, что он у меня все заберет, а от того, что действительно ничего не хочу от них. Вообще.

Передо мной ложатся лист и ручка. Он диктует как правильно писать. Я пишу что отказываюсь от всего, что указано в завещании и ни на что не претендую. Добровольно и без давления.

И тут я вспоминаю о сыне. И пишу отказную и от него, так как являюсь матерью ребенка. В итоге, мы с сыном полностью отказываемся от всего наследства и не претендуем ни на что.

Пусть знает. Подумала я со злостью. Знает что у него есть внук. И ни один суд не заставит меня расстаться с ребенком. Чтобы он там ни надумал.

Он берет лист и читает. Вижу как краска сходит с его лица.

— Внук… Мой внук… — бормочет он и хватается за сердце. Я в панике вскакиваю и хочу вызвать скорую.

— Таблетки… В верхнем кармане… Под язык… — слова даются ему с трудом. Я быстро делаю как он сказал и вызываю скорую. Вот мой шанс. Я могу спокойно уйти и вычеркнуть его из жизни.

— Не уходи… Пожалуйста… — хрипит он. Я сажусь рядом и беру протянутую мне руку.

— Прости…

Я киваю, вижу как слезы текут из его глаз. Сижу рядом, жду приезда скорой.

Глава 8

Сергей.

Сижу в полном ступоре. Диана оказалась женой моего покойного брата. Судя по словам дяди, она расчетливая стерва, которую интересуют лишь деньги. Но та девушка, которую я знаю, совершенно не похожа на охотницу за деньгами. Она мягкая, нежная и ранимая. А еще у нее есть сын…

Чей он? Ромкин? Или от другого мужчины? Фотографию ребенка я видел лишь мельком, не заостряя внимание.

Знает ли дядя, что у нее есть сын? И почему она тогда не связалась с ним? Ведь, если ей нужны деньги, могла бы давно связаться с ними.

Так, у нее же фамилия другая…

Совсем не сходится. Уехала, сменила фамилию, скрыла что есть ребенок…

Для того чтоб так поступить, должны быть веские причины.

А этот беспомощный взгляд, когда дядя тащил ее за руку…

Я вскочил на ноги, решив выяснить все прямо сейчас. Имею право знать.

Двинувшись в сторону лифтов, услышал звук подъехавшей скорой помощи. Что, черт подери, происходит?!

***

Скорая приехала в течении пяти минут. Бывшего свекра положили на носилки и унесли. Я растерянно стою в холе.

— Диана? — слышу голос своего начальника. Он, нахмурившись, идет ко мне. Что связывает их с отцом Романа?

— Ты в порядке? — он подходит так близко, что мне хочется отступить назад. Его рука скользит по моей щеке, и уходит в волосы. Стою, прижатая к мужской груди. Глаза щиплет. Хочется плакать.

— Пойдем в номер. Нужно поговорить — его слова звучат возле уха. Совершенно не сопротивляюсь, когда мужчина берет меня за руку и ведет к лифтам.

Мы входим в номер, он усаживает меня в кресло, отходит, и наливает мне стакан воды. Я медленно делаю глоток. Ставлю стакан на стол. Сергей садится напротив.

— Поговорим? — спрашивает он мягко. Я киваю.

— Что связывает тебя с Царевым? — спрашивает Сергей, смотря пристально на меня. Собираюсь с духом и отвечаю:

— Он отец моего покойного супруга.

Мужчина кивает и просит продолжить.

— Мы с ними не контактируем — рассказываю тихо. Слова даются мне тяжело — У нас был бурный роман. Любовь с первого взгляда. Потом свадьба. Все происходило очень быстро. Потом Рома повез меня знакомиться с родителями — мой голос становится надломленным, я снова погружаюсь в прошлое — Они не приняли меня. Назвали охотницей за деньгами. Рома с ними поругался. Он пил. Потом сел за руль. Машину занесло. Он погиб на месте. Я выжила — мои слова звучали глухо. Боль воспоминаний снова наполнила сердце — Когда я пришла в себя, то его отец обвинил меня в смерти своего сына. Когда меня выписывали, я узнала что беременна. Мне было страшно. Я не смогла рассказать им правду о ребенка, боясь, что меня снова начнут обвинять во всем. Тогда я решила вернуть девичью фамилию и уехать. Когда — нибудь, я собиралась рассказать им о внуке, но никак не могла решиться. А сегодня… — я ненадолго замолчала — Он хотел чтоб я отказалась от наследства, оставленным мне мужем. Я об этом ничего не знала. Он снова обвинил меня в том, что я хочу от них денег. Но мне от них ничего не нужно! Я написала отказную. Вспылила, когда он стал угрожать мне судом, и вписала в отказную сына. Ну а дальше, у него случился сердечный приступ. Я не хотела…

Я замолчала, чувствуя что по щекам бегут слезы. Сергей встал и приподняв меня, усадил к себе на колени, обнимая и успокаивая.

— Все будет хорошо. Я рядом.

Мы сидела долго, пока мои слезы не иссякли. Он дал мне выплакаться, обнимая и гладя по спине.

***

Она плачет, а меня в душе скребут кошки. Теперь, я должен рассказать ей, что являюсь их родственником. Как она отнесется? Сердце тревожно замирает. Не хочу ее терять. Сейчас, когда между нами только вспыхнули чувства…

Но я должен. Между нами больше не будет недосказанности.

— Роман был моим двоюродным братом — чувствую как она сразу напряглась в моих объятиях — Я тогда прилетел поздно, не успел познакомиться с его женой. Но мы были всегда в хороших отношениях — она пытается пересесть, Я позволяю ей это. Глаза широко распахнуты, смотрит удивленно.

— Теперь понятно, почему мне показались знакомыми твои глаза — шепчет она, вглядываясь в мое лицо. Я даю себя рассмотреть. Она немного хмурится, словно не решается что — то спросить.

— Я не виню тебя ни в чем. Ты пострадала по его вине. А твое нежелание общаться с его родителями — понятно. Никто не будет принуждать тебя к чему — то. А вот с племянником я бы очень хотел познакомиться — с улыбкой смотрю на ее растерянное лицо.

— Конечно. Только не торопи меня, ладно? Даня еще совсем малыш. Нужно подготовить его. Рассказать о других родственниках. Я не хочу чтоб он пугался.

— Все будет так, как ты решишь — я мягко сжимаю ее руку. Она успокаивается и смотрит на меня уже с интересом.

В этот момент слышу стук каблуков и дверь распахивается. В номер влетает разъяренная тетушка.

— Сергей! Что случилось с моим мужем? Почему его увезла скорая? — кричит она, но тут же замолкает, переведя ошеломленный взгляд на Диану.

— Ты… Это все из — за тебя, да?! Что ты сказала мужу?! — шипит она, надвигаясь на девушку. Диана вздрагивает и бросает на меня беспомощный взгляд. Я притягиваю ее к себе, давая понять тетушке, что она под моей защитой.

— Почему она с тобой… Как… Что происходит? — закидывает вопросами она, переводя взгляд с Дианы на меня.

— Тебе лучше присесть. Разговор будет не легкий — тетя бледнеет и плюхается в кресло, не сводя с нас взгляда.

Я слегка сжимаю ладонь Дианы и говорю, что расскажу сам. Она кивает. Тетя растерянно смотрит на нас.

— У вас есть внук — ее глаза широко раскрываются. Она удивлена.

— У тебя есть ребенок? От нее? — видно, что она пребывает в шоке.

— Не мой. Сын Романа и Дианы — дальше я наблюдаю бомбу замедленного действия. Женщина хмурится, открывает и закрывает рот. А потом кричит:

— Она лжет! — Диана вздрагивает и прижимается ко мне, словно боится, что ее ударят.

— У нее не может быть ребенка от нашего сына! Он мертв!

— Но это так. Ваш сын погиб, но успел оставить маленькую частицу себя — тихий голос Дианы подобен ушату ледяной воды. Тетя замолкает и с недоверием смотрит на нее.

— Хотите, я покажу вам фото? — спрашивает девушка, доставая смартфон. Тетя вздрагивает и смотрит на нее с ужасом. Диана быстро снимает блокировку с экрана, где на заставке — улыбающийся малыш. Протягивает смартфон тете, та смотрит на изображение не мигая. Протягивает дрожащие руки, и взяв телефон, рассматривает фото.

— Боже, вылитый сын — хриплый шепот из глаз.

— Сколько ему?

— В сентябре будет три.

Диана садится рядом и открывает альбом, показывая фотографии сына. Я тоже смотрю. И удивляюсь, как же я раньше не заметил сходство! Да потому что мне было все равно — отвечаю сам себе.